Чтение онлайн

Не пришлось противнику воспользоваться и портом: восточное побережье Цемесской бухты оставалось в наших руках. Это позволило постоянно держать вход в бухту и акваторию порта под огнем артиллерии, минометов [178] и пулеметов, так что фашистская пропаганда явно поспешила объявить о захвате Новороссийска, к тому же бои в городе еще по сути только начинались. Кстати, Ф. Гальдер, с бухгалтерской скрупулезностью отмечавший в «Военном дневнике» взятие каждого советского города, Новороссийск к числу захваченных городов так и не отнес.

Новороссийск ни на один день, ни на один час полностью оставлен не был. Память о тех, кто дрался, пал, но отстоял территорию города в районе цементных заводов, не позволяет считать его сданным. Разрушенный, сожженный, расстрелянный, как и Сталинград, он остался непокоренным советским городом. К сожалению, как в сообщения некоторых наших средств массовой информации, так и в отдельные наши исторические труды вкралась досадная ошибка об оставлении 10 сентября 1942 г. Новороссийска Красной Армией.

Бои за Новороссийск еще раз подтвердили необходимость тесного взаимодействия сил армии и флота при ведении боевых действий на приморском направлении. Принятая и всесторонне проверенная в ходе обороны Одессы такая удачная форма временного разнородного оперативного объединения, как оборонительный район, была использована и при защите Новороссийска. Своевременное создание Новороссийского оборонительного района дало возможность в конечном счете выполнить поставленную задачу: остановить противника на новороссийском направлении, не допустить его продвижения в Закавказье вдоль Черноморского побережья. Одним из главных факторов, предопределивших успех, было сосредоточение командной власти в одних руках. Предоставление командующему НОР широких полномочий в управлении подчиненными ему силами, введение должности заместителя командующего НОР по морской части и создание при штабе НОР морской группы способствовало более грамотному и оперативному реагированию на изменения обстановки во всей операционной зоне НОР, выбору наиболее эффективных способов боевых действий в зависимости от складывавшейся ситуации, гибкому и своевременному использованию родов войск и сил с учетом их боевых возможностей. Все это позволило добиться высокой согласованности действий общевойсковых соединений и частей, сил Таманской, Керченской и Новороссийской военно-морских баз, Азовской военной флотилии, сводной авиагруппы. [179]

Героический подвиг защитников Новороссийска навсегда останется в памяти советского народа. В восточной части города у цементного завода «Октябрь» на том месте, где войска 47-й армии и морская пехота преградили путь врагу к Северному Кавказу, стоит изрешеченный пулями и осколками обгоревший остов железнодорожного вагона. Надпись на мемориальной доске гласит: «Здесь 11 сентября 1942 года доблестные воины частей Советской Армии и Черноморского флота преградили путь врагу на Кавказ, а через 360 дней во взаимодействии с морским десантом и частями с Малой земли начали штурм Новороссийска и 16 сентября 1943 года, разгромив фашистские войска, освободили город». Ныне он стал частью величественного мемориала, воздвигнутого в память воинской доблести защитников Новороссийска. В знак признания их беспримерного мужества, стойкости и героизма Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1973 г. Новороссийску присвоено звание «Город-герой» с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Успешные действия наших войск под Сталинградом создали благоприятные условия и для наступления на Северном Кавказе.

Без преувеличения можно сказать, что все воины Новороссийского оборонительного района, затаив дыхание, следили за ходом гигантских сражений, развернувшихся на этих двух важнейших для всего хода войны направлениях. Это был период активной подготовки к наступательным действиям и на нашем участке фронта. Когда войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов вплотную подошли к Дону, настало время вновь готовить силы флота на Азовском море. 28 декабря заместителем командующего НОР по морской части был направлен командующему флотом доклад следующего содержания: «В результате наступления Красной Армии и выхода ее частей в район станицы Верхнекурмоярская с дальнейшим движением к Ростову становится возможным восстановление Отдельного Донского отряда АВФ ЧФ, который весной окажет существенную помощь частям Красной Армии в нижнем и верхнем течении реки Дон и в восстановлении судоходства для питания армии по реке Дон. Организация Отдельного Донского отряда послужит в дальнейшем базой для развертывания Азовской военной флотилии Черноморского флота.

Вопрос о восстановлении Отдельного Донского отряда [180] необходимо ставить теперь и начинать практическую работу по его организации нужно незамедлительно, так как до апреля месяца (имелось в виду начало навигации на Дону и Азовском море — С. Г.) необходимо провести формирование частей и кораблей, осмотр, ремонт и восстановление судов, находящихся выше Калача. Возможно, потребуется подъем судов и катеров, затопленных в районе Верхнекурмоярская — Калач и ниже». [166] Далее перечислялся ряд других мероприятии, которые необходимо было осуществить заблаговременно. Завершался доклад предложением привлечь к формированию и организации отряда, его соединений н частей личный состав, в первую очередь командный, служивший на Дону в 1941–1942 гг., значительная часть которого находилась на Черноморском флоте.

Последующий ход событий на южном крыле советско-германского фронта показал своевременность и целесообразность предлагавшихся мероприятий по подготовке сил Черноморского флота к участию в наступательных операциях Красной Армии. Флотилия, возрожденная на Азовском море, внесла достойный вклад в освобождение Кубани, Приазовья и Крыма от фашистских поработителей. [181]

Контрнаступление Красной Армии под Сталинградом, начавшееся 19 ноября 1942 г., возвестило о начале коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны. Ко 2 февраля 1943 г. войска Донского фронта ликвидировали группировку противника, окруженную под Сталинградом. К этому времени Южный, Закавказский, Северо-Кавказский фронты [167] и Черноморский флот освободили от немецко-фашистских захватчиков Северный Кавказ. В руках оккупантов оставались часть Новороссийска и Таманский полуостров. На южном фланге советско-германского фронта в этот период были освобождены Донбасс и северное побережье Азовского моря. В сентябре — октябре 1943 г. наши войска очистили от противника Таманский полуостров. В первых числах ноября части Красной Армии, овладев Северной Таврией, отрезали группировку немецко-фашистских войск в Крыму от основных сил.

В рассматриваемый период Черноморский флот, а начиная с весны 1943 г. и вновь сформированная Азовская военная флотилия по-прежнему вели борьбу с морскими перевозками противника, наносили удары по его базам [182] и портам, кораблям и судам в море, обеспечивали интенсивные морские перевозки в интересах фронтов. Однако одной из важнейших задач, стоявших перед флотом, являлась активная поддержка наступления Красной Армии на приморских флангах, что нашло яркое выражение в десантных действиях. Именно десантные действия составляли в 1943 г. основное содержание боевой деятельности флота, организации и проведению которых в значительной степени были подчинены деятельность командования и штабов флота, его объединений, командиров и штабов соединений и частей, а также оперативная и боевая подготовка, мероприятия, связанные с организацией и комплектованием новых соединений и частей.

Необходимость высадки морских десантов, являющихся наиболее результативной формой содействия сухопутным войскам, диктовалась общей оперативно-стратегической обстановкой, складывавшейся в ходе наступления Красной Армии на южном приморском фланге советско-германского фронта. Так, уже в плане Краснодарской наступательной операции, разработанной в конце 1942 г. командованием и штабом Черноморской группы войск в соответствии с директивой Ставки о наступлении на новороссийском направлении, предусматривалась высадка морского и воздушного десантов на побережье к юго-западу от Новороссийска. [168] Объективные предпосылки для проведения такой операции к тому времени уже имелись. В результате выхода войск Красной Армии к Дону, юго-западнее Новочеркасска, и к реке Маныч возникли благоприятные условия для нанесения удара в тыл войскам группы армий «А», насчитывавшей около 700 тыс. человек. Действовавший против Закавказского фронта противник вынужден был в связи с этим отказаться от наступления на туапсинском направлении, перейти к обороне, а позже и начать отвод своих войск.

Перед Черноморской группой войск ставилась задача перейти в наступление в направлении на Краснодар и Тихорецк, а после овладения Тихорецком продолжить наступление в направлении на Батайск, Азов, Ростов-на-Дону, не допустить отхода группировки противника с Северного Кавказа на север, пленить ее или уничтожить. На новороссийском направлении намечалось силами 18-й и 47-й армий овладеть станицей Крымская, создав тем самым условия для освобождения во взаимодействии с Черноморским [185] флотом Новороссийска, а затем и Таманского полуострова.

Одновременно с наступлением 18-й и 47-й армий предусматривалось высадить десант в районе Южной Озерей-ки в составе 83-й и 255-й бригад морской пехоты, отдельного пулеметного батальона, 393-го батальона морской пехоты и отдельного танкового батальона. [169] После захвата плацдарма десант и части 47-й армии согласованными ударами должны были разгромить группировку немецко-фашистских войск под Новороссийском и освободить город.

Но по ряду причин, в том числе и из-за неблагоприятных гидрометеорологических условий (сильные дожди и обильные снегопады, разливы горных рек и ручьев), намеченный план операции полностью осуществить не удалось. Тем не менее наступление 18-й и 56-й армий вынудило войска противника оставить ряд рубежей и опорных пунктов и начать стремительный отход с Северного Кавказа. Резко понизился боевой дух фашистов, увеличилось число перебежчиков и пленных. Они сообщали, что солдаты на передовых рубежах проклинают Гитлера и тот день, когда Германия напала на Советский Союз, что в частях наблюдаются случаи невыполнения распоряжений офицеров. [170] Трофейные документы, которые попадали к нам в руки, содержали уже не победные реляции, а тревожные, подчас панические вопросы: куда отводить потрепанные части — на север, к Ростову, или на Таманский полуостров, как остановить отступление войск своих ненадежных партнеров в условиях, когда никакие репрессии не приносят желаемых результатов, [171] перебрасывать ли войска из Крыма на Кавказ или в обратном направлении — вот что беспокоило в это время командование немецко-фашистской группы армий «А». Речь шла уже не о наступлении, а о том, чтобы, как значилось в трофейных документах, хотя бы «показать противнику (т. е. нашим войскам — С. Г.), что даже при неудержимом отступлении наших войск, противник не может делать все, что захочет». [186]