Чтение онлайн

Борис встал и подошёл к столу, над которым ещё пару минут назад его пригвоздила к стенке пасть фантомного алабая, он поставил на место упавший на бок электрочайник и закрыл дверцу микроволновки — он сочинял самый расплывчатый ответ, чтобы его не раскрыли.

— На меня никто не сорвался, но нервы я им потрепал.

— Как трепал?

Теперь Борис решил рискнуть:

— Я сорвал кусочек алое, дал его змейке, а она ползала по телам и противно так скребла по коже.

— Много собрал? Ах да, я же просил не собирать, — закончил Аристократ и вышел из комнаты.

Борис присел, обдумывая произошедшее, и ожидал, что с ним опять заговорит ТОТ. Но ему в ухо начала шептать кобра:

— Как думаете, это проверка?

— Сейчас это не имеет особого значения. Все маски уже сброшены.

— Полагаю, что это так. Какой план?

— Делать то, что хочет Аристократ.

Дверь открылась, и в комнату заглянуло улыбающееся лицо Семёна.

— Борька, ты свободен? Нужна твоя помощь.

Остаток рабочего дня тянулся мучительно долго, будто Борис ежеминутно сверялся с часами. Семён при любой удобной возможности звал его на помощь, тем самым компрометировал их обоих, но выудить нужную информацию у него так и не получилось. Юноша читал каждую записку, но ни разу не ответил, он просто-напросто смотрел на своего коллегу, кивал и уходил, мог ещё добавить перед этим: «Рад стараться». Как только смена закончилась, Борис сбежал с работы окольными путями, — через выход на складе — и прихватил с собой свою повседневную одежду, которую спрятал там заранее.

Он решил не тратить время на переодевание и сразу пошёл к Дяде Рудольфу. Сигаретного дыма он не учуял, по запаху курили тут очень давно. Лампочки горели только на первом и втором этажах. Борис с глазами унта хорошо ориентировался в темноте и вполне уверенно подошёл к двери и нажал на кнопку звонка. С другой стороны раздался приглушённый щебет птиц, но иных звуков слышно не было. Спустя пять минут дверь никто не открыл, и он позвонил ещё раз, только назойливее и дольше. Локоть ударился о дверь, и она открылась. В квартире свет не горел, и юный унт решил его не включать: глазам хватало тусклого уличного освещения, что проникало в окна. Борис совсем забыл о старике, он сам не понимал почему не навестил его после того чёрного для Дяди Рудольфа вечера, возможно из-за отсутствия чувства жалости или навалившихся на него дел.

Борис внимательно осмотрел квартиру и ничего подозрительного не нашёл. Он вернулся к входной двери, рядом с ней на крючках висели ключи, но отсутствовала связка, что отпирала подвал. Молодой унт быстро спустился вниз, материализовал электрошоковую дубинку и потянул за тяжёлую железную дверь. У входа он оставил трёх муравьёв, которые надавят на дверь и не пустят людей в подвал. Внутри было темно, а выключатель висел для удобства сразу справа. Борис зажёг свет и в катакомбах эхом прогремел зловещий смех мужчины, а затем он сменился на писклявое хихиканье.

Юноша выставил перед собой дубинку и быстро спустился вниз, посмотрел по сторонам; коридоры подвала тянулись длинными тоннелями в обе стороны. Он оставил на развилке противопехотные шипы и двинулся бочком, словно краб, к комнатке, в которой должен лежать Кирилл. Воздух был прохладный и немного спёртый, под ногами скрипела мелкая галька и пыль, которые нарушали гробовую тишину этого места. Борис преодолел первый поворот, за которым было два прохода направо — ему нужно было в дальний и освещённый. Мимо ближнего и тёмного коридора он прошёл, прижавшись к стене. Как только он поравнялся с ним, где-то в глубине нечто начало монотонно стучать по стенам, судя по тихому треску, источник звука был маленький.

Он так же разложил на этой развилке шипы. Галька и песок теперь скрипели под ногами незнакомца, который неторопливо двигался навстречу. Нужная дверь была сразу за следующим поворотом, но Борис не терял бдительности и осторожности. Шаги незнакомца затихли на полпути, и в уши ударил оглушительный свист, который заставил перепонки вибрировать до клёкота. Юный унт выпустил муравьёв, чтобы они добрались до замка и сломали его, а сам замедлил шаг и продолжил оглядываться по сторонам.

Юноша подошёл к заветной двери, когда муравьи потрошили замок, из него сыпалась чёрная стружка, опилки и осколки металла. Дверь открылась сама с предательски громким скрипом и в освещённом проёме показалась истощённая грязная ладонь. Он подбежал к мученику и, если бы не его сущность унта, он определённо ужаснулся от увиденного. На запылённом полу лежало ничком существо, похожее на человека, — скелет с натянутой на него кожей. Борис присел на четвереньки и нагнулся над головой исхудавшего молодого человека, от чего тот прокашлялся, поднимая клубы пыли, и прохрипел:

— Ва-а-ды. Во-о-о-ды-ы.

Борис осторожно перешагнул через лежачего и взял с полки трёхлитровую банку. Он без труда открыл пальцами жестяную крышку, в ответ его обдало сладким запахом яблочного компота. Юноша не нашёл ничего лучше, чем прислонить свою ладонь к губам замученного и налить в неё компот. Кожа на его лице поначалу вздрагивала от капель, но губы нащупали питьё и он вмиг осушил ладонь своего освободителя, а потом закашлялся. Борис перевернул его на спину и принялся шлёпать по впалым щекам. Кирилл, который теперь напоминал тень себя прежнего, с трудом открыл веки и медленно шевелил губами — пытался что-то сказать.

— Змейка, помоги, — сказал Борис и вложил дубинку в ножны, которыми стала его спутница, свернувшись петлёй на его спине.

Он продел ладони в подмышки Кирилла и сложил их замком на груди. Тело коллеги было лёгким как у маленького ребёнка, поэтому его удалось быстро вытащить из тесного помещения. Борис оттащил его подальше от двери, чтобы закрыть её, но пожалел об этом. За дверью стояла чёрная фигура человека, его огибал жёлтый свет лампочки, поэтому нельзя было разглядеть внешности незнакомца.

Юный унт сорвал дубинку со спины так резко, что змейка осталась на рукоятке словно гарда. Обе ладони крепко сжимали рукоять в ожидании выпада противника, но вместо этого тело мужчины начало трястись в неестественном приступе, будто каждую мышцу нещадно било током. Борис опустил дубинку, а неизвестный рванул в проход за своей спиной. Шаги удалялись, пока не прервались скрежетом металла о камень и визгом боли:

— Гхай-ай-ай-а-а-а!

Борис второпях перекинул Кирилла через плечо, не выпуская из руки дубинку. Он уже собирался побежать к выходу, когда услышал за спиной гул, как от маленького реактивного двигателя. По стенам растекался голубой свет, который становился всё ярче и насыщенней, а потом вмиг из проёма вырвался столб пламени. Он ударил плотной синей струёй огня в бетонную стену и расползся по ней жёлтыми язычками.

Юноша побежал тем же путём, которым пришёл, но мужчина в чёрной одежде и красной балаклаве встал в конце коридора, поднял руку, и из неё полилась густая струя пламени. Борис успел повернуть налево и почувствовал, как припекло часть спины, которую не прикрывало тело Кирилла. Он не подавал признаков жизни, свесив руки и ноги плетьми. Позади Борис услышал рыдание и жалобный протяжный рёв, он заглянул за плечо и увидел, как чёрная фигура заворачивает за угол и поднимает руку. Слабый поток пламени ударил в спину Кирилла и сбил Бориса с ног так, что он врезался плечом в угол стены на перекрёстке посреди подвала. Мужчина ковылял в их сторону и стонал с каждым шагом. Молодой унт, не глядя, кинул дымовую шашку в проём, с трудом поднялся на ноги и хлопками по спине Кирилла пытался потушить её. Стоны неприятеля приближались, невзирая на плотную дымовую завесу. Борис опять перекинул Кирилла через плечо и побежал прямиком к выходу.

Преследующий их мужчина опёрся о стену, с хрипом откашлялся и вскинул руку, но в этот раз пламя лишь слегка лизнуло пятки Бориса. Свет в подвале погас от удара кулаком юноши по выключателю. Мужчина в ответ на это лишь громко рассмеялся вслед несостоявшимся жертвам. Борис осторожно усадил Кирилла рядом и, прижавшись ушибленным плечом к двери, закрыл её на ключ. Очевидно, что люди могут спуститься в подвал, поэтому он оставил в замочной скважине муравья, которому дал команду выталкивать всё, что к нему приблизится.