Чтение онлайн

— Истребители… — проговорил офицер, когда две машины описали полукруг над своими позициями и легли на повторный заход. — Значит, скоро прилетят бомбить…

Дима едва сдержал радостный крик. Наконец-то приближался конец! На появившемся энтузиазме начал активно высаживать хилые остатки боекомплекта в попавших на глаз пришельцев. Хотелось, чтобы пришельцы сами осознали, что пора уходить, и оставили позиции.

Наконец позади снова взревели двигатели самолётов. Перед тем, как над деревней и мостом пролетят три штурмовика Су-25, выпустив тепловые ловушки на обратном пути, на холм и въезд обрушились десятки ракет. В один момент позиции врага накрыло множеством взрывов, дым от которых висел ещё несколько минут.

— Наконец-то! — раздался чей-то радостный выкрик в стороне.

Дима и сам был рад увидеть распаханный «НАРами» холм и высоту, с которой по ним последний час летели снаряды и пули. По ощущениям, авиация отомстила пришельцам за всё и разом вернула выпущенные подствольные гранаты и ракеты.

Затем в небе появились бомбардировщики. Следом за парой прикрывающих истребителей гордо возглавлял тройку Ту-160 «Белый лебедь». Из-за небольшой высоты он казался и впрямь «лебедем»: большой, с широко расставленными крыльями, белый, от чего едва проглядывался на фоне светло-серого неба. За ним следовали два менее красивых и грациозных, но не менее устрашающих бомбардировщика Ту-95.

Какое-то время их провожали взглядами с земли уставшие солдаты. Дима всей силой своего воображения представлял, как они сбросят всю бомбовую нагрузку на остатки пришельцев, которых они упорно останавливали… последний час? Полтора? Два?… Какая разница! Главное — сдержали… Остановили и не дали уничтожить дамбу вместе с сотнями, а может и тысячами людей ниже по течению.

— Поздравляю, рядовой. — улыбнулся Кельев, похлопал Диму по плечу и протянул руку. — Мы выстояли.

— «Мы»? — чуть погрустнев, спросил Дима и кивнул на Стаса.

Лейтенант тоже чуть погрустнел. Обернулся, вместе с подчинённым посмотрел на убитого старшего сержанта, грустно вздохнул:

— Кадровых военных меньше и меньше…

— Да… — согласился Дима. — Самые опытные полегли уже… Единицы остались…

— У меня — меньше половины взвода. — на лицо офицера заползла нервная улыбка, начал вырываться такой же смешок. — Всего один сержант выжил, представляешь… Одни рядовые.

Дима сочувственно покивал, сопроводил взглядом бронетранспортёр с солдатами, отправившийся забирать остатки погибших с той стороны реки. Желание увидеть Серёгу хотя бы напоследок было непреодолимым, но к его появлению их уже точно успеют отправить в тыл. Как-никак, он умер дальше всех и одним из первых.

Чуть прокашлявшись, Артём Степанович согнал улыбку, вернул голосу серьёзность и обратился к Диме:

— Слушай… Я тут подумал: нас сейчас точно отправят на переформирование в тыл. Так как народу выжило мало, набьют призывниками или начинающими контрактниками. Сам понимаешь, опыта у них нет нифига… А ты, в конце-концов, человек с опытом, со Стасом много времени проводил, вроде даже командовать можешь немного… Энтузиазма у тебя как у всего батальона. — в конце у офицера всё-таки вырвался смешок.

— Ну а что ты хотел… Стас не говорил, чего я к вам набился?

— Как-то в общих чертах. Мол, есть человек, который сильно в войска хочет. У нас дела с людьми хреново были, так что взял незадумываясь. К тому же, ты срочную прошёл, воевать можешь, как мобилизованный. Вот, не зря взял…

— У меня девушка в деревне обстрелянной была. Которую мы заняли в первый день. Она у меня из близких последняя была: родители, ещё когда учился, от взрыва газа погибли…

— Ясно всё… — усмехнулся офицер. — Сказал бы сейчас, да ты разозлишься. Не хочу козлом показаться.

— Да ну. — отмахнулся Дима. — Видал козлов и хуже. В городе, вон, нашёлся один. Бросить своих додумался.

— Ну спасибо! — хохотнул Кельев.

— Так что насчёт начала?

— Короче, если нас кинут на пополнение в тыл, я поговорю над тем, чтобы дать тебе сержантское звание. Младшего сержанта тебе уже должно хватить, чтобы на командование отделением встать. У Стаса ты, думаю, опыта набрался, если что, объясню тонкости.

— Я не откажусь. Опыт есть, бросать войну я уже не собираюсь… Пока пришельцев не выкурим, точно не уйду. Если понадобится, у вас призрак служить будет. — сейчас Дима не удержался и улыбнулся.

— Хорошо. Значит договорились. Я сейчас на совещание, ты жди тут, пока не сменят. Если осталось настроение, можешь помочь трупы паковать.

Офицер быстро удалился в сторону разрушенного комплекса, а Дима остался в окопе наедине с трупами и единичными солдатами. Желания сидеть на месте не было, поэтому решил помочь остальным с переноской убитых к бронетранспортёру. Первым делом подошёл к Стасу.

На месте вспомнил про традицию о трёх выстрелах. Такого салюта удостоились все из их отделения: кто-то после боя, кто-то — уже во время перестрелки. Тем не менее, Стасу полагались особые почести, как автору традиции. Стрелять сейчас не хотелось: лишнее внимание не нужно, да и нервировать и без того напряжённых военных не хотелось. Ограничился импровизацией: вынул из магазина три оставшихся патрона и вложил в карман формы погибшего. В каком-то смысле, получилось то же самое: погибший с честью удостоился трёх патронов, провожающих его в обратный путь.

— Прости, что так… Ты бы понял.

Вскоре батальон сменили. До прибытия сменщиков две роты занимали старые позиции, а третья, из-за минимальной численности, отправилась в резерв. От сорока человек толку не было, поэтому их разместили в уцелевшей части деревни. Дома были старые, поэтому через считанные минуты из печных труб вверх потянулись белёсые дымовые столбы, а из окон на улицу пробивался тусклый тёплый свет. После помощи в растопке печи Дима всё оставшееся время просидел у окна. Дом был крайний, окно выходило на дорогу, поэтому он одним из первых увидел появившихся товарищей. Сначала мимо пронёсся БТР с десантом, следом — несколько «Уралов» с крытым тентом кузовом, пара БМП и ещё партия грузовиков. В конце проехала пара бронеавтомобилей и «КамАЗ» с кунгом на месте кузова.

После лицезрения колонны на связь вышел Кельев с приказом выходить на улицу. Дима молча вышел самым первым: ждать было некого, из его отделения никого не осталось, а новыми знакомыми обзавестись не успел.

На улице оказалось, что грузовики от новоприбывших должны были отвезти остатки подразделений назад. Первыми в очереди оказались солдаты Кельева, поэтому они с самого начала стояли у выстроившихся в линию грузовиков. Из кузовов выпрыгивали бодрые, в аккуратно выглаженной и чистой форме солдатики с новым и чистым оружием. Невольно их глаза встречали опытных фронтовиков, в грязной, мокрой, жутко мятой и, местами, рваной форме, бодрое настроение как будто сметало. Дав машинам развернуться, офицеры приказали подчинённым занимать места. Взводу Димы хватило всего двух машин: кузов первой забили полностью, во второй заняли меньше половины. Артём Степанович занимал место одним из последних, ибо, как офицер, должен был проконтролировать сбор подчинённых. Помочь вызвался Дима, вместе с которым они убедились, что взвод в полном составе погрузился и приготовился к отправке.

На обратном пути Кельев сидел во втором грузовике, с подчинёнными. Поскольку раньше он ездил в «Тигре», переоборудованном в командно-штабную машину, его поездка с остальными слегка удивила. В пути делать было нечего, поэтому Дима решил утолить жажду своего интереса:

— А с нашим «Тигром» что случилось?

— На вокзале остался, на ремонте. Здесь бы точно без него остались.

— Понятно. А то раньше с подчинёнными вы, вроде, не ездили.

— Да давай уже на «ты»! — отмахнулся взводный. — Что мне сейчас-то гордого строить? Народу нет почти, технику всю разнесли. Да и было бы перед кем выделываться: высоких начальников нет, перед солдатами — нафиг надо, да и я, по сути, такой же почти.