Чтение онлайн

за ней другая, сшибли третью и четвертую. Вьюки рассыпались. Пришлось

самим взяться за переноску. Однако все осталось цело, лишь банку с

рыбой помяли, ее же и съели с аппетитом, пожалев, что пострадала только

одна. Позже я серьезно волновался за судьбу высотомера, спрятанного в

суме.

Дальше хорошая дорога на грани морен и осыпи. Погода

изумительная. Второй день ни облачка на темном небе. Ослепительно

блестят пики Калинина, Орджоникидзе и в центре — массив пика

Коммунизма.

В одном месте врезались. Гривка, на ней большой тур. Михаил

Васильевич говорит, что в прошлом году дорога шла низом. Но Аркадий

Георгиевич уверяет, что верхом. Пошли верхом, тем более, что ребята

сверху не сигнализировали, и попали в. такие развалы — ужас, все кончи-

лось обрывом. Даниил Иванович кричит: «Низом нужно». Ну где ж тут

87

возвращаться!

Пришлось наскоро делать дорогу и с большим риском проводить

лошадей. Одна все же сорвалась и чудом как-то сбежала на собственных

ногах. Часа через два по хорошей дороге добрались до Подгорного лагеря.

Начался пир. Козел, жаль один (второго лошадь не подняла), пошел

в ход. Высотомер оказался цел. Спим без палаток. Тепло. Высота около

4000 метров.

7 июля. День совещаний. Остро стоит вопрос о носильщиках,

которые так и не появляются. Любителей еще раз ехать за ними не

нашлось. Если не подойдут, придется из местных сил набирать.

Мы с Аркадием Георгиевичем остановились на таком плане: идем с

красноармейцами и Усумбаем до Ледникового лагеря «4600», ищем дорогу

для каравана. Затем отправляем «носильщиков» обратно, а сами лезем на

плечо пика 5600, ставим палатку и по возможности пытаемся взять

гребень и установить лагерь на 6200 метрах.

Взяли питания на шесть дней, три палатки. Вес получился

солидный.

8 июля. В девять часов выходим солидно нагруженные.

Красноармейцы с рюкзаками из простых мешков, а Усумбай — верх

кустарщины — даже фляжку с керосином в руках несет.

Застряли в сераках и вскоре действительно полезли. Для лошадей

пути здесь нет. Пройдя дальше, обнаружили: есть обход по левой

(орографически) морене.

Отсюда разделились: Даниил Иванович с красноармейцем

Шибшовым пошли правой мореной, Аркадий Георгиевич с остальными —

средней, я — левой, наиболее бугристой. Условились сойтись на углу пика

Орджоникидзе. Мне много идти не пришлось, чтобы убедиться, что ка-

равану здесь не бывать. Частые морены покрывали тонким слоем крутые

ледяные склоны, на которых и с ледорубом корячишься, а из-под ног все

88

плывет. Рядом трещины, обходов нет, а там сплошные бугры. По бокам

путь замыкают стены и иглы белоснежных, чудесной формы сераков, с

протекающими в промежутках потоками. Вылез на возвышение, впереди

впадина, подъем, еще впадина и тогда лишь желанный угол. Иду на грани

сераков у потока, нависают ледяные громады, готовые рухнуть. Руки без

действия не остаются: лезть приходится на всех четырех конечностях.

Впереди береговая морена и вот, наконец, вылез на склоны. Снял рюкзак и

хоть бегом в гору беги — легко стало. Залез повыше, кричу — нет ответа.

Лишь через полчаса показались Аркадий Георгиевич со «свитой».

У озерка начали варить кофе и суп. Даниил Иванович что-то

запаздывает. Успели доотвала наесться и напиться, а их все нет. Пошли к

ним навстречу. С высокого серака я заметил на той стороне фигуру.

Кричим. Лишь после долгих усилий разобрали фразу: «Пойдем выше» я

что-то еще. Но и этого достаточно, целы — выше перейдут.

Путь между льдом и склоном труден: скалы и крутые осыпи,

страшно сыпучие, с одной стороны, и ледяная стена – с другой, а внизу

озерами вода, достаточно холодная и глубокая, чтобы отбить всякое

желание искупаться в ней. Едва удерживаясь на ледорубе, траверсируем

осыпи. Красноармейцу Рынкову и Усумбаю пришлось лезть черт знает

куда к скалам, чтобы обойти проклятые местечки. Отстали здорово. Я

ожидал их с веревкой: на тот печальный случай, если придется

вылавливать их из озера. Легче пошло по моренам и лавинным сбросам.

Выше на склоне фигура, другая — это группа Даниила Ивановича.

Подтянулся и я. Оказалось, здесь они совсем легко перешли ледник, а

ниже из-за трещин у них не вышло. Идем верхом среди крупных обвалов.

Даниил Иванович отстает. И вот конец. Большая выемка меж осыпью и

льдом. Здесь лагерь.

Подошел Даниил Иванович, позже Аркадий Георгиевич и уже под

вечер остальные, уходившись весьма крепко. Я не терял времени, занялся

89

рисунком. Вечер. Стоят две палатки. Одна с белой крышей, наша будущая

кибитка, пока спим без нее. Раздевшись до трусов, быстро ныряю в теплый

мешок. Высота 4400 метров — выше «Приюта одиннадцати», но высоты

еще не чувствуем. Температура — плюс 1,5 градуса.

9 июля. Температура — на нуле. Ночь проспали, не мерзли.

«Носильщики» покушали и отправились восвояси. Мы не спешим и лишь в

одиннадцать часов выходим.

Спор, как пройти сераки ледника левого цирка. Взяли правее.

Пролазали 50 минут, но вылезли удачно, почти прямо к подъему. Сераки

красивейшие. С высоты 4500 метров начали подъем на пуп полувисячего

ледника. Порядок: 15 минут ходу, 5 минут отдыха. За первый переход, идя

сугубо медленным шагом, поднялись примерно на 100 метров. Тут же