Чтение онлайн

– По быстрой дороге.

– Я чего-то про такие и не помню, и не знаю.

– Ты тоже, Волшебница… – произнёс Хафэр с некоторой досадой. – Тебе про них знать зачем?

Хафэр приобнял Эктори за плечи, шагнул. Она вовремя успела закрыть глаза, в этот раз ей не хотелось прибывать в том искажённом пространстве вечность.

В один шаг они переместились на довольно большое расстояние. Открыв глаза, Эктори радостно хлопнула в ладоши, отыскала место, где они оказались когда прошли через миры, проследила путь до колонны. Повернулась, хотела сказать Хафэру какие же замечательные эти быстрые пути, но он уже ждал её у подъёмника.

…

Эктори зашла следом за Хафэром.

Один из сидевших за столами, поднялся, учтиво кивнул Хафэру, спросил:

– Решили свою барышню принарядить?

– Нет, сам платье хочу… – ответил тот с серьёзнейшим лицом.

Незнакомый Эктори господин, постояв мгновенье в растерянности, хохотнул:

– Я было поверил. Хотя сам виноват, пристаю тут с глупыми вопросами.

Модельер жестом пригласил Хафэра и Эктори к своему столу спросил:

– Чего желаете, господин Император?

– Платье, – кивнул в сторону Эктори, – что угодно, главное не белое и в пол.

– А почему не белое? – поинтересовалась Эктори.

– Милая леди, белое носят те, кто занимает свой пост по праву явления в миры живых, господин Император вот, – учтиво объяснил модельер.

Хафэр кивнул, продолжил про платье:

– Надо, чтобы было готово ура через два.

– Сделаем в лучшем виде, не зря Ваша матушка – Превеликая Императрица – так нашу работу ценила. Только вот… Тогда на примерки и погон времени нет, придётся собирать прямо на барышне. Она потерпит?

– А куда она денется? – хмыкнул Хафэр.

Модельер кивнул, отложил в сторону эскиз, над которым работал, взял новый лист. Эктори сначала показалось, что он рисовал на бумаге, потом присмотрелась, оказалось на очень тонкой, но плотной ткани. Она с интересом смотрела, потом неожиданно вспомнила, добавила пожелание:

– А можно, пожалуйста, спину закрытую?

– Насколько?

Немного подумав, Эктори попросила, чтобы было как можно выше.

Модельер кивнул, она продолжила заворожённо наблюдать за тем, как пишущее перо, оставляя следы на бумаге, вырисовывает силуэт платья.

– А Вы не сидите барышня, Вы раздевайтесь. Времени нет, – посоветовал модельер, не отрываясь от работы.

Эктори пробурчала: «Что же вам всем так нравится меня раздевать?», но начала стаскивать пиджак.

Хафэр смотрел на неё внимательно, когда она расправилась с юбкой, спросил:

– А ты подумала, куда всё это денешь?

– Тебя таскать заставлю, – ответила она недовольно, но, немного помолчав, добавила. – Я и правда не подумала. А куда можно?

Хафэр протянул руку, Эктори постояв в задумчивости, сунула ему аккуратно сложенный пиджак. Он развернул, залез в карман, вытащив медальон, повертел в руках, на что-то нажал, и тот открылся, Хафэр привычным движением засунул в него пиджак, вернул Эктори.

– Я совсем об этом забыла, – сказала ария, стараясь не показывать удивления, она ведь из Империи, фокусы с пространством здесь обычное дело, а самые большие тайники обычно в самых маленьких вещах.

– Может, не знала?

На лице Эктори отразился испуг, что вот сейчас Хафэр начнет её расспрашивать, заподозрит в краже, а она и оправдаться не сможет потому, что не помнит, что говорить.

Хафэр хотел начать расспрашивать Эктори, он понимал, что в сложившейся ситуации именно так и должен поступить, уже приготовился сказать, что она не похожа на какую-нибудь дальнюю родственницу, предположить, что она дочурка какой-нибудь придворной дамы, но в таком случая всё шло бы к обвинению в воровстве и он прекрасно понимал, что Эктори оправдаться не сможет, потому промолчал.

Модельер отложил перо, сунул ей под нос эскиз пышного тёмно-зелёного платья, с невысоким воротником, плотно облегавшим горло, обнажёнными руками, объёмными вертикальными складками, создававшими видимость присутствия груди, корсетом, подчёркивавшим тонкую талию, юбкой, стелившейся по полу, расшитой по подолу стразами.

Эктори довольно кивнула:

– Замечтательно!

Модельер, подозвав какую-то девушку, сказал: «Работаем», отдал листок.

Эктори поспешно убрала блузку и юбку, медальон повесила на шею, собрала волосы.

Хафэр раскрыл книгу, которую он давно уже пытался дочитать, но неожиданно за спиной у него словно бы материализовавшийся Гэо, учтиво поклонившись, сообщил:

– Господин Советник просит Вас.

Хафэр ничего не ответил, всем видом показав, что он недоволен, встал и ушёл.

Гэо занял его место, огляделся, встретившись взглядом с полураздетой Эктори, вежливо отвернулся.

…

Поверх нижнего белья на неё надели панталоны – кружевные с рюшечками и ленточками, потом белую мягкую юбку и сверху несколько слоёв жёсткой объёмной сетки из тонкой, то ли лески, то ли проволоки, принялись послойно пришивать их к широкому поясу.

Модельер, выждав после ухода Хафэра несколько минут, подошёл к Эктори, наклонился к её уху, прошептал:

– Госпожа Ар, Вы извините за всё это представление, он Вас не помнит, а нас просили Вас не выдавать. Мы выражаем почтение Вашему терпению и рады, что Вы почтили нас своим присутствием.

Эктори несколько опешила, но постаралась не подавать виду. Тихо шепнула Сайме:

– Ты уверена, что появляться в кругах, где вертелась прошлая я, было хорошей идеей? Может, мне стоило забиться куда и сидеть, не шевелясь?

– Ну, ты же хотела всё вспомнить. А теперь всё? Бросаем и ныкаемся?

– Ни за что! – запротестовала Эктори. – Просто скажи, кто я, а я буду вести себя подобающе. Ты-то всё помнишь.

– Здесь ты Ар, там, в Академии – Эктори.

– Что мне это даёт? Я же их всех не помню.

– Да не парься, это нормально.

Она хотела обидеться, но отвлёк модельер, как-то очень уж внимательно её разглядывавший.

Он подшагнул, склонился, еле ощутимо коснулся плеча её левой руки, нехорошо сощурился.

Эктори смотрела во все глаза, наконец, смогла разглядеть белёсый широкий след, словно браслет, окольцовывавший руку, почти не заметный на светлой коже. Не нашла в этом ничего необычного для себя, вопросительно посмотрела на модельера.

– Так они, и правда, Вам руку оторвали, – не уточнил, а констатировал тот.

Эктори вздрогнула, но она по-прежнему не могла понять, чего тут такого.

Модельер картинно всплеснул руками, воскликнув: «Шрамы – позор! Это никуда не годится! Всё исправить!», убежал с листочком.