Чтение онлайн

Первый предполагает соединить верховья Янцзы и Хуанхэ, что может быть весьма результативно, но очень сложно с технической точки зрения. Для ежегодной переброски 30 миллиардов кубометров воды необходимо построить плотину высотой 300 метров и прорубить в горах стокилометровый тоннель.

По второму варианту необходимо прорыть с юга на север канал от водохранилища Даньцзянкоу, созданного на одном из притоков Янцзы. По каналу ежегодно будет пропускаться 16 миллиардов кубометров в год. В инженерном отношении этот вариант проще, но он не менее грандиозен: ради его осуществления уже начато переселение в другие местности 330 тысяч жителей центрально-китайских провинций Хубэй и Хэнань.

Третий, восточный, вариант направлен на то, чтобы перекачивать воду с юга на север по древнему руслу Великого китайского канала, вдоль которого необходимо построить современные насосные станции.

Проекты китайских гидротехников и политиков, как обычно, впечатляют масштабами. Но при знакомстве с ними возникает наше русское сомнение по поводу того, что «гладко бывает на бумаге»… Пока строительство ни по одному из перечисленных вариантов еще не начато, есть время поразмыслить над экологическими последствиями грандиозного проекта по вмешательству в нетронутую пока природу.

В конце 2009 года военный китаевед Андрей Девятов описал свои впечатления о совершенном путешествии по реке Янцзы.

К свидетельству очевидца остается лишь добавить, что решение о создании гидроузла «Санься» («Три ущелья») было принято Всекитайским собранием народных представителей в 1992 году. Русло реки Янцзы было перекрыто строителями в 1997 году. Работы на плотине завершились пару лет назад. А сегодня уже можно говорить о нанесенном экологии ущербе при решении насущных экономических и социальных задач.

Поражающие человеческое воображение планы по переброске части вод Янцзы в другие районы Китая, призванные укротить буйный нрав крупнейшей реки страны и напоить засушливые края, приводят к размышлениям о продолжении подобных экспериментов над природой. На северо-востоке КНР, в Дунбэе, течет с юга на север полноводная Сунгари, приток пограничного с Россией красавца-Амура, «Реки Черного Дракона». Сунгари вкупе с Амуром не раз демонстрировали жителям Дунбэя свой дикий нрав, захлестывали паводковыми волнами низинные территории провинции Хэйлунцзян, несли экономические бедствия и человеческие жертвы. А что, если китайские руководители в будущем задумают навести рукотворный порядок и на северо-востоке, отвести воды Сунгари, к примеру, в безводные степи соседней Внутренней Монголии, уменьшив водосток самой Сунгари заодно с «Рекой Черного Дракона»? Амур уже сегодня периодически мелеет до критического уровня, поэтому не перенесет никаких экспериментов.

Тревожно становится, когда читаешь про высыхающее русло великой реки Хуанхэ, про бесконтрольный водозабор на реках Или и Черный Иртыш, про грандиозные планы вторжения в природу. Что будет дальше? В сказке о братьях Лю пятый братец, осушив все водоемы Поднебесной, вернул потом выпитую воду обратно. В реальности вода, поглощенная гигантом Китаем, назад не вернется.

Вложения в защиту окружающей среды китайцы считают непозволительной роскошью. Действительно, на экологических программах заработать куда труднее, чем, например, на контрафакте.

Китайские промышленники не думают об «экологической стороне» бурного экономического роста. Сегодня экологи считают Китай второй страной в мире по уровню загрязнения окружающей среды выбросами в атмосферу так называемых «парниковых газов», в этом списке Китай следует сразу за самой «грязной» в мире страной — США. Однако при этом Китай, наряду с США и Индией, отказался от участия в Киотском протоколе — международном договоре, страны-участники которого, в том числе и Российская Федерация, согласились в целях борьбы с глобальным изменением климата на период с 2008 по 2012 год включительно ограничить загрязнение атмосферы.

Шестнадцать из двадцати самых загрязненных городов планеты находятся в Китае. Около 75% воды в реках и водоемах Поднебесной недостаточно чисты для того, чтобы ее употреблять в пищу. А воду некоторых рек нельзя использовать даже для сельскохозяйственных нужд.

Перед проведением в Пекине Олимпийских игр 2008 года многие европейские страны выражали сильную обеспокоенность тем, что состояние окружающей среды в Китае небезопасно для здоровья спортсменов. Китайские власти вынуждены были отчасти согласиться с этой критикой и накануне открытия игр пошли на беспрецедентные меры — для обеспечения чистоты воздуха в Пекине они остановили все строительные работы, прекратили деятельность большей части промышленных предприятий и ограничили эксплуатацию автомобилей. Почти за месяц до открытия игр в Пекине были введены правила, согласно которым по четным дням въезд в центр Пекина был разрешен только машинам с четными номерами (то есть тем, чей номер заканчивается на четную цифру), а по нечетным — наоборот. Конечно, такое возможно только в Китае! Но все равно игры 2008 года были признаны самыми «неэкологичными». Всемирная организация здравоохранения заявила, что практически все время, проведенное в Пекине, спортсмены вдыхали воздух, в котором концентрация вредных веществ в несколько раз превышала допустимую.

Экологические проблемы — расплата Китая за промышленный бум, достигнутый в том числе за счет нещадной эксплуатации природных ресурсов.

В 2006 году губернатор Хабаровского края Виктор Ишаев заявил, что фактически Китай развивает свою экономику за счет природных ресурсов России, за счет здоровья россиян. По берегам реки Сунгари находится более ста китайских заводов. Ишаев подчеркнул: «Одни предприятия не имеют очистных сооружений вовсе, на других они устарели, а третьи их просто не используют». Не используют, надо полагать, из соображений банальной экономии. Губернатор также обратил внимание на то обстоятельство, что между Россией и Китаем нет соглашения о компенсации ущерба в случае загрязнения окружающей среды на российской территории. Кто же будет отвечать, случись — не дай Бог, конечно) — катастрофа?.. «Нам не нужна техническая помощь со стороны Китая, главное, чтобы они обеспечили поставку воды на территорию России с химическим составом в пределах нормы, что определено международным правом и соглашениями», — говорил Виктор Ишаев в интервью телекомпании НТВ.

Однако на деле все получается наоборот. 13 декабря 2005 года в результате взрыва на химическом заводе «Jilin Petroleum and Chemical Company» в городе Гирин в Сунгари — правый приток Амура, являющегося источником питьевого водоснабжения Хабаровска и Комсомольска-на-Амуре, — попало около 100 тонн бензола и других ядовитых веществ. А летом 2008 года в провинции Хэйлунцзян, также граничащей с Россией, произошла утечка химических веществ, в результате которой погибли три человека. Но официальной информации об аварии китайская сторона России не предоставила, хотя по международным договоренностям обязана была сообщить об угрозе заражения. Минприроды России в связи с этим инцидентом вынуждено было даже направить ноту в Пекин.

Лесные массивы давно называют «легкими планеты». Китай сегодня стал самым крупным производителей мебели и главнейшим потребителем необработанной древесины на планете, и достигнуто это лидерство ценой беспощадной вырубки лесов. Темпы как законной, так и браконьерской вырубки растут в Поднебесной год от года. Исчезновение зеленых массивов — одна из причин учащения песчаных бурь, которые становятся настоящим национальным бедствием Китая. Так природа отвечает на грубое отношение к ней.

Уже не первый год западные страны, а также Южная Корея и Япония ввозят в Китай неэкологические производства, которые считают опасным развивать в своих государствах. Китай только рад их принимать, ведь они приносят прибыль. А ущерб, наносимый окружающей среде, китайские бизнесмены предпочитают не подсчитывать…

Поднебесная также не спешит переходить на новые технологии в энергетике, и большая часть электростанций там работает на угле, а значит, они выбрасывают в атмосферу сотни тысяч тонн сажи и других вредных веществ. Есть данные, что этот растворенный в воздухе уголь ежегодно убивает до полумиллиона китайцев [91] . Неизбежно страдает от этого и население российских приграничных территорий. Несмотря на это Китай, планирует к 2012 году завершить постройку еще более пятисот электростанций, работающих на этом экологически вредном виде топлива. Сегодня в КНР сжигается угля больше, чем в США, странах Евросоюза и Японии вместе взятых.