На зубок
Шрифт:
— В таком случае, — переступила через поваленное старено дерево. — Если мы на свидании, то где цветы, что ты мне должен подарить по закону всех свиданий?
— У меня не такой банальный подход, — усмехнулся Хант и ловко схватил меня за талию, когда я споткнулась о торчащий из земли корень какого-то куста.
— Да? — развернулась в его руках и вскинула подбородок, чтобы снова увидеть сапфировые глаза в свете луны. — И какой же у тебя подход?
— Ну, — прищурился он, задумавшись. — Я дарю тебе весь этот лес.
— Зачем мне лес? Я цветы хочу, — наигранно взбрыкнула.
— В этом лесу миллиард цветов. Нюхай любой из них и помни, что тебе их подарил я.
— А ты умеешь впечатлять, — рассмеялась и прислонилась щекой к его груди. — Ого!
— Что? — не понял парень.
— Твоё сердце так быстро бьётся! — сильнее прижалась щекой к широкой груди. — Ты себя нормально чувствуешь? Тебе плохо? Может, врача?
— Не паникуй ты так, — рассмеялся Хант и крепче меня обнял. Макушки мягко коснулся подбородок. — Мы же в лесу и мой зверь это чувствует, просясь погулять. Так что мне точно не плохо, а очень даже наоборот.
— Так выпусти его, — вскинула подбородок и случайно кончиком носа задела щетину на мужском подбородке. — Или нельзя этого делать, когда ему захочется?
— Почему же, — повел он плечами, отчего я покачнулась вместе с ним. — Можно и даже нужно давать своему внутреннему зверю свободу, чтобы не заскучал и не обозлился на тебя. Просто, ты можешь испугаться. Опять.
— Ничего я не испугаюсь! — я пыталась возмутиться как взрослый человек, но вышло так, что я пропищала как придавленный чьей-то пяткой хомяк.
— И даже по лесу не побежишь, зовя кого-нибудь на помощь? — выгнул он насмешливо брови, слишком жирно намекая на тот день, когда я бежала по лесу, сломя голову.
— А как в стае отнесутся к тому, что их волка покусает обычная девчонка? — сузила глаза, грозно вглядываясь в его черты.
— Ты мне угрожаешь? — откровенно веселился Хант.
— А на что это похоже? — не удержалась и мягко прикусила его подбородок. — Не страшно?
— Ой, боюсь-боюсь, — промурлыкал парень и чмокнул в самый кончик моего носа вместо того, чтобы укусить в ответ.
И вновь по телу пробежала волна горячих волнующих мурашек. Дыхание сбилось, а пульс ускорился так, что казался в разы чаще, чем у Ханта.
— Ну, так что? — откашлялась я, смущенно опустив взгляд. — Выпустишь своего внутреннего зверя? Я хочу на него посмотреть поближе.
— Тогда мне нужно для этого раздеться.
Нельзя так эротично говорить такие простые слова! Это преступление, я считаю.
— Я знаю, — высвободилась из теплых объятий взмахом руки скомандовала. — Приступай.
— Знаешь? Откуда?
— Эм… — наигранно задумалась и постучала пальцем себе по подбородку. — Сегодня примерно в пять утра мне пришлось стать свидетелем чего-то подобного.
— Кто-то при тебе уже перекидывался? — Ханту явно не понравилось услышанное.
— Лиам. Но он, скорее, просто разделся передо мной до белья, а потом спрятался в кустах, чтобы перекинуться.
— И зачем он это сделал? Да еще и в пять утра?
— Он предположил, что я хранительница и могу помочь Эшли с… перевоплощением, в общем.
— Хм, — протянул Хант задумчиво и опустил взгляд и землю. — Что-то в этом есть…
— Ага. Глупость, например.
— Как знать, — повел он плечом и снова всмотрелся в мои черты. — Готова?
— Волнуюсь, но готова, — уверенно кивнула и вдохнула поглубже, приготовившись увидеть нечто такое, что видела лишь однажды, но не разглядела ничего за пеленой страха и ужаса.
— Если станет совсем страшно, просто закрой лицо руками, но не убегай. Хорошо?
— Хорошо.
Выждав секунду, словно просканировав меня насквозь, Хант закинул руки за голову и стянул с себя толстовку.
Крепкий торс в свете луны выглядел так, словно был вылит из серебра. Перекатывание мышц под светлой кожей завораживало и словно гипнотизировало. Если он передумает перевоплощаться в волка, то я ничуть не обижусь.
Тишину ночного леса нарушил звон пряжки ремня на джинсах Ханта. Один за другим он сначала стянул кроссовки, а затем и джинсы, пока не остался лишь в белых боксерах и носках, а я без мозгов, потому что они явно отключились, когда я без всякого стыда и смущения откровенно пялилась на парня, даже не думая захлопнуть рот.
— Точно готова? — спросил Хант, стянув и носки. — Последний шанс, чтобы передумать.
— Давай… — изобразила неясный жест в воздухе. — Делай вот это вот всё.
— Вот это вот всё? — издал он тихий смешок. — Как скажешь.
Когда его пальцы нырнули под резинку боксеров, собираясь стянуть и их, мои глаза готовы были выпрыгнуть и поочередно проскакать по дивному ночному лесу.
— Ладно, — усмехнулся Хант и отпустил резинку, не забыв щелкнуть ею на весь лес. — Это пока что мы не будем трогать.
— Буду признательна.
Мысленно поблагодарила вселенную, что сейчас ночь и мой румянец находится под надежной защитой темноты. Или нет? Волки же умею видеть в темноте?
Засада!
— Это точно не больно? — спросила напоследок, желая разбавить молчание.
— Только первый раз, когда кости ломаются впервые, а затем срастаются вновь.
— Ломаются? — выпучила глаза.
— А ты думаешь, что мы из пластилина? — беззлобно спросил Хант.
Ну, вот… То носочек, то пластилин. Не познать мне всю их лохматую кухню.
— Я вообще не представляю, как там у вас всё устроено. Для меня это… — махнула рукой, обрисовав в воздухе круг. — Темный лес для меня всё это.
— Ну, — кашлянул Хант и расставил ноги шире. — Тогда приглядись к темному лесу и смотри очень внимательно.
Подмигнув мне, он опустил голову и медленно вдохнул и столь же медленно выдохнул. Таким образом моя мама обычно готовится к йоге. Сомневаюсь, что Хант позвал меня в ночной лес для того, чтобы показать свои любимые асаны.
Неожиданно его спина выгнулась дугой, отчего парень покачнулся, но остался стоять, не издав ни звука.