Чтение онлайн

Успокоились только когда удалились на добрые пять сотен метров. Остановила всех досадная и неприятная случайность: один из первых бежавших спецназовцев оступился и, всё бы ничего, да только за возвышением, которое остановило его ногу, притаился небольшой овраг. С криком боец полетел вниз, попутно ударяясь о выступы. Полковник бежал точно за ним. Сам успел затормозить и подался вперёд, дабы схватить летящего за ногу. Не хватило жалкой секунды и распятая рука ударилась о землю, чуть не коснувшись сапога.

— Стоять! — скомандовал он и обернулся, не поднимаясь.

Все моментально замерли и заозирались по сторонам. Вместо выстрелов теперь беспокоил крик бьющегося о выступы товарища. Когда определили направление, сразу направились к командиру, который только сейчас принялся подниматься.

Дима взглянул на дно оврага одним из первых. Глубиной он был не очень большой: метров двадцать пять-тридцать максимум, края — не очень крутыми, однако всячески искривлялись, тут и там образовывая бугорки. Встречались даже обугленные стволы и пни. От одних только мыслей о том, сколько раз невезучему бойцу пришлось удариться о всё это, Дима на несколько секунд ощутил боль по всему телу.

— Как он умудрился-то!? — удивлённо и, одновременно с этим, возмущённо спросил Саня.

— Сейчас бы все там были… — удивлённо присвистнул кто-то из отряда.

— Тюль, ты как там!? — крикнул вниз полковник.

Этот самый «Тюль» катался по земле, дёргая переломанными конечностями, и стонал так, что было слышно даже наверху.

— Ж-ж-живой! — надрывно выкрикнул тот, — Ш-шея ц-цела! Вр-роде!

— Терпи, сейчас достанем! — выкрикнул полковник и осмотрел присутствующих, — Чё, мужики, скалолазы есть?

Дима даже не собирался раздумывать. В глубине души было что-то, что отговаривало во избежание такого же исхода, однако смотреть на переломанного он не мог. Только собрался ответить, неожиданно вспомнил, что этот овраг можно обойти.

— Погодите, — начал Дима, — здесь лучше не спускаться. Нам и одного переломанного хватит.

— Что предлагаешь? — поинтересовался Стас.

— Из оврага есть выход.

— Что выход есть — это хорошо, — подытожил полковник, — но наш Тюль — человек и не бессмертный, долго так не пролежит. Разделимся: часть пойдёт к городу, часть спустится за нашим и вынесет безопасным путём.

— Не думаю, что стоит разделяться. — возразил один из спецназовцев, — Итак боеприпасы кончились почти.

Разговор прервал появившийся гул двигателя БМП. Боевая машина пехоты показалась достаточно быстро. Стас узнал машину, выделенную отделению для передвижения, по пробитию в области механика-водителя.

— Это чья? — поинтересовался командир разведчиков у старшего сержанта.

— Наш вернулся. — улыбнулся Стас, вспомнив свой же приказ, — Может сейчас кого-то забрать. Часть твоих людей, например.

— Значит так! — объявил офицер, — Спрашиваю один раз: добровольцы для помощи Тюлю есть?

Первыми отозвались солдаты Стаса и несколько человек из группы ГРУ.

— Отлично. Остальные садятся в БМП и едут в город, ждут в оперативном штабе. Я остаюсь помогать. Ничего не обсуждается. Выполнять.

Несколько бойцов, отказавшиеся оставаться ввиду отсутствия боеприпасов, направились к машине, затормозившей на обочине. Собравшимся хватило десантного отделения, чтобы разместиться. Из люка высунулся командир БМП и выкрикнул:

— За вами возвращаться!?

— Нет! — ответил Стас, — Останешься у дома!

— Понял! Удачи!

— Оставь себе! — крикнул в ответ Саня, когда танкист уже спускался в машину.

Отделение Дима с непониманием покосился на разведчика, на что тот пояснил:

— Он везёт десант почти без патронов и идёт без сопровождения. Наткнётся на пехотную группу и не доедет…

— Тьфу на тебя! — отмахнулся Стас и подошёл к краю оврага, — Накаркай ещё.

— Вот тебе и горки. — усмехнулся Костя, садясь на край и прижимая к себе поставленный на предохранитель автомат. — Сейчас попробуем спуститься.

— Спускаемся по очереди, — скомандовал полковник, — попутно стараемся своих не калечить. Я следующий.

Пару раз шумно выдохнув, Костя начал медленно спускаться. Первые несколько метров проскользил без особого труда, затем врезался в снег пятками берцев и руками, что в конечном итоге привело к остановке. Так, время от времени скатываясь и тормозя, рядовой спустился на дно оврага и тут же побежал к раненному.

— Как он!? — спросил полковник, устраиваясь на снегу.

— Дышит! Открытых ран не видно!

— Отлично!

Следом за командиром разведчиков спустился Дима. Серёга ускоряться не спешил: решил остаться наверху на случай внезапной атаки, дабы от пулемёта был толк. Стас готовился спускаться после Димы.

На месте получилось только осмотреть раненного: рядом не было ничего, что могло пригодиться для наложения шины. Кроме этого больших проблем не было. Шея, позвоночник и череп, к счастью, были целы. На правой руке вывернута кисть и сломана лучевая кость, на левой — пара пальцев и ключица и пара рёбер, вывихнуто левое колено и сломана малоберцовая кость на той же ноге, на правой — всего лишь большой палец.

— Как же так-то… — процедил сквозь зубы молодой парень, носивший позывной «Тюль», — Надо же было так вляпаться… Ещё и вас подставил.

— Ничего, будешь под ноги смотреть. — ответил Стас, расправляя теплоизолирующее одеяло.

— Найти бы ещё палки для шин… Всё погорело к чертям… — пожаловался Костя.

— Надо бы дорогу разведать, Степан Алексеевич. — обратился к полковнику Саня, стоящий в стороне от остальных, ближе к выходу.

— Возьми с собой кого-нибудь, будь на связи. — приказал офицер.

— Дима, ты со мной?

От его присутствия в данный момент толку не было, поэтому через пару минут разведчик и солдат шагали по дну небольшого оврага в указанную Димой сторону. Впереди шёл Саня: считал, что он быстрее обнаружит растяжку или признаки засады.

В этот овраг солдат наведывался особо часто в детстве, когда гулял с друзьями и, втайне от родителей, убегал с ними в лес. Хорошо овраг запомнился летним: с редкими кустарниками и молодыми деревцами на скатах, журчащим прохладным ручейком на дне… Сейчас никаких признаков замёрзшей воды под ногами не было, как и растительности на склонах. Белая пелена сугробов не давала узнать знакомые холмики или резкие выступы, превращая рельеф в одно сплошное полотно.