Чтение онлайн

– Смотри сама, Кирюш, – сморщила аккуратный носик мама. – Зарплата–то хорошая?

– Достойная, – с готовностью отозвалась я, ожидая этот вопрос.

– Вот и хорошо. Не всё же лошадям хвосты крутить.

– Ну, мам!

Мое увлечение родители поощряли, хотя иногда и любили подшучивать. Но я–то понимала, что они всегда меня поддержат. Они молча приняли меня обратно домой, когда я заявилась с вещами. Пытались расспрашивать, но я молчала не хуже партизана. Поэтому отступили, хотя и испытывали симпатию к Данилу.

– Что хочешь на день рождения?

Я сделала глоток обжигающего чая.

– Ничего. Я тебе уже говорила.

– Так нельзя! – возмутилась она, упирая тоненькие изящные руки в талию. – Ты моя дочь. Единственная, между прочим.

– Я и так живу с вами и обременяю…

– Так, Кира Георгиевна, сейчас же прекрати нести чушь. Чтобы я таких слов больше от тебя не слышала! Обременяет она нас. Уж не думала, что мы с отцом такую дурынду вырастили.

Вздохнула. И так всегда. Оно и понятно: никогда родители не признают, что я их стесняю. А ведь в нашей двушке тесновато для трех взрослых и не менее взрослого и огромного белого пса.

– Все нормально, Кирочка. Мы ведь все с папой понимаем. И в школе я не просто так кружок взяла – может и поднакопим чего. Выкрутимся.

В этом вся моя мама.

Отец вернулся вечером с садком, полным окуней да красноперок. Зычно заулюлюкал, увидев меня. Ну правда, как будто год не виделись! Миниатюрная мама рядом с высоким и чуть грузным папой смотрелась, как нежный цветок, прижавшийся к огромному дереву.

Родители упросили меня остаться на ужин – не смогла отказаться, и поэтому возвращалась в город уже затемно. Особенностью дачного поселка Леменево и дороги, ведущей от него к городу, было практически полное отсутствие сотовой связи – «ловил» всего один сотовый оператор.

Поэтому когда я оказалась на связи, телефон чуть не задохнулся от приходивших и приходивших сообщений. Было даже несколько пропущенных вызовов – один от Лены, два от Настасьи и еще два от незнакомых номеров. Причем, разных. Первый – часов в пять вечера, а второй – всего десять минут назад.

– И какой же из них твой, Максим? – задумчиво протянула я.

А может вообще не отвечать на телефон от незнакомых абонентов? Вряд ли будет что–то срочное. А если и будет, то от людей, которых я знаю.

Перезвонив Насте, узнала, что она уже вернулась в квартиру – Славик позвал ее в воскресенье вечером в ресторан. А на подготовку подруга тратила баснословное количество времени. Коротко похихикивая над вчерашним нашим состоянием, договорились утром встретиться.

После набрала Лене. Та ошарашила.

– Значит так, Ржевская. Я всю ночь думала – нельзя тебе спуску давать. А потому будем менять твою жизнь.

– И что же конкретно тебе не нравится?

– Да все, – бескомпромиссно заявила подруга. – Я взяла твое личное дело. У тебя во вторник день рождения, а ты молчишь!

– Не такое большое событие, – отмахнулась я.

– Кира, – я как будто даже видела, что Лена закатила глаза. – Не хочу с тобой сегодня спорить. Но! Я решила сделать тебе подарок.

– Только не это, – мрачно просипела я.

– Это–это! Так что слушай сюда. Завтра с самого утра идем в салон. Будем делать из тебя другого человека. Чтобы ты думать больше не смела о своей, – Лена смешно изменила голос, – психологической травме.

– Отказ не примешь? – понимая, что грозит, попробовала отнекаться я.

– Нет, – что–то мне это напоминает. Второй раз за один тот же день – перебор. – Кстати, Кира. Тебе какой цвет больше нравится?

– Э–э–э? – замычала я, не понимая, к чему клонит Лена.

– Так мне стилисту какую краску для волос заказывать? Платиновый блонд или пшеничный?

Кажется, я потеряла дар речи.

– Леночка, с тобой все хорошо? – наконец, отмерла я.

– Со мной – да. А с тобой – нет. Так какой?

– Никакой, – покачала головой. – Я не буду красить волосы! Во–первых, это дико дорого – ты в курсе, что они у меня до копчика?! Во–вторых, я столько лет их отращивала, чтобы испортить? И, в–третьих, я не хочу постоянно подкрашивать корни!

– И это все доводы? – скучающим голосом вопросила Лена, даже зевнула в трубку.

– А этого мало? – чуть ли не зашипела я.

– Конечно, мало! Смотри – про твое гипотетическое дорого. Это же подарок, помнишь? Об этом даже не думай. Сочтемся. Длина – хорошая, ага, но зато представь, как шикарно будут выглядеть твои волосы, переливающиеся на солнце золотыми и серебряными прядками? И краски сейчас без аммиака есть, щадящие! Не ной, не выпадут. Корни… ну тут, милочка, красота требует жертв.

– Нет, – все так же стояла на своем.

– А давай спросим твою Настю? Что она ответит?

Я и так знала, что Настасья встанет на сторону Елены. Она давно меня пихала – но только не красить, а обстричь их. Но и кардинальное изменение цвета поддержит – уверена.

– Не будем мы спрашивать Настасью.

– Вот и перестань упираться рогами, как баран. Хуже не будет. Не понравится – снова покрасишь, вернешь естественный цвет.

– А не выпадут ли они от постоянных покрасок?

– Пф, – усмехнулась Лена. – Волосы – не зубы, вырастут. Так уж и быть, на парик я тебе деньжат подкину.

– Юмористка. Тебе бы в «Камеди Клаб» выступать, или как там его.

– Отлично! Я знала, что ты согласишься.

– Стой! Я не соглашалась.

– Нет, согласилась.

– Пошла ты к черту, Леденникова, – устала бороться я. – Какой мне больше подойдет?

– Умная девочка. У тебя глаза какие?

– Серо–буро–малиновые в крапинку, – огрызнулась.

– В Камеди вместе пойдем!

– Дура, – уже беззлобно продолжила подначивать я. – Да фиг знает. Вроде как серые. Но и голубые, и зеленые бывают. Когда как. Но основной цвет серый.

– Тогда платиновый. Ну все, Кирюш, я побежала. Завтра сможешь заехать за мной часикам хм… к десяти? И Настюшку свою возьми! Веселее будет.

И подруга отключилась. Похоже у кого–то батарейки Энерджайзер в пятой точке. Или Дюрасел? Хотя, один фиг. Нужно было предупредить Настю, что к нашей компании добавилась еще одна неугомонная девица.

Ионова внимательно меня выслушала и… полностью встала на сторону Лены.

– Конечно, тебе надо соглашаться! Такой шанс! Терять тебе нечего, – Наста была уверена в своих словах, и по ее голосу это чувствовалось. – Я уже жажду познакомиться с этой Леной. Она заранее мне нравится.