Чтение онлайн

Мы остаёмся так на несколько минут, прежде чем Крид стонет и скатывается с кровати, чтобы избавиться от презерватива, прежде чем снова присоединиться ко мне.

Я практически парализована, лежу на спине и смотрю в потолок. Вдалеке я слышу слабый вой полицейской сирены.

Крид ложится на бок, подпирает голову руками и наблюдает за мной. Он всё ещё тяжело дышит, и я вздрагиваю, когда он проводит языком по нижней губе. Честно… Я, наверное, могла бы проделать всё это сначала. Может быть, в сто раз больше. В тысячу.

— Ты расскажешь остальным? — спрашивает он, и я бросаю взгляд в его сторону. — Я имею в виду, о сексе.

— Я… — это очень хороший вопрос. Разве я сама не отчитывала их всех за ложь и недомолвки?

— Я имею в виду, что знаю, что ты пока не собираешься выбирать меня.

— Пока нет, — шепчу я, и он садится, придвигаясь ближе ко мне и убирая прядь волос с моего вспотевшего лба.

— Нет. Я пока не жду, что ты выберешь меня. Не раньше, чем я зарекомендую себя. — Он наклоняется и целует меня в губы, крепко, по-собственнически. Мои пальцы ног буквально зарываются в простыни. — А я так и сделаю, Марни. Попомни мои слова, чёрт возьми, так и будет.

На следующее утро я просыпаюсь, чувствуя себя немного разбитой, но полностью удовлетворённой, чего никак не ожидала. Я ухмыляюсь, как идиотка, когда сажусь и провожу руками по лицу, оглядываюсь и вижу Крида, обнажённого и похожего на ангела во сне, его нижняя половина едва прикрыта простыней.

— Эй, — шепчу я, толкая его в плечо. Он ворчит, и один прекрасный голубой глаз открывается. — Нам нужно вставать. Я думаю, мы…

Дверная ручка дёргается, а затем, пока я в шоке разеваю рот, дверь распахивается.

— Не стоит оставлять свой ключ валяться где попало, если… — начинает Миранда, а затем замолкает. Я сижу совершенно голая сверху, а рядом со мной её обнажённый близнец. О, чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт. — О, боже мой, — выдыхает Миранда, роняя карточку-ключ на пол и зажимая рот обеими руками. — Ты этого не сделал. Скажи мне, что ты этого не сделал.

— Миранда, — произносит Крид, садясь и убеждаясь, что простыня прикрывает все его, гм, части тела. — Подожди.

Но моя лучшая подруга уже поворачивается и убегает, дверь в номер хлопает, когда она исчезает. Я совершенно подавлена, и мне тоже немного грустно. Я знаю, что Миранда влюблена в меня. Я знаю, что это так. И я люблю её безмерно, но просто… не в том смысле. Я не могу выбирать свою ориентацию так же, как она не может выбирать свою. Если бы я могла, она была бы моим первым выбором во всём мире.

— Чёрт возьми, — рычит Крид, вставая, а затем поворачиваясь, простыня всё ещё обёрнута вокруг его бёдер. — Я не жалею об этом. Я бы сделал это снова. Я просто…

— Иди за своей сестрой, — говорю я, и он кивает, исчезая в основной части номера.

Несмотря на то, что я одеваюсь так быстро, как только возможно в человеческих силах, Крид опережает меня, выходя из комнаты в джинсах и обтягивающей белой рубашке. Я надеваю жёлтый сарафан, туфли на плоской подошве и направляюсь в холл, натыкаясь прямо на широкую мускулистую грудь Зака.

— Ты в порядке? — спрашивает он, и я прикусываю губу.

Чёрт.

Я немного расстроена и совершенно потеряна в себе. Моя голова определённо витает в облаках.

— Миранда только что ушла. Я … Я ищу её, — говорю я, когда Тристан, Зейд и Виндзор появляются из буфета, жонглируя продуктами со шведского стола для завтрака. Зейд ухмыляется и бросает мне яблоко, которое я каким-то чудесным образом ловлю.

— Что не так с Мирандой? — спрашивает Зейд, но, клянусь, и Винд, и Тристан смотрят на меня так, словно уже знают.

— Она… — я вздрагиваю, и мне приходится прислониться спиной к двери гостиничного номера, чтобы сохранить равновесие. — Она увидела кое-что, что ей не понравилось.

Зак приподнимает тёмную бровь и кладёт ладонь на дверь над моей головой, наклоняясь и одаривая меня одним из своих прищуренных взглядов. Он такой высокий и широкоплечий, и от него пахнет грейпфрутом… По моему телу пробегает дрожь, и я понимаю, что сегодня работаю с полным набором гормонов.

— Ты трахалась с Кридом, да? — спрашивает Тристан, и в его голосе серьёзно звучит безумная скука. Я не могу как следует разглядеть его из-за большой фигуры Зака, так что не могу сказать, притворство это или нет.

— Трахалась — не то слово, которое я бы использовала, — шепчу я, когда Зейд хмурится, а Зак полностью застывает с головы до ног. — Но у нас был секс, да.

— И как это было? — спрашивает Виндзор, и я клянусь, если бы я могла видеть больше, чем только его рыжие волосы, торчащие за спиной Зака, я бы, наверное, дала ему пощёчину.

— Серьёзно? — задыхаюсь я, безуспешно пытаясь оттолкнуть Зака с дороги. Он просто стоит там, эта неподвижная гора мускулов, и смотрит на меня с какой-то грустью в глазах, которая быстро сменяется… решимостью? Он выглядит так, словно готов надрать Криду задницу. — Пожалуйста, отойди, чтобы я могла найти Миранду.

— Ты выбираешь его? — спрашивает Зак, но потом я поднимаю взгляд и смотрю в его карие глаза, и эта боль внутри меня только усиливается.

— Я никого не выбираю. Я уже говорила тебе всё это. Теперь ваша очередь осознать, что вы не всегда получаете то, чего хотите, что иногда вам приходится делиться и что у ваших действий есть последствия. Остальные из нас учатся этому в детском саду.

Я снова начинаю проталкиваться мимо него, когда он хватает меня за запястья и поднимает мои руки над головой, прижимаясь своими губами к моим в поцелуе, который бросает вызов самому времени.

В тепле его губ так много сказано: обещание бороться, обжигающий огонь и собственнические притязания, от которых меня бросает в дрожь. Он проводит языком по моей нижней губе и отстраняется, оставляя меня наедине с хмурым Зейдом.

Он протягивает мне молоко, а затем хватает меня за руку своими татуированными пальцами, когда я беру её.

— Она взбежала по ступенькам в представительский лаундж, и Крид последовал за ней. — Зейд ведёт себя так, будто собирается отпустить меня, а затем снова ненадолго сжимает хватку, глядя мне прямо в лицо, прежде чем ухмыльнуться. — Эх, я же говорил тебе, что мне всё равно не нравятся девственницы. Полагаю, теперь ты в честной игре, да?

— Не будь таким грубым, — говорю я, когда он, наконец, отпускает меня со смешком.

— Я рок-звезда, Черити, это то, что мы всегда делаем! — кричит он у меня за спиной, и мне приходится скрывать лёгкую улыбку, когда я пробегаю мимо Тристана и Виндзора. Ни один из них не выглядит особенно обеспокоенным, но я не могу решить, то ли это потому, что секс действительно ничего для них не значит, то ли они просто невероятно хорошие актёры.

Хватаясь за перила, я взбегаю по лестнице и обыскиваю представительский лаундж. Когда я не нахожу её там, я поднимаюсь на террасу на крыше и вижу, как она обмякла в кресле, а Крид стоит перед ней на коленях. Она плачет, её белокурые волосы блестящей простыней свисают по обе стороны лица, когда она вытирает свой изящный маленький носик тканевой салфеткой.