Начало Новой Мировой
Шрифт:
— Куда тут двинешься: шаг — и в дерево. — отозвался Серёга.
Какое-то время приходилось просто вглядываться в бежевую пелену, из которой вот-вот мог вынырнуть враг. От длительного статичного положения ноги начали затекать, чему способствовал холод. Указательный палец спокойно лежал на спусковой скобе, предохранитель был в режиме автоматической стрельбы.
В воцарившейся тишине и почти нулевой видимости в бой вступила первая линия, чьи позиции находились ниже всех по склону: окопы первого отделения и пулемётная точка от второго. Начало положила мина где-то на краю поляны, взорвавшаяся не без помощи пришельцев. По месту взрыва полетели несколько автоматных очередей, в ответ огонь открыли сразу несколько противников.
Вспышки от выстрелов на таком расстоянии ещ"e можно было разглядеть, что, несомненно, радовало оборонявшихся. Сергей открывал огонь по наиболее отчётливым позициям и ни на одну цель не жалел и десятка патронов. ОЗК в какой-то мере мешал стрелять из привычного положения: задержка дыхания для тщательного прицеливания вовсе влекла за собой попытки лихорадочно втянуть воздух через противогаз, линзы сильно запотевали, становилось невыносимо жарко — но всё недостатки нивелировались наличием вокруг бежевого тумана далеко не природного происхождения. На руку играло и расположение пулемётной точки: помимо нахождения в укреплённом углублении чуть выше по склону, по краям имелась защита в виде мешков с песком и конструкция из дерева, что спасает от прямого попадания боеприпаса.
Хотя огонь с холма и был плотный, через считанные минуты перестрелка велась уже на близкой дистанции. Короткие очереди, некогда ещ"e напоминавшие прицельную стрельбу, переросли в пальбу от бедра по вспышкам, до которых даже бежать недолго. В этом отношении больше всего повезло пулемётчикам, так как на позициях, с расчётом на длительный бой, оставили коробы объёмом аж в два с половиной раза больше стандартного. На обоих направлениях они только и успевали поворачивать ствол в сторону новой цели, рассекая деревья и вс"e, что попад"eтся пулям на пути.
Вскоре у первого отделения начали кончаться боеприпасы. Тогда в ход пошли припасённые «Шмели», каждый выстрел которых сопровождался неслабым пожаром, как казалось, под самым боком у пришельцев.
В момент, когда во врага летели уже ручные гранаты, от первого отделения остались всего четверо вместе с командиром. Истощение боезапаса не осталось без внимания противника: пришельцы старательно стягивались к траншеям, из которых изредка летели гранаты и время от времени, по особо явным целям, — короткие очереди. Исправить положение пытались не только с соседней пулемётной точки: вскоре лес содрогался от взрывов маломощных мин. Первые несколько снарядов упали сильно позади целей, но потом стали ложиться куда более удачно.
Начавшийся обстрел и появившиеся потери будто взбодрили противников и те заметно усилили натиск на остатки обороны. Вскоре, вместо миномётных, в лесу начали взрываться уже снаряды полноценной артиллерии, над лесом пролетели несколько снарядов «Смерча», а из радиостанции покойного радиста наконец прозвучал приказ:
— Отходите на вторую линию!
— Мы прикроем! — сообщил в рацию Сер"eга, снова посылая длинную очередь в сторону леса. — Иначе хрен кто выйдет: в спину перестреляют!
Мельком заметив испуганное лицо парня-новобранца, скомандовал:
— Можете тоже уходить, справлюсь.
— Один не удержишь. — сказал второй рядовой и сделал выстрел из РШГ-2. — Помогу!
— Спасибо, ребята. — взволнованно кивнул парень, выскочил из траншеи и направился в сторону окопа своего отделения.
— Стас, к тебе один наш отходит. Мы постараемся подтянуться. — проговорил в рацию Сер"eга и снова вернулся к своей работе.
Последняя огневая позиция первого рубежа продержалась недолго. Из леса послышался слабый хлопок, следом позади защитников рванул осколочный снаряд. От сильного взрыва прямо позади новобранец вылетел из окопа с развороченной спиной, где беззащитная жертва получила сразу несколько очередей. Сергей же отделался ударом грудью об укрепления перед собой и несколькими крупными осколками в ногу, от которых упал на дно траншеи и схватился за место неистового жжения. Нестерпимой боли не было… Сильная быстро утихла, слабое жжение стало распространяться от ноги по всему телу.
«Надо было бежать раньше.» — наконец пришла запоздалая мысль, — «Хотя, как это: убежать и бросить товарищей? Хотя бы они спаслись…»
С трудом оторвав руку от ноги, включил рацию, второй рукой вынул из подвернувшегося ящика гранату.
— Стас, — кое-как сдерживаясь от болезненного рычания, начал Сер"eга, — нас не ждите… Здесь все мертвы… я ранен, отравился… не доползу, уроды близко… при"eм.
— Понял, Сер"eг… Спасибо, что парней прикрыл. К награде представим…
— К ч"eрту награды! — зайдясь кашлем, повысил тон раненный, — Не потеряйте дамбу… хорошее одолжение для меня… конец связи.
Когда голоса и звон в ушах от взрыва под самым боком стихли, стали хорошо различимы спешные шаги пришельцев по сугробам. Артиллерия вс"e сильнее вынуждала их сближаться или занимать укрытия. Сергей это понимал и ждал, когда к нему нагрянут незваные гости. Очень скоро снег начал хрустеть в считанных метрах от спуска в траншею.
Осознав это, Сергей не без труда вынул чеку и из последних сил ослабевающего тела сжал пальцы, чтобы РГД-5 не сдетонировала раньше времени. К этому моменту паралич от химического оружия добрался до л"eгких, дышать становилось труднее. Сделав последний глубокий вдох, мужчина расслабил руку и та упала чуть в стороне продолжая кое-как прижимать чеку к металлическому корпусу.
Когда в траншею спустились сразу две твари в серых костюмах, сердце уже перестало биться. Диафрагма ещ"e пыталась имитировать дыхание, поднимая и опуская грудную клетку, но Сергей и сам понимал, что смысла у этого немного и уже через минуту он умрёт окончательно. Последним осознанным действием стало расслабление руки. Глаза проследили за отлетевшей в сторону металлической скобой, остановились на зеленоватом округлом корпусе. А дальше — темнота…
За первой линией пришельцев ждала вторая. Два отделения уже знали, что внизу обосновался и идёт к ним враг. Ответные меры последовали незамедлительно: наступающим не давал продвигаться плотный встречный огонь. Стрелять по вспышкам Диме было не впервой: от ночного боя это мало отличалось. Разве что, здесь пришельцы были куда ближе. Энтузиазма прибавил Серёга: не хотелось, чтобы его жертва была напрасной. Подстёгиваемый злостью и этой мыслью, он то и дело отвечал мелькающим вспышкам очередями немного дольше привычных. В этот раз Стас стрелял не меньше: сейчас руководство отделением требовалось меньше, чем огневая мощь.
Новобранцы поначалу стреляли не так охотно: для них это был первый бой, к тому же в плохой видимости. Сначала они опасливо высовывались из траншеи и делали короткие очереди. Видя пример старослужащих, некоторые начинали смелеть. Обратно могли загнать пули, угодившие в земляную насыпь или пролетевшие рядом, но эффект был быстротечным.
Артиллерия умолкла быстро: пришельцы подобрались слишком близко и снаряд мог угодить не в тот окоп. Миномёты так же были бесполезны.
На время перезарядки Дима прятался в траншее. Это позволило заметить, как к ним с тыла прибежал ещё один солдат в ОЗК. Сразу же он оказался рядом с Димой и спросил, перекрикивая стрельбу:
— Где ваш командир?!
— Стас, тебя! — сразу же позвал друга Дима.
В этот раз внизу мелькнули сразу три вспышки рядом друг с другом. Перехватившись рукой с цевья на подствольный гранатомёт, выжал спусковой крючок и выпустил ВОГ по намеченному месту. Мелькнувшая вспышка и взрыв почти в намеченном месте удовлетворили стрелявшего и тот спрятался снова, дабы зарядить «подствольник».
Когда уже собирался высунуться, кто-то дёрнул за плечо и развернул. Появившееся возмущение согнал громкий голос Стаса: