Чтение онлайн

Я пригляделся к «капитану». На первый взгляд — ничего особенного. Мальчик как мальчик. Лицо круглое, нос пуговкой, но глаза! Большие, светло-серые, они глядели открыто и прямо. В уголках рта прячутся ямочки. Этот ясноглазый мальчишка был, видимо, и смешлив и настойчив. В общем Вася пришёлся мне по душе.

Овраг кончился. Дальше ехать на лошади было нельзя. Васятка спрыгнул с козел и отдал деду вожжи:

— Ты, деда, подожди здесь, а я сейчас передам по цепи, чтобы высылали сюда людей за термосами.

И ловко пополз вперёд.

С трудом добравшись до первого батальона, я рассказал капитану Булатову о встрече.

Комбат засмеялся.

— У нас его так и зовут: «Васятка — солдатский кормилец». Они с дедом Игнатом у нас уже три недели, и ни разу солдаты не оставались без горячей пищи. Васятка — сущий чертёнок, ничего не боится. Я деду не раз говорил, чтобы он берёг внука. В батальоне людей не хватает, и они нам здорово помогают.

Наступление гитлеровцев усиливалось. Атаки следовали одна за другой, а мы, изматывая врага, постепенно отходили. Первой заботой на новом оборонительном рубеже было оборудование наблюдательного пункта. Найти его в равнинной местности не всегда удавалось. На одном из таких рубежей в районе селения Тимково меня вызвал к телефону командир первого батальона капитан Булатов:

— Товарищ майор, НП нашли — прямо загляденье.

— На кого заглядываетесь?

— На фрицев, конечно. Прямо как на ладони, только до нас добраться трудно. Всё кругом простреливается.

— Ничего, доберусь.

Добраться оказалось очень трудно, но рискнуть стоило: наблюдательный пункт, оборудованный в полуразрушенном сарае, стоявшем на пригорке, действительно оказался очень удобным.

Войдя в сарай, я осмотрелся. У западной стены в проломе укреплена стереотруба. В земляном полу вырыто укрытие. Толково сделано, ничего не скажешь! Полуразрушенный сарай едва ли мог привлечь внимание противника. Поэтому наблюдение за противником можно было вести беспрепятственно. День выдался напряжённый, о еде некогда было и подумать.

Только к вечеру я спросил у капитана Булатова:

— Капитан, когда будете людей кормить?

Тот ответил раздражённо:

— Кабы я знал! Видите, что кругом делается? Авось ночью проберётся к нам кухня, а пока ремни подтягиваем.

Конечно, воевать и с подтянутым ремнём можно, но в дырявом сарае свободно гулял ледяной, пронизывающий ветер. Нас было человек семь. Сказать, что мы хотели есть, — мало, мы были голодны как волки, а главное — закоченели так, что зуб на зуб не попадал.

Какая-то возня около сарая привлекла моё внимание.

— Что там такое? — спросил я.

В ответ послышался бодрый голос моего ординарца:

— Товарищ майор, термос прибыл!

Двое связистов внесли большой термос. Вслед за ними показалась круглая курносая физиономия мальчишки.

— Вася, неужели один добрался? Как ты узнал, что мы здесь? — забросали его вопросами бойцы.

Устало улыбаясь, Вася ответил:

— Дед Игнат кашу сварил, а добраться до батальона нельзя: кругом пальба, укрыться негде. Нашли один овраг вроде бы подходящий. Поехали, а как до конца оврага доехали — смотрим: голову высунуть нельзя. Пришлось возвращаться. Зло меня взяло — сколько времени зря потеряли. Приехали на старое место, я говорю деду: «Ты меня подожди, а я дорогу поищу». Дед хотел сам идти, да где ему, старенькому. В общем часа два искал я дорогу: зайду в овраг, как будто можно проехать, а как до конца дойду, так сразу видно — дальше не пройдёшь. Дед в кухне огонь поддерживал, поддерживал, а потом говорит: «Брось, Васятка, давай огонь погасим и ночи дождёмся». Но я всё-таки решил найти дорогу. И нашёл.

— Досталось тебе, Васятка, — проговорил кто-то из связистов.

— Досталось, — охотно согласился Вася, — до сих пор ноги гудят. Сколько я всяких оврагов да лощин исколесил, и всё без толку. Решил бросить поиски, идти к деду и огонь погасить. Потом вернулся, уж очень обидно солдат без еды до ночи держать. Попалась, наконец, мне ещё одна лощина. Ну, думаю, попробую в последний раз.

Сначала мне странным показалось, что идёт она в другую сторону, но всё-таки я решил пойти проверить и вышел к батальону, но совсем с другой стороны. Теперь и в батальоне этот путь знают, хоть далековато, зато безопасно.

— А к нам ты как попал?

— Когда мы до батальона добрались, связные о вас рассказали. Ну, я взял термос и пошёл. Вот около вашего сарая страху натерпелся. Хорошо, что кашу нёс, а не суп.

— Почему?

— Вытек бы.

Мы бросились к термосу — и ахнули: на нём сияли четыре пробоины.

В первых числах ноября «генеральное» наступление врага выдохлось. Атаки уже не были такими массовыми и частыми. Реже стали артиллерийские обстрелы. Беспокойство по-прежнему приносили только немецкие снайперы.

Жизнь текла размеренно, насколько это возможно в военных условиях. Во всяком случае, боеприпасы и пища доставлялись своевременно. Удобные подходы из тыла на передовую позволяли передвигаться без потерь. Правда, было одно опасное место при переходе из одной лощины в другую, но оно простреливалось только сбоку, и поэтому люди проскакивали благополучно. Видимо, это благополучие и притупило нашу бдительность.

Дед Игнат и Вася подогнали двуколку с кухней в условленное место и стали ждать связных из рот. Из одной роты вместо положенных двух человек пришёл один.

— Лейтенант больше не дал, земляные работы большие, блиндаж строим, — объяснил он виновато.

— Придётся мне идти, — вздохнул Вася.

— Ты возьми термос, который полегче, — посоветовал солдат.

— Ладно, сам знаю, — обиделся Вася, — донесу, не бойся.

Однако с первых же шагов он понял, что угнаться за взрослым человеком ему трудно. К «перевалу», как называли открытый участок между двумя лощинами, Вася подошёл уже потный, но сдаваться не хотел. «Перевал как-нибудь осилю, — подумал он, — а там дорога пойдёт вниз, легче будет».

Едва они вошли на «перевал», как у солдата порвалась лямка от термоса. Чертыхнувшись, он остановился. Вася обогнал его и пошёл медленнее. Подойдя к небольшой выемке на середине «перевала», он обернулся и увидел, что солдат идёт за ним, но правая лямка всё время спадает у него с плеча.

Миновав выемку, Вася вдруг увидел шагах в пяти неподвижно лежащего бойца. Валявшаяся рядом волокуша не оставляла сомнений — погиб подносчик патронов.

Мальчик мгновенно прыгнул назад, в выемку, и тотчас же услышал тупой звук от падения чего-то тяжёлого. Обернувшись, он увидел, что солдат с термосом упал и остался недвижим.

«Снайпер», — мгновенно понял Вася и бросился в углубление. Дело дрянь, ни вперёд, ни назад хода нет. Неужели придётся ждать темноты? Ветерок ласково провёл холодной ладонью по разгорячённой спине. Второе прикосновение было уже не таким приятным. Вася поёжился. А через несколько минут ветер резал спину, как ножом.

Да, долго здесь не усидеть. Вася снял китель, набросил на термос, сверху пристроил фуражку и поднял всё это вверх. Тотчас же слева, на пригорке, за кустами сверкнул огонь и по термосу щёлкнула пуля. Вася понял: первое — нельзя высовываться, второе — термос пуля насквозь не пробила, значит им можно пользоваться как прикрытием.