Чтение онлайн

Защитники Малой земли надолго сковали значительные силы противника, кроме того, перед врагом всегда существовала угроза высадки других десантов в его тылу. В последующем Малая земля стала важным плацдармом для проведения операции по полному освобождению Новороссийска и Таманского полуострова.

Одной из главных задач Черноморского флота на заключительном этапе битвы за Кавказ была борьба на вражеских морских коммуникациях. Еще в январе 1943 г. командующий Закавказским фронтом приказал прервать снабжение по морю изолированной на Таманском полуострове группировки немецко-фашистских войск. А 4 февраля Нарком ВМФ уточнил эту задачу и потребовал прервать коммуникацию противника между Таманским полуостровом и Крымом. Выполняя полученные указания, Военный совет флота организовал блокаду Таманского полуострова с моря, используя для этого корабли эскадры, торпедные катера, подводные лодки и авиацию. С этой же целью были выставлены морские дозоры в районах от мыса Тарханкут до траверза горы Опук, часть подводных лодок была развернута на подходах к Феодосийскому заливу. Авиация наносила бомбоштурмовые удары по портовым сооружениям Керчи, Тамани, Анапы и плавсредствам, находящимся в гаванях, ставили минные заграждения. За месяц она произвела около 900 самолето-вылетов. В целях осуществления блокадных действий около 100 выходов совершили надводные корабли, что заставило противника сократить морские перевозки. Но полностью прервать перевозки через Керченский пролив [205] все же не удалось. Противник был еще силен, а имеющимися силами решить эту задачу было невозможно. И все же авиация флота потопила и повредила в проливе пять паромов типа «Зибель», несколько паромов и барж подорвались на минах. Однако такие потери не смогли оказать существенного влияния на перевозки, осуществляемые противником через Керченский пролив.

Зимой же с началом ледостава враг начал испытывать серьезные трудности сначала со снабжением войск, находившихся на Северном Кавказе, а затем и с их эвакуацией. Попытки проложить в январе ледовую трассу через пролив не удались, а строительство подвесной дороги между Керченским и Таманским полуостровами затянулось до июля. Поэтому немецко-фашистское командование вынуждено было в конце января привлечь для организации перевозок транспортную авиацию — около 250 транспортных самолетов 8-го воздушного корпуса и грузовые планеры. Всего к концу февраля согласно данным трофейных документов воздушным путем противник вывез в Крым и в район Запорожья с аэродромов Краснодара, а затем Славянской, Крымской и Таманского полуострова более 82 тыс. солдат и значительное количество боевой техники. [200]

Переброска противником войск с Северного Кавказа на другие участки советско-германского фронта была вынужденной мерой, так как вермахт в это время уже повсюду ощущал острую нехватку резервов. Кроме того, в гитлеровской ставке уже вынашивался замысел операции «Цитадель» — наступления на Курской дуге. 13 марта 1943 г., т. е. более чем за месяц до издания приказа о проведении операции «Цитадель», вермахту пришлось произвести намеченное сокращение сил фронта на Кубанском плацдарме в целях высвобождения войск для группы армий «Юг», [201] которой отводилась главная роль в готовившемся летнем наступлении. В то же время перед командованием группы армий «А» стояла задача любой ценой удержать Кубанский плацдарм и Крым. Одна транспортная авиация, конечно, не могла справиться с большим объемом перевозок, поэтому, как только позволила ледовая обстановка, гитлеровское командование стало в возрастающих масштабах привлекать к перевозке войск и грузов десантные баржи, буксиры и лихтеры. [206]

Возможности противника в перевозке через пролив боеприпасов, горючего, продовольствия и других грузов расширились, после того как 14 июля начала работать подвесная канатная дорога между мысом Еникале и косой Чушка.

Следует признать, что требование Ставки ВГК и Наркома ВМФ пресечь силами флота и фронта коммуникации таманской группировки противника через пролив в полной мере выполнено не было. Это объясняется тем, что большая часть сил флота была задействована для обеспечения воинских перевозок и защиты собственных морских коммуникаций. К решению этих важных задач привлекались транспорты, крупные надводные корабли, тральщики, сторожевые катера, разведывательная и истребительная авиация — почти все силы и средства, которыми располагал в то время флот.

Противник, в свою очередь, пытаясь сорвать наши перевозки, развернул у кавказских портов и на морских коммуникациях подводные лодки и торпедные катера, [202] но наибольшую опасность по-прежнему представляла его авиация. Она наносила удары по портам и базам, кораблям и транспортам в море, ставила плотные минные заграждения. Только возле Геленджика, откуда в основном на Малую землю доставлялись пополнение и снабжение десантникам, в феврале — марте вражеские самолеты выставили 236 мин (ЦВМА, ф. 10, д. 5932, л. 4).

Действия противника на морских коммуникациях заставляли наше командование выделять значительные силы и средства для создания надежной противовоздушной, противолодочной, противокатерной и противоминной обороны конвоев. Кроме того, большого напряжения сил требовало снабжение войск плацдарма. Фашисты каждую ночь выпускали по местам выгрузки сотни снарядов, поэтому все рейсы кораблей и судов на Малую землю проводились под прикрытием авиации, огня корабельной и береговой артиллерии.

В целом флот успешно решал задачу обеспечения морских перевозок. Всего за первую половину 1943 г. между портами Кавказа было перевезено свыше 262 тыс. человек, 420 танков и бронемашин, около тысячи орудий, минометов и пулеметов, 48,7 тыс. т боеприпасов, 82,5 тыс. т [207] горючего, 79,5 тыс. т продовольствия и фуража и других грузов. Наиболее важной была оперативная перевозка войск в январе — феврале 1943 г., когда из Поти в Туапсе морем были переброшены 10-й гвардейский стрелковый и 3-й стрелковый корпуса, две стрелковые дивизии. Большая часть этих соединений сразу же заняла позиции на передовых рубежах.

Значительные масштабы морских перевозок оказали существенное влияние на своевременную подготовку войск Северо-Кавказского фронта к наступательным операциям.

Чтобы вынудить противника оттянуть часть войск от Малой земли, командование Северо-Кавказского фронта приняло решение нанести в конце апреля удар силами 56-й армии из района южнее станицы Крымская. Для усиления ей были дополнительно приданы две стрелковые дивизии и две танковые бригады, а для огневой поддержки — 15 артиллерийских полков. Значительно усилена была и авиация фронта: из резерва Верховного Главнокомандования в ее состав были переданы три авиационных корпуса и истребительная авиационная дивизия (около 300 самолетов). Это позволило довести численность авиационного парка фронта (вместе с авиацией флота) до 900 самолетов и уравнять к началу наступления соотношение сил своей авиации и авиации противника. В развернувшемся вскоре грандиозном воздушном сражении на Кубани наша авиация добилась превосходства над авиацией противника. Только в воздушных боях в районе Крымской советские летчики в ходе подготовки и ведения операции сбили 286 вражеских самолетов.

Для оказания помощи командованию фронта в подготовке к наступлению и в руководстве наступательными действиями войск в штаб фронта в конце апреля прибыл представитель Ставки ВГК Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. По его указанию были проведены мероприятия по улучшению оперативного руководства частями, укреплению органов управления опытными офицерами, пополнению соединений.

29 апреля после более чем полуторачасовой артиллерийской подготовки и массированного авиационного удара соединения и части 56-й армии перешли в наступление, прорвав оборону противника на участке Крымско-Неберджаевского оборонительного узла, а 9 мая после упорных боев овладели станицей Крымская. Противник, понеся значительные потери, отошел на заранее подготовленную [208] и сильно укрепленную вторую линию обороны. Попытки 56-й армии с ходу преодолеть ее успеха не имели, бои приняли затяжной характер. Однако развернувшиеся наступательные действия 56-й армии и достигнутый ею успех позволили защитникам Малой земли активизировать свои действия и возвратить к 30 апреля ранее утраченные позиции.

В эти дни неоднократные дерзкие вылазки в тыл противника совершали морские пехотинцы-разведчики. Так, 1 мая отряд моряков (23 человека) под командованием капитана Д. С. Калинина высадился с двух катеров южнее Анапы. Возле Варваровки они устроили засаду и уничтожили более 150 солдат и офицеров. В жестоком бою Д. С. Калинин погиб, посмертно ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Действия разведчиков вызывали переполох во вражеском тылу, срывали переброску резервов на намеченные участки фронта. Неоценимы были и сведения об обороне противника, доставляемые разведчиками после успешных рейдов.

Благоприятная обстановка для окончательного разгрома группировки противника на Таманском полуострове сложилась в августе — сентябре 1943 г. после успешного развития Донбасской наступательной операции Юго-Западного и Южного фронтов, в ходе которой наши войска вышли на северное побережье Азовского моря.

Вступивший в командование Северо-Кавказским фронтом генерал-полковник И. Е. Петров принял решение о подготовке новой наступательной операции с целью прорвать Голубую линию [203] — сильный оборонительный рубеж врага на Кубани — и разгромить его таманскую группировку. 17 июня Ставка утвердила это решение и приказала до особого распоряжения воздержаться от активных наступательных действий, приняв все меры для безусловного удержания плацдарма в районе Мысхако. [204] [209]

Войска фронта и силы флота начали подготовку к решающему сражению, целью которого было освобождение от противника Нижней Кубани и Таманского полуострова, а в последующем — и Новороссийска. Мероприятия, связанные с подготовкой к новым наступательным действиям, были уточнены 22 августа. [205]

Обстановка на Кубани в конце августа оставалась сложной. Отойдя на рубеж лиманы Куликовский и Грущаный, реки Курка и Кубань, населенные пункты Ольховский, Плавненский, Мелеховский, Молдаванское, Верхний Адагум, Неберджаевская, гора Долгая, Адамовича балка, противник продолжал упорно сопротивляться, спешно создавая мощные оборонительные сооружения. Придавая особое значение инженерному оборудованию плацдарма, немецко-фашистское командование назначило командующим 17-й армией вместо генерала Руоффа генерала инженерных войск Енеке. Из Крыма были переброшены саперные и строительные части, специальная техника.