Чтение онлайн

– Диву даюсь, вроде куришь, но довольно бодро идешь! – удивлялась Юлиана.

Дарьян приподнял бровь и снял один наушник. Девушка переспросила.

– Я на геологическом учусь, на полевых практиках рюкзаки по двадцать-тридцать килограмм таскал по несколько километров в день, поэтому полчаса с рюкзаком для меня, как легкая пробежка, – ответил парень.

– А я пару лет назад бросила курить, – подошла Кира, – тренер узнал и сказал, что не пустит меня в зал, пока я не вскопаю ему поле площадью в гектар под картошку. Как я потом узнала, поле было заброшенное и никому не нужное… – девушка засмеялась. – Потом он заставил меня полы вымыть во всем спорткомплексе, да бутыли ко всем кулерам принести. Кому-либо помогать мне он запретил. И так, после каждой, выкуренной мной сигареты, он придумывал для меня наказание. Ну а после того, как он вывел меня на спарринг в противогазе, я поняла, что грызть орешки гораздо приятнее, чем курить.

– Мда, нелегкая жизнь, – констатировал Дарьян и затянулся, – а чего тренера не поменяла? Почему он тебя жизни-то учил?

– Он мне отца заменил, я с девяти лет – сирота, – улыбнулась Кира.

Логично было бы предположить, что общение продолжится, однако Дарьян докурил сигарету, бросил под ноги окурок, затоптал его, буркнул, что-то типа – «бывает!», и решил осмотреться вокруг. Кира вздохнула и отошла к ребятам.

Тощего окончательно привёл в чувство Могильников, вылив ему на голову полбутылки воды. Столь неразумной трате питьевой воды тут же возмутилась Элина, но вмешался Валенов, пояснив, что скоро они дойдут до ручья, и там пополнят свои запасы. Юлиана тут же зафыркала, мол, пить воду из ручья, в который писали медведи – это дикость. Традиционно материализовавшийся из воздуха в нужный момент Эдкевич, не упустил возможности пошутить, и сказал, что некоторые люди уринотерапией лечатся.

– Ну, вот сам своей уриной и лечись, клоун! – рявкнула Юля.

Тощего от информации об уринотерапии опять стошнило. Он побледнел так, что Могильников назвал его своим будущим клиентом, пообещав даже выделить ему индивидуальный холодильник. Лея обиделась и решила отомстить Могильникову – решительно подошла к патологоанатому, причем с каждым шагом ноги её дрожали все сильнее и пнула его. Олег Уюкович не отреагировал. Зато Лея зарыдала и схватилась за свою ногу, пострадавшую от удара о «бетонную» плиту. Теперь туристам пришлось приводить в чувство еще и Лею. Кира с Юлей снова что-то не поделили и вцепились друг в друга. Дарьян, как и обещал, вмешиваться в конфликт не стал, он просто поставил подножку Кире, та плюхнулась на траву, конфликт закончился, толком не начавшись. Эдкевич, чтобы не принимать участие в этом, как он выразился, балагане, отошел сфотографировать одноухую белку. Условно назовем её Белкой Иваном. Вы спросите, дорогие читатели, зачем давать имя белке? А я отвечу, что с этим зверьком туристам придется еще не раз встретиться. Белок в лесу много, но Иван – один.

Видя столь бурные события на привале, Валенов объявил, что следующий будет не раньше, чем у ручья, и дал команду собираться. После этой фразы лица у всех как-то потускнели. Нехотя надев рюкзаки, туристы возобновили движение.

Могильников шёл впереди и первым до ручья дошёл он.

– Роман… – начал он, – у вас явные проблемы с масштабами. Вы уверены, что это ручей? – бросил злой взгляд на руковода патологоанатом.

Валенов подошёл и удивился не меньше.

– Паводок? – ляпнул он, поднимая честные глаза на Олега Уюковича.

– Какой (непереводимый патологоанатомический фольклор) паводок в сентябре, Роман Александрович?! – повысил голос Могильников.

Вместо ручья перед туристами текла река метров в пятьдесят шириной с довольно бурным течением.

– Странно, – произнес Валенов, – судя по карте, здесь должен течь небольшой ручеек.

– Посмотрите ещё раз карту, может не туда повернули, – предположил Могильников, – хотя, насколько я помню, GPS-навигатор вы с собой должны были взять. Проверьте лучше по навигации – точно будем знать!

– Извините, я купальник забыла! Сами перебирайтесь через неё! – фыркнула подоспевшая Юлиана.

Роман снял рюкзак и опрокинул его на поваленное дерево. Рюкзак он, конечно, упаковывал аккуратно, но навигатор укладывал в последний момент и потому прибор в процессе ходьбы благополучно свалился на самое дно. Пришлось разбирать все вещи. Могильников пока решил пройтись по берегу в поисках места, где можно перейти реку вброд. Дарьян достал термос, в который еще в поезде налил кипяток, достал пакетик растворимого кофе, залил. Юля, которая стояла рядом, тут же повела носом. К слову, кофе было для нее чем-то вроде напитка жизни, примерно, как для Могильникова – спирт. Поэтому, когда Дарьян приготовил себе кружечку, пусть и растворимого, Юля уставилась на нее, как на вожделенную добычу.

– А предложить? – агрессивно заявила девушка.

Дарьян снисходительно посмотрел на неё.

– А попросить? – ответил он и сел на валун.

– Я еще спрашивать должна? Мог бы, как джентльмен, предложить даме! – фыркала Юля, как стреноженная лошадка.

– Чтобы я вёл себя, как джентльмен, тут должна находиться леди… увы, – подмигнул он.

– Да ты… – не нашла слов Юля.

– Да я…– передразнил её Дарьян. – Кружку подставляй, – добавил он, вновь открыв термос.

Юля, сдерживая эмоции, молча протянула ему кружку.

Юля посмотрела на черный кофе, в который плюс ко всему упала мошка, сморщилась, перевела взгляд на Дарьяна. Тот спокойно пил кофе и грыз печенье.

– Черный! А сливок нет? Я не буду пить эту мерзость, ещё и муха попала! – вспыхнула Юля и вылила кофе на траву.

– Мда, – холодно произнес Дарьян, достал из рюкзака маленькую упаковку сгущенки и забелил кофе. К Дарьяну присоседился облизывающийся от предвкушения вкусного кофе Эдкевич. Юля фыркнула, гордо подняла голову, отвернулась и отошла к реке. Встала на берегу, скрестив руки и мечтая о том, что, когда вернется домой, всё выскажет своему любовнику.

– Вы в своём уме?! – завопила Элина, когда увидела, с чем ребята пьют кофе, – да медведи сгущенку, как наркоманы чуют! Парни вытаращили на нее глаза. Затем Дарьян хмыкнул и захлопал в ладоши. Девушка фыркнула и боевой походкой направилась к руководителю: – Роман Александрович, почему вы не проконтролировали, что группа напихала в свои рюкзаки?

– Ты, о чем? – Валенов от неожиданности подавился слюной.

– Я о сгущенке! Дарьян сгущенку с собой взял. Вы-то хотя бы знаете, что ее нельзя в лес с собой брать? Медведи учуять могут!

– Знал, – замешкался с ответом Роман, – но кто мог подумать, что он сгущенное молоко с собой потащит?

– А вы сказать об этом не могли? Предупредить всех? Краткий ликбез по выживанию в тайге? Или вы хотите, чтобы нас всех медведь сожрал? – возмущению девушки не было предела. Роман Александрович совсем растерялся от такой словесной атаки.

– Да чего ты пристала к нему? Не будет же руководитель, как нянька, за каждым из нас ежеминутно следить! – вступилась за Валенова Кира. – Даша – геолог, в лесах бывает не в первый раз, чего же он не знает о дружбе медведей со сгущенкой, – затем девушка обратилась к Дарьяну: – ребята, вы доедайте уже свою сгущенку с Эдкевичем скорее, или бурёнке, вон, скормите.

– Что ты сказала? – сразу взвилась Юля.

– Как ты меня назвала, Даша? – басом вторил ей Дарьян.

Кира хмыкнула и отошла к своему рюкзаку, а затем решила спуститься к реке.

Элина, не на шутку разнервничавшись, присела на рюкзак подальше от Покровского со сгущенкой и принялась активно протирать очки. А Дарьян, вспомнив основную цель своего пребывания в походе, достал блокнот, чтобы записать еще один «косяк» руководителя. Увы, сделать это он не смог – ручка вытекла на носовые платочки. Теперь все, что находилось в верхнем кармане рюкзака вместе с новыми платочками, окрасилось в темно-синий цвет.