Чтение онлайн

Вот пришли на участок представители земельной комиссии сельсовета, а там засеяна озимая пшеница.

– Как это?! Почему это?!

Пришлось объяснять, что мать еще не планировала в предыдущем году умирать, а потому пшеницу и засеяла (или разрешила нам засеять, что дела не меняет). Хотели ту пшеницу перепахивать, но не успели. Я срочно написал письмо в районную прокуратуру, а оттуда пришел официальный ответ: «Кто мать похоронил, тот и собирает урожай». Тогда этот вопрос на некоторое время снялся, потом тем участком кто-то с год таки пользовался. После переезда к нам на проживание Марииной сестры Леониды, которая устроилась в школу уборщицей, этот участок выделили ей. Ну, о Леониде, семье родителей Марии и ее жизнь до встрече со мной я расскажу позже в отдельном разделе.

Время шло, вот уже в пятьдесят шестом году Валерий пошел в первый класс нашей сельской школы. Первой учительницей у него была моя двоюродная сестра Надежда Григорьевна, дочь отцовского брата Григория (Рыгорка). В этой школе он закончил пять классов (смотри выше фото).

Так проходила моя жизнь в школьных и домашних проблемах. Но в декабре одна тысяча пятьдесят восьмого года пришлось мне в очередной раз изменить местожительство. Вышло это из-за несогласия с действиями директора школы. В то время работал у нас директором Лещенко Владимир Фомич. Вот он почему-то решил однажды посетить мой урок без предупреждения. Не знаю, что этому было причиной, или кто-то пожаловался, или что-то другое, но мне это не понравилось. У нас завязался спор, и я подал заявление на увольнение.

В школах района к тому времени посреди учебного года свободных мест не было, и я решил снова поехать на Западную Украину, но уже в Ивано-Франковский район Львовской области. Там после окончания Тульчинского культпросветительного техникума, работала сельским библиотекарем дочь Марии – Тамара. Однако именно в ее селе, которое носило название Гуляй-Поле, места в школе не было, и меня направили в одно из соседних сел района, которое носило название Лозино.

К тому времени на Западной Украине установился относительное спокойствие. Украинская повстанческая армия фактически прекратила свое существование после ареста генерала Чупринки (Романа Шухевича). В свое время этот генерал имел очень большое влияние на оуновское подполье, и только благодаря его руководству это подполье, продержалось на Западной Украине почти семь лет, из середины сорок четвертого вплоть до пятидесят первого года.

В селе Лозино была на то время семилетняя школа. Работал я с младшими классами, где вел комплексный класс (второй объединенный с четвертым). Хотя, это были фактически два класса в одном, с которыми работать намного тяжелее, ученики учились неплохо. Это подтверждали на открытых уроках и проверяющие из райвно.

Село Лозино расположилось в очень живописном месте рядом с лесом. Через село протекает небольшая речушка, в которой водилась неплохая рыба. Из хищников в этой речке, кроме окуней была и щука. Вот идешь, бывало, через мостик к школе и видишь через прозрачную воду, как в зарослях притаилась зубатая щука, карауля на беспечных карасей. А карасей и плотвы в речушке было видимо-невидимо. Еще не вытравили ее к тому времени, как в дальнейшем, химикалиями и нечистотами.

Любил и я после работы да по выходным дням, начиная с весны, посидеть с удочками над этой речушкой и половить рыбку большую и маленькую. Чтобы поймать большую рыбину приходилось подниматься очень рано поутру. Вот во дворе только начинает светать, а я уже разматываю удочки под развесистой ивой и надеваю червячка на крючок. Он сопротивляется, вьется во все стороны, наверное, очень не хочет стать наживкой для рыбы. Но никуда не денешься, как говорят – каждому свое. В начале рыбалки забрасываю одну из удочек и измеряю глубину речки в этом месте. Потом выставляю эту глубину на всех удочках – поплавок должен чуточку лечь на сторону. Затем тихонечко забрасываю удочки и замираю, потупив взгляд в поплавки. От такого отдыха на души становилось легче вдали от родных мест и, кроме того, смотри и похлебку вкусную сваришь и поешь.

Наша школа находилась почти на окраине села, а недалеко от нее, на высоком холме, была построена церковь. Церковь была деревянная с двумя высокими баням, которые высились вместе с холмом над сельской местностью. Место для построения церкви было выбрано кем-то в свое время очень удачно. Только одним своим расположением церковь навевала сельскому люду мысли о вечности и величии духовной власти.

На этот высокий холм между деревьями змейкой вела к церкви неширокая дорога, по которой в воскресный день шел весь сельский люд. На Западной Украине как в то время, так еще и до сих пор существует очень сильное влияние местной униатской греко-католической церкви. Поэтому в церковь ходили почти все жители села. Исключение составлял сельский советско-партийный актив и учителя, для которых это тоже не рекомендовалось властью.

Я устроился на квартиру для проживания недалеко от школы. Дом находился на окраине села возле леса и рядом с речушкой. Моими хозяевами были пожилые уже люди. Они предоставили мне отдельную комнату, в которой была печка-плита. Этой печкою можно было не только отапливать комнату, но и готовить себе пищу. Отапливать комнату приходилось дровами и хворостом, которые раздобывалось прямо в лесу. На первых порах пищу мне готовила хозяйка, но та пища не шла почему-то на аппетит. Наверное, это потому, что местные кушанья значительно отличались от наших на Винничине. Поэтому в дальнейшем от столованья я отказался и готовил пищу себе сам.

Таким образом, я прожил до весны пятьдесят седьмого года. Весной мне работы добавилось, так как пришлось работать еще в одной школе в другую смену за учительницу, которая пошла в декрет. Эта школа находилась за два километра от села Лозино на безымянном хуторе. Детей в двух классах той школы было мало. Проработать там пришлось только месяц, так как эта декретная учительница, наверное, испугавшись, что я займу ее место вышла на работу.

Весной ко мне приехала с сыном жена. Валерий уже был во втором классе и до конца учебного года ходил в школу села Лозино. А вот по окончанию учебного года мы решили возвратиться назад в Колюхов. Там на это время уже сменился директор школы. Владимира Фомича освободили, а на его место заступила приятная женщина – Софья Дмитриевна.

Я снова начал работать в школе родного села. Как и раньше вел разные предметы в пятом, шестом и седьмом классе. В свободное время ходил рыбачить на речку Буг. Любил я посидеть над прозрачной водой с удочкой в руках. Эта страсть, рассказывали мне родные, перешла мне в наследство от деда Павла. Тот тоже был упорным рыбаком. Деда я не помню, он умер, когда я еще был маленькой, однако страсть рыбачить осталась на все жизнь.

Была у меня своя деревянная лодка, которую я привязывал возле паромной переправы через Буг. К тому времени важность этой переправы для крестьян Колюхова уменьшилась, так как и в районный центр и на рынок они ходили за двенадцать километров в городок Тивров. Однако с нашей стороны Буга имел часть земли колхоз села Никифоровцы. Там они посадили лесную посадку и завели пастбища для колхозного скота. Поэтому паромная переправа поддерживалась в хорошем состоянии.

Часто мы со старым сельским фельдшером Приймаком (он к тому времени уже был на пенсии) рано утром шли к речке, садились на лодки, да и плыли себе рыбачить. Иногда выходили на ночную рыбалку, а зимой на подводный лов. Ловились нам кленичи, лещи, лини, окуни, плотва, караси. Иногда попадалась щука, а на глубоких местах и сомы.

Однажды зимой, были значительные морозы, и речка Буг полностью перемерзла. Кто-то из рыбаков сделал проруби для подводного лова напротив речушки, которая впадала в Буг возле парома. Со временем в тех прорубях стали появляться усатые головы сомов. Они выскакивали из воды, чтобы ухватить немного воздуха и затем исчезали. Все, кто увидел это явление, побежали по домам за вершами, побежал и я. Так за день на том месте мне удалось поймать вершою до ста килограммов сомов, каждый весом от одного килограмма до десяти. Пришлось потом нанять в селе конную упряжь, чтобы довезти тот улов домой. Конечно, это было определенного рода браконьерство, но удержаться от того процесса ловли было очень тяжело. Сомов весом больше килограмма поймать на удочку почти невозможно. Они, поймавшись, не разрешают себя вытянуть и обычно освобождаются, порвав снасти.

В середине шестидесятого года произошло у нас неприятное приключение – в нескольких наших родственников попала молния. Был в этом обществе и Валерий. А произошло это следующим образом.

Из России в гости к моей сестре Вере, которая в это время жила в городке Гнивань, приехал со своей женой Екатериной ее сын Денис. Денис закончил ветеринарный институт в городе Одессе и был направлен работать в Алтайский край. Там он работал ветеринаром в одном з немецких поселений Славгородского района. Женился на девушке на имя Екатерина, которая работала учительницей, и остался на постоянное проживание.