Чтение онлайн

Смотрела Мардж с какой-то утомленной, но заинтересованной надменностью, как женщина с колоссальным и весьма своеобразным опытом.

— Я вся в вашем распоряжении, детектив. — пропищала она мерзким тоненьким голосом, потом обратилась к охраннику. — Вулкан, котик, ты можешь нас оставить, спасибо.

Громила удивительно галантно поклонился и вышел из покоев.

— Проблема в том, что ваши девушки, прежде обращавшиеся за помощью к детоубийце, перестали это делать. Вместо этого они стали просто исчезать. Одни девушки пропадают, и на их место вы берете новых… Что же происходит с теми, кто пропадает? — продолжил детектив.

— Ну что за вопросы, Ваше Преподобие… Как вас по имени? — устало вздохнула Мардж, откидываясь на спинку кресла.

— Детектив Аполлос Епифан.

— Аполлос, дорогуша, если девушки куда-то пропадают из наших саун, то только потому, что я их увольняю. И, быть может это звучит не совсем по-христиански, но мне вовсе не интересна их дальнейшая судьба. Я надеюсь, что все у них складывается хорошо, все-таки если они у меня работали, значит что-то в них есть, особенное. Но если с ними что-то случается после того, как я их уволила, я не могу нести за это ответственность. Или я не права?

— А по какой причине вы их увольняете? Не по той ли причине, что они беременеют?

— Разумеется, если девушка беременнеет, она уже сможет у нас работать. И ей, и нам, и что главное, клиентам, это будет тяжело. Но дело не только в этом… Наш секрет в том, что персонал должен действительно любить наших клиентов, относиться к ним со всей нежностью и вниманием. Ведь этого так не хватает людям в нашем сумрачном и жестоком городе. Каждый, кто приходит к нам, должен ощутить тепло, заботу, любовь в конце концов. И эта любовь должна быть видна, в каждом движении, слове, во взгляде. Сауна согревает тело клиента, наши девушки согревают его душу. Поэтому в каждом их движении, жесте, взгляде должна быть любовь и нежность. И если в какой-то момент во взгляде девушки это тепло угасает, если она начинает проявлять усталость или, что еще хуже, безразличие, то в её услугах мои сауны больше не нуждаются. Мы расстаёмся.

Аполлос неожиданно почувствовал, что Мардж слишком сложна для него, слишком неуязвима, и его следствие на этом этапе грозило глухо завязнуть.

В этот момент в покои зашла миловидная девушка в достаточно скромном наряде. Держа в руках серебряный поднос, она подошла к столу и выставила между беседующими алебастровый графин и два серебряных бокала, в которых уже было разлито густое красное вино.

— Спасибо, Элис. — поблагодарила Мардж девушку, и та тихо отошла в сторону будуара.

— Но… вы же увольняли кого-нибудь в связи с беременностью? — уточнил Аполлос.

— Расслабьтесь, дорогуша. — томно произнесла Мардж, поднима свой бокал. — Я отвечу на совершенно любые ваши вопросы… Но сначала, давайте выпьем за нашу знаменательную встречу. Знаете, представители инквизиции не так часто заглядывают к нам в сауны. Как ни жаль…

— Не так часто? — хмуро переспросил Аполлос, глядя на своё вино, но еще не решаясь к нему прикоснуться.

— Даже суровым служителям меча и факела иногда не хватает тепла и нежности. — Мардж кокетливо склонила голову на бок.

— И… могу я узнать имена тех, кому не хватало тепла? Поверьте, у нас в зале дознаний тепла бывает предостаточно.

— Сначала выпьем. Вы приходите к девушке с обидными вопросами, а теперь заставляете её держать бокал в одиночестве? Не обижайте меня. — Мардж картинно накуксилась, и Аполлос, прищурясь, взял, наконец, свой бокал.

— Кажется вы сказали, на любые мои вопросы?

— Но сначала… За нас. За наше взаимопонимание. Иначе никак. — улыбнулась хозяйка, и серебро звонко стукнуло о серебро. Не сводя глаз с собеседницы, Аполлос припал к пряному бархатистому напитку, по виду напоминающему настоящую кровь.

Вино было прекраснейшим, от него во всем теле распространилась нежная теплота, словно от чьих-то нежных объятий. Захотелось протянуть ноги, расслабиться, насладиться этим сладостным чувством. Впрочем, Аполлос никаким образом не проявил это внешне, сохраняя собранность и серьезность. Впрочем, Мардж уже не вызывала того отторжения, которое возникло при первом взгляде на её фальшивую внешность, ужимки и манеры. Теперь она казалась просто опытной и неглупой женщиной, которая многое знает и может быть полезна.

— Так вот мой первый вопрос. — продолжил инквизитор. — Увольняли ли вы девушек в связи с беременностью? И если да, то когда в последний раз?

— Что-то такое было, но уже очень давно. Простите меня, детектив, я уже и забыла когда. Может быть в прошлом году. Я даже не помню имени той девушки, да и мне потом пришлось уволить так многих. Видите ли, у меня очень высокие требования к персоналу. В Альдене нужно очень стараться, что бы выдержать конкуренцию.

— И вы не можете объяснить, почему ваши девушки перестали обращаться к детоубийце, и в то же время начались увольнения?

— Не могу, дорогуша. Наверное, это уже их дело, и им отвечать перед Богом, не так ли? Моё дело обеспечить приличный отдых для гостей, и здесь я делаю всё, что могу. И каждая из наших девочек сделает всё, что может.

— Тогда второй мой вопрос. Вы обмолвились, что кто-то из представителей инквизиции посещал ваши сауны. Могу я узнать кто?

— Мне кажется, дорогой мой детектив, это не имеет никакого отношения к вашему следствию. С другой стороны, одна из сильных сторон нашего заведения в том, что клиенты всегда уверены в сохранении тайны их посещения. Поэтому, без специального предписания, я не смогу вам ничего сообщить о них. Но не спешите расстраиваться, милый Аполлос, вы же и сами можете использовать это обстоятельство… Горячая чистая вода, ароматические масла, благовония из Аль-Дара, в наших краях всё это большое благо. Это ведь не грех, дать немного отдыха своему телу, тем более если оно храм Божий.

— Моему телу достаточно и того, что оно получает. Большее будет во вред. — зло ответил Аполлос, при том, что злиться ему не особенно хотелось. Навалилась какая-то благодушная сонливость, словно в теплый день после сытного и вкусного обеда, и разговоры о деле стали казаться сейчас излишними и утомительными.

— Хорошо, Мардж, пожалуй на сегодня наш разговор закончен, но я полагаю, что вы мне еще понадобитесь. — инквизитор с усилием принял бодрый вид и поднялся с кресла.

— И я очень на это надеюсь. — хозяйка тоже поднялась на ноги, и взяв графин, подлила ещё немного вина гостю. — Только прошу немного подождать, у меня для вас будет небольшой сюрприз.

Сказав это, Мардж подала Аполлосу бокал и, вместе с Элис, скрылась за ширмой будуара.

Аполлос позволил себе еще пригубить восхитительного красного вина, но совсем немного, что бы только насладиться его вкусом. А уже через минуту к нему подошла одна Элис.

— Госпожа Мардж слишком устала, поэтому она передаёт вам свои извинения и вот этогт небольшой подарок. — проговорила девушка, протягивая инквизитору серебряную монету. С первого взгляда это был обычный альденский солид, но рассмотрев его, Аполлос увидел вместо привычного имперского кадуцея достаточно узнаваемый профиль Мардж. Когда детектив поднял на Элис вопросительный взгляд, она снисходительно и ласково улыбнувшись, пояснила: