Чтение онлайн

"Наверно, сам атаман Загогульский, - прикинул Максим.
– Ну, заяц, погоди! Зря ты с нами связался".

Между тем, среди разбойников объявился умный и находчивый.

– Мы сеть разрежем и достанем сумку с монетами, - предложил умник.
– В натуре.

– Посмотрите на этого придурка!
– призвал разбойников атаман.
– Он хочет освободить дракона. А хвостом по роже, ты тоже хочешь? Первым и получишь. А ногой по печени хочешь?!

Находчивый молчал. Это могло означать только одно: он не хочет ни хвостом по роже, ни ногой по печени, и от своего предложения отказывается.

"А у Баха неплохая репутация" - порадовался за дракона Максим.

– У кого еще есть идеи? Выдайте! Хоть одну маленькую идейку на всех... Но умную. Я этого человека расцелую!

Разбойники безмолвствовали.

– И правильно делаете, что молчите. Нет у вас никаких идей, и не может быть. Идеи есть у меня, поэтому я ваш атаман и я здесь самый умный, - провозгласил сочный баритон.
– Без меня вы пропадете!

Снова раздался гул голосов, на этот раз, восхвалявших атамана и его мудрость.

– Штырь, подойди ко мне!
– приказал атаман.

Следовало полагать, что Штырь незамедлительно подошел.

– Возьми нож и сделай маленькую дырочку в сети, - приказал Загогульский.
– Чтобы только два пальца просунуть. Потом сделай такую же дырочку в сумке у дракона. И спокойно вынимай монеты, все, одну за другой. Ну, как вам моя идея?

Разбойники снова восторженно загудели. А Загогульский перешел к Максиму и остановился возле него, разглядывая связанного парня.

Максим впервые увидел атамана.

"Около сорока лет, - прикинул Максим.
– Рост сто восемьдесят, упитанный, одет в зеленую куртку, зеленые брюки и высокие сапоги.
– Атаман ничем не выделялся среди своих разбойников. Только лицо у него было одутловатое, чуть-чуть более сытое чем это положено и глаза нахальные с хорошо выраженной сумасшедшинкой. Держал он себя по-хозяйски, постоянно подчеркивая свое превосходство.
– А вообще - заводной, и трепло!"

Максим атаману тоже не понравился.

– Мальчишка!
– презрительно отозвался он о Максиме и скривил губы.
– Что вы напели мне про амбалов!? Это же не амбал, а шпендрик. Я такого шпендрика одним щелчком из нашего леса вышибу.

Максим не претендовал на роль амбала, но и шпендриком обзывать его не следовало.

– Велика Федора, да дура, - отозвался Максим поговоркой.
– Еще неизвестно, кто кого щелчком вышибет, - добавил он.

– Ты мне грозишь!?
– взвился атаман.
– Ты кто такой?
– уставился он на Максима совершенно бешенными серыми глазами.
– Ты кто такой, я спрашиваю!? А когда я спрашиваю, надо немедленно встать по стойке "смирно" и отвечать!

– Кто, кто? Конь в пальто!

– Вот, слышали!?
– пожаловался своим разбойникам моментально сменивший тон атаман.
– Этот шпендрик хочет показаться умным. Он мне грубит. Мне, атаману Гвадигору Загогульскому. Не смей мне грубить, нахал! Если будешь грубить, я отрежу тебе уши и тогда все увидят, какой ты есть на самом деле.

Отчитав Максима и припугнув его, Загогульский перешел к Агофену и так же презрительно оглядел джинна.

– Еще одного амбала мне притащили... Меня от таких амбалов уже в сон клонит. Посмотрите на него: он же из психбольницы сбежал, прямо в халатике, тапочках и с полотенцем на башке. Ты кто?

– Верблюд в пальто, - в тон Максиму ответил Агофен и очень довольный этим, улыбнулся.

До атамана дошло, что эти двое его не боятся, более того, они надсмехались над ним. Атаман опять взбеленился.

– Хамишь! Я из тебя сделаю настоящего верблюда! Трехгорбого!
– заорал он.
– Ты у меня будешь ходить по жаркой пустыне и жевать саксаул! Я из тебя, морда твоя нахальная, мираж вылеплю!

К Загогульскому подошел разбойник и что-то вполголоса сказал ему. Атаман нетерпеливо отмахнулся. Разбойник сказал еще что-то, на этот раз более настойчиво. Атаман подозрительно поглядел на него.

– Не врешь?

– Не вру.

– Откуда знаешь?

– Сам слышал.
– в подтверждение истинности своих слов, разбойник ощерился и коснулся зуба ногтем большого пальца правой руки: - Зуб даю!

– Они всегда врут.

– Врут, - согласился разбойник, - но это точно он. Оба одно и то же каркали.

– Проверю, - атаман умел мгновенно впадать в ярость и так же мгновенно успокаиваться. Сейчас он опять был совершенно спокоен.
– Я человек справедливый. Если правду говоришь - расцелую, если ошибаешься - накажу. Этого, - он ткнул пальцем в сторону Максима, - ко мне в дом. Быстро!
– Повернулся и ушел.

Максима тут же подхватили и понесли вслед за атаманом. Дисциплинка в банде была отменной. Приказы выполнялись незамедлительно.

Внесли Максима в деревянный дом. Довольно грубой постройки, просторный и прочный. Комната, в которой оказался Максим, была больше всей квартиры в которой он жил со своими родителями, а квартира у них была двухкомнатной. Принесли и небрежно бросили на пол.

– Вы что делаете, болваны!
– заорал на соратников атаман.
– Я вам что сказал?! Разве я приказал вам бросать? Я вам сказал принести! На кровать его надо положить. Быстро! На мягкую постель!

Разбойники подхватили Максима и потащили на постель, правда, дернулись они, при этом, в разные стороны. Максим вскрикнул и атаман снова разорался:

– Куда понесли?! Вы что, не видите где кровать стоит?!

Разбойники уложили Максима на мягкую постель.

– Не так, идиоты! Кто так кладет? Головой на подушку!

Идиоты мгновенно исправились и положили Максима головой на подушку.

– Теперь разрежьте веревки, и сеть разрежьте... Все-все-все... Быстро-быстро! Чего вы копаетесь!?

Разбойники выхватили ножи и умело стали кромсать веревки. Максим подумал, что так же умело и быстро они лишили бы его ушей, если бы атаман этого потребовал.

– Свободны, можете идти! И забирайте этот мусор, - Гвадирог пнул остатки искромсанных веревок.
– Чтобы мы их больше не видели.

Разбойники вышли, атаман подмигнул Максиму и уселся. Он поместил свое драгоценное тело во что-то вроде кресла. Но кресло столь обширное и величественное, что его можно было принять и за небольшой трон, сооруженный для местного правителя.