Чтение онлайн

негде. Крикнул:

—Валя, держи!

На страховке Коломенского и Миши пролез вверх и быстро

425

закрепился на стене.

По вбитым крючьям влезает второй и затем вытягиваем третьего.

Его работа сложнее: он выбивает крючья, которые понадобятся нам в

дальнейшем.

Гребень стал совсем ажурным. Камни наложены один на другой и

столь непрочно, что от легкого прикосновения срываются, увлекают

соседние и огромным камнепадом, со страшным грохотом, сотрясая скалы,

летят вниз. При ударе о скалы возникают облака пыли, живо напоминая

разрывы снарядов.

—Очищай смело! Мы не на стене, — кричит Валентин

Коломенский.

Эх, вот, если бы к подножью подступал фашист. Лихо бы ему

досталось! Трудненько уцелеть под такой лавиной свистящих и

грохочущих камней.

Еще один острый, как лезвие ножа, скалистый пик. Перелезть

невозможно.

Как всегда внезапно, расступилась облачная пелена и вновь

засверкало солнце, нагревая южную скалистую стену. Хорошо бы пролезть

по ней, но она отвесна и недоступна.

Северная — чуть отложе, хотя покрыта снегом и льдом, но

придется лезть по ней.

—Держи!

Руками и ногами тщательно разгребаю снег, ищу зацепки. Ледяной

панцирь сгладил их. Приходится скалывать ледорубом лед и очищать все

шероховатости, за которые можно ухватиться. Стынут руки и ноги.

Мокрые варежки примерзают к обледеневшим скалам. А рядом за гранью

гребня теплые, но недоступные скалы...

Сказывается высота: от тяжелой работы и недостатка кислорода

мучает одышка, пересыхает горло, смертельно хочется пить. Но воды нет.

426

Кругом дикие скалы, лед и мертвая тишина, нарушаемая лишь глухим

грохотом обвалов.

Но вот из-за выступа вылетел огромный орел и со свистом пронесся

около нас. В следующий момент, поднявшись ввысь, он начал плавно

парить над вершиной. На таких высотах горный орел — редкий гость,

сразу ожививший мертвое пространство гор.

—Смотрите, — крикнул Ануфриков, — орел уже над Главной

вершиной, а нам еще дней пять нужно лезть до нее!

Солнце спускалось к зазубренным гребням гор.

Дошел до большого выступа. Опять стена. Нависающий уступ.

Захватиться не за что. Закрепив на крюке репшнур, двое привязались к

нему и прочно взялись за плечи.

—Лезь!

Опершись на колено, на стену, плечи, я подтянулся и достал до

первого выступа. В глаза сверкнуло солнце! Мы на вершине Западный

Джугутурлючат!

Пять часов напряженной работы. А пролезли всего триста метров

скалистых обрывов, но каких!

Над головой нависло темно-синее горное небо. Под ногами

снежные вершины с темными провалами между ними. Облака набились в

ущелья. Они беспокойно клубятся и вдруг ближайшие начинают лезть

вверх. В густом холодном тумане скрывается солнце и едва видны ближ-

ние выступы скал.

До второй вершины осталось немного. Нужно пройти острый,

зазубренный, как гигантская пила, скалистый гребень. Он настолько

острый, что лишь в некоторых местах удается, балансируя над пропастью,

проходить его на ногах. Чаще приходится передвигаться верхом или по

одному из его скатов, схватившись руками за верхнюю острую грань.

Движемся все же довольно быстро, так как одновременно протягиваем

427

веревку то с одной, то с другой стороны выступов гребня. Если сорвешься,

то веревка, зацепившись за ближайший выступ, задержит падение.

Острый скалистый пик. Обходов нет. На гладкой стене видны едва

различимые узкие трещинки. Это единственный путь. Нужно перелезть!

—Ничего, одолеем при помощи стремян, — успокаиваю я

товарищей.

Длинные петли из репшнура привязаны к ногам и продеты другим

концом под грудную обвязку. На концах карабины. Петля закреплена.

Выжимаюсь на ноге и повисаю над обрывом. Выше забиваю еще крюк,

укрепляю вторую петлю и подтягиваюсь еще на полметра.

На следующий крюк перевешиваю первый карабин с петлей. И так,

раскачиваясь над отвесом, поднимаюсь по гладкой стене.

Еще полтора дня напряженной работы. Каждый метр пути берем с

боя. Внимание напряжено до крайности. От непрерывного трения о скалы

кожа на руках потрескалась и кровоточит. Подкрепляемся лишь утром и

вечером. Днем нет времени: дорога каждая минута.

Прошли вершину Восточный Джугутурлючат и вышли на пик

Митникова. Спуск с этой необыкновенно обрывистой, напоминающей

шляпку гриба, вершины, все время тревожил нас. Это была проблема,

которую нам предстояло разрешить.

—Держи!

Веревка натянулась. Я перевесился через край обрыва. Подо мной

пустое пространство метров в двести...

—Есть!

Правее на глубине 30 метров обнаружена маленькая площадка, с

нее можно спуститься ниже... Несколько раз проверяю прочность забитого

крюка.

Сброшенные концы веревки, связанной с репшнуром, коснулись

выступа и повисли над пропастью. Явно волнуюсь, хотя это и не первый

428

спуск. Веревка туго скользит через плечо и бедро. Отклоняюсь над

обрывом. Ноги теряют опору. Повис, как паук на паутине. Тяжелый рюк-

зак оттягивает назад. Напряженно стравливаю веревку. Наконец ноги

вновь коснулись скалы. Балансируя на крохотной наклонной площадке,

вбил крюк, привязался и сбросил с плеча концы веревки.

—Лезь! — кричу вверх.

Второй, а затем и третий медленно, раскачиваясь на веревке,

спускаются вниз.

—Миша, тяни!

Ануфриков потянул веревку за один конец. Не идет, заело. Над

нами отвесные скалы, под ними стена 800 метров... Выхода нет. Нужно

кому-то лезть вверх и высвободить веревку.