Чтение онлайн

самая перевальная точка). Наконец; поваленный столб и спуск. Ветер рвет

неимоверно. Но лишь перевалили — стало тише, а вскоре и значительно

теплее. Здесь свежего снега на склонах почти не видно.

Горы снизились, стали цветистее. И только справа в ущельях еще

долго виднеются снежные пики. Растительность небогата. На песчаной

глинистой почве разросся лишь жесткий терескен.

Издали увидели встречную легковую машину и единогласно

217

решили: начальство возвращается.

Не доезжая до нас, легковая дала тормоз. Крики приветствия. Руки

лесом взвились вверх. Все трое густо напудрены пылью, все трое

улыбаются. Сейчас же окружили машину, куча вопросов...

Машины разбегаются и теряют одна другую в горной пустыне: одна

держит путь на Мургаб, другая на Ош.

Поворот на юг. Еще более широкая долина. Ветер крутит смерчи.

Желтая завеса пыли летит по долине. Важные верблюды с красными

помпонами мерно шагают в Кашгар. Целую связку верблюдов ведет тоже

разукрашенный ишачок, иногда самостоятельно, иногда с седоком на

сагане. Бронзовое лицо седока окаймляет меховая шапка, на плечах темной

лазури халат.

А вот идет красавец. Нежно-голубой халат перепоясан золотой

тесьмой на тонкой талии, широкие белые шаровары ив тонкой материи

раздувает ветер. Ноги в легких остроносых туфлях. Движения его

характерно восточные: легкие и медлительные.

Бесконечно долго тянется караван. Машина беспрестанно ревет

сиреной. Верблюды в смятении лезут один на другого, теряя спокойствие

«кораблей» пустыни.

Слева подошла еще одна широкая долина. Бели по ней пройти

немного, то попадешь в Китай. Отсюда и приходят в Мургаб кашгарские

купцы с товарами.

Солнце склоняется к правому хребту. Машины делают несколько

поворотов в холмах и вылетают к Мургабу.

«Город» Мургаб!.. Несколько построек, склады заготовительных

учреждений, кибитки и приятно удивляющее первое строительство

комендатуры. Вот и все.

Базар. Небольшой прямоугольник, ограниченный строениями и

юртами. Сегодня, увы, выходной день. Торговли нет. Товар лежит

218

упакованным посредине. Нарядные кашгарские купцы сидят тут же. Лукин

было завел разговор, ню не нашел «общего» языка.

Ниже конский базар.

Специальный

наездник объезжает

низкорослых, но довольно резвых лошадок. Специалист-браковщик дает

заключение. Нашли здоровенного кутаса и снимались на нем по очереди.

Лукин пытался наладить связь с батраками баев и уверял нас, что ему

многое удалось: выяснил, что батраки явно недовольны баями, а в СССР,

говорят, якши! Дальнейшую агитработу пришлось прекратить.

На базу явились слишком рано, обед еще не готов. Посему ребята

пошли «дообследовать» Мургаб. Я же принялся рисовать.

Обедаем поздненько, но зато богато: жареный баран, дыня, арбуз и

чай.

Спать думал на сене. Но там обосновалась целая свора собак.

Устроился у Давида. Ночь теплая. Спали очень хорошо.

25 сентября. Встали рано. Конечно, подняли шум, хотя все еще

спали.

Смотали палатки довольно быстро. Завтрак. Погрузка. Лишь начало

светать — выехали.

Изумительно богато расцветает долина. Цвета меняются с

рассветом. Нежная перламутровая гамма наливается теплыми цветами, а

восточный склон начинает гореть густыми красными пятнами породы.

Поворот вправо — и мы съехали с шоссе. Брод через речку. Пошли ухабы.

Между пиками показалось солнце.

Справа в долине полоса воды: озеро Шор-Куль. Озеро оказалось

порядочное. Берем пробу. Вода не плохая, чуть только подсоленная.

От Шор-куля машина начала дурить и надежды доехать сегодня до

Кара-куля стали меркнуть. Пыль жуткая. Особенно хорош Саша: как

рыжий в цирке напудрен, бее смеха невозможно смотреть.

Наконец, шоссе. Но, увы, поломки продолжаются. Продуваем и

219

разбираем через каждые 5-10 минут, и все меньше становятся промежутки

от остановки до остановки.

Огоньки встречных машин. Одна, две, три, четыре! В этом году

поодиночке машины, особенно ночью, ходят редко. Предпочитают

колоннами. Опыт удачный: меньше аварий, возможна взаимопомощь.

Аккуратно обходят машины одна другую, однако обмен «любезностями»

все же происходит. Быстро пошли по долине.

Располагаемся на склоне. Машины задом с разгона тоже взбегают

на крутой склон (это для того, чтобы завтра можно было сразу разогреть

мотор, иначе замучаешься).

Я и Клименко палатки не ставим. Ночь безветренная и кажется

даже теплой. Когда же пошли смыть толстый слой пыли с лиц, оказалось,

что речка крепко подернулась льдом. Перед сном бегло закусили печеньем

с шоколадом и дыней. В мешке оказалось совсем чудесно.

26 сентября. Пока свертывали вещи, машины резво сбежали со

склона и затарахтели моторами. Усаживаемся. Нашу машину, чтобы не

отставала, пускают первой.

Холодный утренний ветер пахнул в лицо. В выемку меж гор

прорвалось солнце и золотистым клином вышло на плоское дно долины.

Осторожно въезжаем в русло речки. Лед хрустит и звенит под

колесами. Ледяной вал образовал целую плотину, вода поднялась, едва

просачивается. На этот раз машина застопорила в самом русле. С трудом

доползли до берега и здесь вновь принялись за продувание. А впереди уже

давно орет сирена встречной машины.

Двинулись на бугор. Вот-вот опять встанем! (Чуть не кряхтим в