Надежду убивают первой
Шрифт:
Я с удивлением, как бы со стороны, следила за тем, как меня все больше и больше заносит. Раздражение, которое медленно накапливалось во мне весь сегодняшний день, сколько я ни сдерживалась, вырвалось наружу. И где? В квартире работодателя!
— Послушайте, Таня, мы обе устали, не мучайте меня загадками. Вы ведь хотите мне помочь?
Как же тяжело работать с дамочками! Все! Надо прекращать эти нудные пререкания. В конце концов, мне платят не за то, чтобы я язвила клиентам, а чтобы расследовала дело. И если Александра виновата, так пусть тогда и ответит, нет — так и суда нет.
— Хорошо. Меня, собственно, смущает один существенный факт — почему вы ничего не сказали мне о том, что приезжали в пятницу на аэродром?
Александра от изумления чуть не выронила чашку.
— Разве это имеет какое-то отношение к гибели Вениамина? Хотя подождите… Я, кажется, начинаю понимать. Вы хотите сказать, что подозреваете меня?
— Я этого не говорила. Более того, склоняюсь к мнению, что вы не имеете к убийству ни малейшего отношения. Однако теперь, ввязавшись в расследование, мне необходимо проверить все версии, чтобы исключить ложные. И формально я обязана выяснить, что вы делали в ангаре в пятницу после окончания всех тренировок. Вам уже известно, что парашют Вениамина оказался испорченным, а сделать это могли в период между последней тренировкой в пятницу и первой в субботу. И именно в пятницу после тренировки вы заходили в ангар без посторонних. Что вы там делали, не знает никто, кроме Вениамина, который мертв. Вы же решили опустить этот факт и промолчали при нашей встрече и в разговорах по телефону. Извините меня, Александра, но это действительно важно.
Фу! Наконец-то я все сказала. И будь теперь что будет!
— Возможно, я была не права, — вдруг перешла на извиняющийся тон Александра. — Я просто не подумала об этом. Конечно, вы вправе меня подозревать. Но я совершенно не разбираюсь в парашютах и вряд ли пригласила бы вас заняться расследованием уже закрытого дела, будь я убийцей. Поймите, Вениамин очень любил устраивать мне сюрпризы. Так случилось и в пятницу. Он сказал, что на верхней полке одного из стеллажей меня ждет подарок. Мне пришлось искать его какое-то время. Это оказалась недорогая, но очень изящная заколка для волос. Сейчас я вам ее покажу. Мелочь, безделица, но когда твоя жизнь наполнена такими приятными мелочами и вниманием, то, скажу вам честно — ничего другого не надо!
Александра замолчала. Я тоже безмолвствовала.
— Почему вы молчите, Таня? — вновь заговорила хозяйка квартиры. — Я понимаю, что у вас такая работа, и не обижаюсь на ваши обвинения в мой адрес. Но поверьте, вы ошибаетесь относительно меня.
— Простите, мне очень жаль. И все-таки у меня есть подозрения, что поводом для убийства Вениамина послужили ваши близкие отношения с Брянским. Я очень серьезно отнеслась к вашему поручению, основательно изучила обстановку в клубе, отработала не одну версию, прокрутила подозреваемых в преступлении людей и пришла к выводу, что у Вениамина не было врагов. Думаю, подставить хотели вас, Александра. Возможно, кто-то хотел вас скомпрометировать или даже отомстить за что-либо. Поэтому мне хотелось бы услышать от вас историю вашей жизни, начиная с момента отъезда из Залесья в Тарасов.
— Ну, хорошо. Я расскажу о себе, если это вам чем-то поможет. Только я не знаю, что вас больше интересует.
— Пока я еще и сама этого не знаю. Но обязательно разберусь.
Александра приступила к рассказу, а я внимательно ее слушала.
Актрисой Александра мечтала стать чуть ли не с детства. Была влюблена в Алферову, даже копировала ее улыбку и манеры. После окончания школы собиралась поступать в Тарасовское театральное училище.
Мать сначала ворчала, затем уговаривала Сашу одуматься и не мечтать о карьере актрисы.
Аргументов в пользу более практичных и нужных занятий мать выдвигала более чем достаточно. Ее слова о том, что родственников в Тарасове у них нет, а в общежитии парни к девушкам по ночам в окна лазают, актеры все распущенные, а девицы легкодоступные, Саша пропускала мимо ушей. Девочка упрямо отказывалась как учиться на агронома или учителя, так и идти работать на птицефабрику, где, по словам матери, поселковые бабенки заколачивали огромные деньжищи. Звали Александру работать на почту — соседке Евдокии Прохоровне нужна была помощница. Но Саша упорно стояла на своем: «Буду поступать в театральное училище!»
Зато влюбленный в Сашу сосед Юрка твердо верил в успех задуманного. В каком-то журнале, случайно попавшем ему в руки, он прочитал интервью одного московского режиссера, горько сетовавшего на острую нехватку красивых молодых талантливых актрис, и был уверен, что именно его соседка Сашенька восполнит этот бедственный тарасовский, а затем и столичный дефицит.
После получения аттестата Александра тайком на утреннем автобусе уехала в город. Ей повезло. Тем летом в Тарасов, на свою родину, приехал знаменитый артист Щебаков.
Подражая столичной моде, в Тарасове был организован первый в истории города конкурс волжских красавиц, где Щебаков стал председателем жюри.
Появление в городе знаменитости ввело в искушение руководство Тарасовского театрального училища, которое не удержалось от соблазна пригласить артиста в состав приемной комиссии на вступительные экзамены. Расписание гастролей у артиста оказалось очень жестким, задержаться в Тарасове он мог лишь на один день.
Именно в тот день Александре выпала возможность продемонстрировать свои внешние данные и творческие способности перед строгими претенциозными членами приемной комиссии.
Александра очень понравилась принимавшему экзамены Щебакову. Он даже посетовал на то, что девушка не участвовала в конкурсе красавиц.
В общем, в театральное училище Александру приняли.
Узнав о благополучном поступлении дочери, мать крайне была удивлена, однако вместо брани или поздравлений помчалась на почту делиться новостями с соседями по поселку. Вернувшись домой, она стала рассказывать Саше про то, что сосед Юрка с треском провалился в машиностроительный техникум и теперь его мамаша объявила ей бойкот. Евдокия Прохоровна не хочет с ней разговаривать, так как убеждена — сын не поступил потому, что голова у него была забита несвоевременными любовными глупостями.
На следующий день Александра сложила в чемодан свои вещички, которых набралось не так уж много, и покинула родное Залесье.
Начав учиться в театральном училище, Александра вскоре поняла, что, щедро наградив ее симпатичной мордашкой и безукоризненной фигурой, природа явно сэкономила на драматическом таланте.
Несмотря на это, а также на постоянное безденежье и соответственно скудные ужины, состоящие чаще всего из одних макарон, возвращаться в поселок Александре не хотелось. К тому же девушка встретила свою первую и, как выяснилось потом, единственную любовь.
В общежитии, куда поселили Александру, ее соседкой по комнате оказалась веселушка-хохотушка Лидочка. В свои семнадцать лет Лида уже болезненно интересовалась мужчинами и однажды заманила подругу в какую-то студию, где нелегально ставили пьесы и представления эротического характера. Лидочка по-хозяйски уселась в кресло рядом с импровизированной сценой, где только что закончилась репетиция, налила себе и Саше шампанского. Словом, чувствовала себя в компании великовозрастных небритых театралов точно рыба в воде.