Чтение онлайн

– Мы воздали им за их нечестивые помыслы, как погонщик воздает нерадивому ослу. Даже неразумный павиан, забравшийся на возделанный трудолюбивым земледельцем огород, не станет наступать два раза на одни и те же грабли...
– джинны после еды были благодушны, тоже любили полежать и не отказывались вздремнуть.

– Не так все просто, - не согласился Дороша.
– Вы слышали, их атаман получил бумагу, а в ней указано, что Эмилия надо захватить и передать заказчику. Раз атаман получил заказ, значит, будет выполнять.

– Атаман делает, что хочет, на то он и атаман. Может плюнуть на заказ.

– На заказ он плюнуть может, - согласился Дороша.
– А на кошель с золотыми монетами, что висит на поясе у Эмилия он плюнуть не может. Этот Загогульский в бароны метит, а в бароны без золота не берут. Вот и получается, что должны нас разбойники хватать, а они не идут и не хватают.

– Почему они не идут? Как ты думаешь?
– это уже Эмилий заинтересовался, по какой такой причине разбойники оставили его в покое.

– Почему, почему? А по кочану!
– Дороше нравились образные выражения, которыми щеголял Максим, и он употреблял их при каждом подходящем случае.
– Это непонятно. Только сидеть нам и ждать, пока они придут, не стоит. Думаю, нам надо из этого леса уходить.

– Дороша прав, будем собираться, - Максим нехотя встал и потянулся. Не очень он боялся разбойников, и все-таки лучше с ними не связываться.
– Братва, кончаем отдыхать! Труба зовет!

– Я, пока вы собираетесь, вперед пройду. Присмотрю, как бы нам в неожиданную западню не попасть. Если чего - свистну. Если мой свист услышите, с дороги сворачивайте и в лес, куда погуще. Потом тропками и выбирайтесь. Как выберетесь, башню увидите. От башни баронские земли начинаются. Туда разбойники опасаются заходить. Там баронских дружинников надо беречься. Еще неизвестно, кто из них хуже: разбойники или дружинники.

– Действуй, Дороша, - поддержал лепрекона Максим.
– Разведка дело великое и важное. А мы соберемся и за тобой пойдем.

Дороша выбил трубку, спрятал ее в один из многочисленных карманов, поправил треуголку, закинул за спину ранец с башмаком и отправился на разведку. Пошел он не по дороге, а рядом с ней. Чтобы, если кто-то на дороге появится, увидеть его издалека и скрыться в кустах. Шел он не торопясь, примечая все, что делается вокруг него, время от времени останавливаясь и прислушиваясь.

Лес жил своей сложной жизнью. Между деревьями сновали птахи, совершенно не опасавшиеся лепрекона и, не обращая на него внимания. У пташек было немало забот: в гнездах сидели молодые птенцы, разевали клювы, просили есть. Накормить прожорливую детвору было не так просто. Иногда из-за кустов неожиданно выбегали зайцы. Они с удивлением смотрели на лепрекона, не понимая, зачем он сюда забрел, затем, убегали по своим заячьим делам. Дороша заметил и лиса, который внимательно наблюдал за лепреконом из-за густого куста. Разбойниками здесь и не пахло.

Видел бы Максим Дорошу, когда тот шел по лесу, он бы позавидовал и сказал, что лепрекон чувствует себя в лесу получше индейца [33]. Ни одна сухая ветка не хрустнула под его башмаками, ни один лист он не оборвал, ни один сучок не обломал, пробираясь между густых кустарников.

Потом Дороша увидел впереди небольшую полянку и принял немного влево, чтобы обойти ее, не хотелось ему выходить на открытое место. Он осторожно проскользнул между двумя кустами орешника и застыл: перед ним стоял рыжий широкоплечий парень в зеленой куртке и серых штанах. В правой руке он держал дубину, а указательный палец левой руки прижал к губам, предлагая Дороше молчать. Разбойники тоже умели неслышно ходить по лесу.

Нельзя сказать, что лепреконы особенно храбрый народец, нельзя и сказать, что чувство долга перед товарищами толкнуло Дорошу на подвиг. Не думал в это время Дороша ни о храбрости, ни о необходимости совершить подвиг. Просто он понял, что напоролся на разбойников и надо погромче свистнуть, предупредить товарищей.

Но свистнуть не получилось. Откуда-то сзади, протянулась здоровенная лапища и плотно прикрыла лепрекону рот.

– Ты куда, малыш идешь?
– спросил рыжий.

Лепрекон как стоял, так и остался стоять. Он не только говорить, но и шевельнуться не мог, настолько крепко держал его разбойник подкравшийся сзади. Сожми тот руки чуть сильней, он раздавил бы Дорошу.

– Ты не бойся, малыш, - успокоил Дорошу рыжий.
– Мы тебе ничего не сделаем, только не шуми. Понял?

Ну, понял Дороша, понял. Но как скажешь, если у тебя рот закрыт здоровенной лапищей?!

– М-м-м... М-м...
– промычал Дороша, и попытался глазами продырявить рыжего насквозь.

Глаза не шило. Глазами не проткнешь. Но рыжий почувствовал.

– Отпусти его, Малявка, ты его задушишь. С ним поговорить надо, может он что-то видел?

Лапа исчезла. Разбойник отпустил лепрекона и тот, в первую очередь, глубоко вдохнул, дышать ему было просто необходимо. А во вторую очередь Дороша повернулся и сказал Малявке все, что он думает об этом разбойнике. А думал о нем лепрекон плохо. О родственниках разбойника он тоже плохо думал. И о том, куда этому Малявке следует отправиться и что ему там делать, сказал очень подробно.

Рыжий с удовольствием выслушал лепрекона.

– Ты смотри, - восхитился он.
– Такой маленький, а сколько в тебе помещается.

А Малявка, ростом и не особенно высокий, но зато шириной в два обхвата, был разбойником добродушным и нисколько на лепрекона не обиделся.

– Так ежели я бы тебе рот не зажал, ты бы верещать начал, - объяснил он приглушенным баском.
– Все бы сразу нам испортил. В лесу шуметь нельзя.

– Что, силу девать некуда!? Сладил!?
– не мог остыть лепрекон.
– Грабить вышли, так хватайте тех, у кого монет полно, меня чего хватаете!? Чуть табак не рассыпал! И дышать не дает! Тьфу, - с отвращением сплюнул Дороша.

– Ладно, не заводись, - попытался успокоить его рыжий.
– Мы тебе ничего плохого не сделали. Просто нам поговорить надо.

Но утихомирить лепрекона было не просто. А, кроме того, он решил, что чем громче будет говорить с разбойниками, тем быстрей товарищи его поймут в чем дело, и обойдут засаду.

– Чего он за лицо хватает!?
– наседал лепрекон.
– Тоже манеру взяли, за лицо хватать! Руки грязные, а он за лицо хватает!

– Ничего не грязные, - пытался оправдаться Малявка и показал руки Дороше. На, смотри.