Надбавка за вредность
Шрифт:
– Ты что делаешь? – гневно завопила я, когда паркетник снова стал прижимать меня к обочине. Нервы ни к черту – я потеряла контроль над своими действиями и не успевала реагировать. Как результат – меня снова прижали к обочине. Окончательно испугавшись, вздрогнула и случайно бросила сцепление – японка заглохла.
Заметила, как открылась дверь автомобиля, и ко мне стремительно подошел… Максим?
Истерично хохотнула, чувствуя, как отлегло от сердца. Резко откинулась на сидение, приложившись затылком о подголовник.
– Кира! Сильно испугалась? – его голос был полон сожаления.
Снова хихикнула, разглядывая взволнованного мужчину. Начинавшаяся истерика отступила, и теперь, обретя контроль над собственным телом и разумом, подняла дверь Тойоты, стремительно вылетая из нее.
– Вы в своем уме? – взбеленилась я, подходя к Максиму вплотную. Задрала подбородок, чтобы придать себе уверенности, сжала кулаки и уставилась снизу вверх в наглые глазища русоволосого. – Вы отдаете отчет своим действиям? Вы ненормальный!
– Прости, Кира. Я не хотел тебя напугать. Откуда я знал, что ты начнешь улепетывать на своей ракете?
Гневно раздула ноздри.
– А что мне нужно было делать, а? Молча прижаться к обочине и ждать, пока меня будут грабить, насиловать, убивать?
Максим смутился. Похоже, он действительно не подумал, как могут выглядеть его действия.
– Кирочка, пожалуйста, – выдохнул мужчина, сжав пальцами переносицу и зажмурившись. – Я полный идиот! Ты так быстро исчезла. Когда увидел, как садишься в машину, не придумал ничего лучше, кроме как поехать следом. Хотел посмотреть, где живешь, но ты так и не свернула в город. Ты же знаешь, что дальше дачные поселки, многие из них с охраной. Побоялся, что потеряю тебя из вида. Вот и пришлось прижать к обочине. Видел же, что водишь хорошо, а, значит, ничего не случится.
Сжала зубы, потирая виски. Обреченно вздохнула.
– Ладно. Но впредь думайте, чем могут обернуться ваши действия. Скажите спасибо, что машина у меня хорошая, и я ее прекрасно чувствую. Иначе вы были бы довольны, если бы я размоталась о какое–нибудь дерево?
– Что за чушь? – процедил сквозь зубы Максим, зло взглянув на меня. От выражения его лица вся моя храбрость куда–то испарилась. Заметив, что я сдулась, он уже спокойно продолжил. – Я приношу искренние извинения. Но я действительно действовал на инстинктах! Прости, а?
Отвернулась от Максима, стянула кепку, позволяя волосам рассыпаться по плечам и спине. Совсем мужским жестом, доставшимся от отца, потерла затылок. На инстинктах, говоришь? Как хищник? Если убегает, значит, нужно догонять?
– Забыли, – обреченно признала я, снова повернувшись лицом к мужчине. – Что вы хотели? Мне не нравится стоять на пустынной дороге с незнакомым человеком. И я еду к родителям, они уже давно меня ждут.
– Твой номер телефона и переход на «ты». Пока это все. Раз ты так враждебно ко мне настроена, то придется поумерить свой пыл.
– Что–то многовато, – нахмурилась, сведя брови к переносице.
Но раз утвердилась в мысли, что Максим охотник, то лучшим выходом будет пойти ему навстречу. Может, добившись своего и признав очередную победу, он отстанет? Хотя… задумалась. А почему бы не воспользоваться ситуацией? Чего я и правда, как ханжа?
– И все-таки? – хитро улыбнулся Максим.
– Записывайте… записывай, – выдавила из себя.
Мужчина довольно извлек из кармана брюк дорогой смартфон с эмблемой откушенного яблока, на что я страдальчески закатила глаза.
– Что–то не так?
Покачала головой. Статус, чтоб его! Продиктовала номер. Максим вдруг нагнулся ко мне и, опаляя горячим дыханием шею, чуть ли не мурлыча, прошептал:
– Спасибо, красавица.
Почувствовала себя мышью перед удавом. Сожрет и не подавится. Застыла, не шевелясь, словно очарованная.
Пользуясь моментом, мужчина нагло отодвинул завесу волос и, нарочито медленно приблизившись, оставил на обнаженной шее легкий, мимолетный поцелуй. Меня, как током прошибло. Дернулась, замахиваясь рукой, но Максим уверенно перехватил ладонь своей, осторожно сжал.
– Лучше не надо. Пожалеешь, – потемневший взгляд охотника, наслаждающегося игрой с добычей. Чем больше сопротивления – тем веселее хищнику.
Прищурилась и постаралась выдернуть ладонь из цепких пальцев – не отпустил. Только рассмеялся довольно так, чуть ли не мурча, как сытый кот.
– Я позвоню, – и только тогда отпустил руку и, не оборачиваясь, с хищной грацией вернулся в паркетник. Моргнул «аварийкой», развернул «Инфинити» и с визгом шин умчался в сторону города.
– Попала ты, Кирочка, – только и выдала я, понимая, что, черт побери, мне понравилось. Хотя такое откровенное хамство нравиться не должно. Кривила душой – всегда обожала, когда Данил вел себя властно, поступая так, как ему хочется, не слушая моих слабых отговорок и лишая возможности сопротивляться.
Села в японку, уперлась лбом в руль. Спокойствие, только спокойствие. Понадобилось несколько минут, чтобы выровнять дыхание и отойти от пережитого. Пожалею я, что дала телефон, ой, как пожалею. Минутное помешательство еще аукнется мне. Как бы и совсем хреново не было – женская интуиция это не хухры–мухры.
Глава четвертая
Первым знакомое урчание двигателя услышал Трон. Белоснежный швейцарский "овчар" заливался лаем, ломясь в хлипкую сетчатую калитку. Овчар был подарком отца на мамин юбилей – мама всегда о таком мечтала.
– Троша–Трошенька, – довольно приговаривала я. Закрыла машину и отворила дверь, едва успевая отпрыгнуть от вставшего на задние лапы пса. – Не прыгай!
Присела на корточки, поглаживая Трона по умной морде.
– Давно не виделись, да, целых несколько дней. Где там твоя хозяйка? Ма–ам?
На деревянное крыльцо небольшого, старенького, но добротного домика вышла мама.
– Кира! А мы тебя и не ждали, – развела она руками. – Папашка твой с мужиками еще с утра на рыбалку ушел.
– Да ничего, – улыбнулась я, поднимаясь к матери. Трон путался под ногами, норовя потереться о меня белой шерстью.
Небольшой дачный домик с прилагающимися к нему пятью сотками принадлежал еще бабушке с дедом. Они вложили в него всю свою любовь, и мама продолжала лелеять их наследие. Участок всегда был ухожен, никогда не запускался, а «избушка», как любил выражаться папа, постоянно подновлялась.
– Рассказывай, как работа? – мать разлила чай с листиками мяты по кружкам.
– Мне нравится, – честно призналась. – Непривычно, начальник строгий, но о большем я мечтать и не могла. Воронцов, мой шеф, – очень талантливый юрист. Под его руководством я получу гораздо больше полезных навыков, чем если буду сидеть помощником в обычном отделе.