Чтение онлайн

— Что бы изменилось, — полюбопытствовал Винкель, — будь на вас личина?

Хороший вопрос.

— Я бы не потеряла контроль так быстро. Личина — это дополнительная защита в виде второго слоя энергии и ауры. Да и последствия влияния, скорее всего, были бы чуть менее критичны.

— To есть, — подвел он итог, — личина абсолютно бесполезна в борьбе с архидемонами?

Я пожала плечами. Не могу сказать точно — впервые сталкиваюсь с энергией архидемона, которая, надо заметить, губительна. Она продолжала пассивно атаковать мою энергию, медленно разрушая ее, чтобы добраться до тела, причинить боль и отравить сознание. Я делала вид, что ничего не ощущаю, но от слабости буквально подкашивались ноги. Сохранять невозмутимое спокойствие мне помогал Райвен. Он стоял за спиной, и его аура, как щит, частично задерживала энергию Винкеля, которая подавляла все и вся вокруг.

А меня особенно… Возможно, все дело в том, что я порождение Тьмы — угроза, зло, хищник. Поэтому энергия архидемона уничтожает меня чисто на инстинктивном уровне — Винкель этого не замечает. Либо же замечает, но ему глубоко плевать на «расходный материал» в виде краймера.

— Это ваш истинный облик? — спросил он, ощутимо пробежавшись взглядом по моей фигуре. И судя по тому, как скривились его губы, внешность магини архидемону совсем не понравилась.

— Нет.

— Хорошо. Можете принять истинный?

И вот зачем я только мучилась и готовила зелье? Закрыв глаза, постепенно поглотила магию, изменившую мое тело, а через несколько секунд снова открыла глаза, представ перед архидемоном в том облике, который даровала мне сама Тьма. И что странно… в ту же секунду от былого безразличия на властном лице представителя императорской семьи не осталось и следа.

— Я бы хотел остаться с краймером наедине, — тактично намекнул Винкель всем присутствующим в зале, что пора сваливать, при этом непрерывно рассматривая меня с внезапно заигравшим интересом.

Я напряглась. Идея остаться с архидемоном наедине не нашла в моей душе ни единого положительного отклика!

Ашкары мгновенно подчинились. Встали из-за стола и молча ушли. Саарга закатил глаза, давая понять, что делает одолжение — вполне в его духе, — но тоже покинул зал, послушно растворившись в воздухе. А вот Райвен… он не сдвинулся с места. Я инстинктивно чувствовала, что по каким-то причинам… надеюсь, неоправданным… он опасается за мою жизнь. Даже знать не хочу, что именно это за причины! Мне и без того здесь нервно и дико неуютно!

— Мы просто поговорим, — заверил Винкель охотника, — но наедине, — подчеркнул он, — то есть без тебя.

Райвен положил ладонь на мое плечо.

— Ты же ведь помнишь, что это мой краймер? — с каким-то непонятным намеком уточнил он у Иара. — Только мой. Как и Грайд. И я очень расстроюсь, если с моим краймером случится что-то, о чем я заранее не был предупрежден.

И знать, с чем связан этот намек, я тоже не хочу!

Архидемон доверительно улыбнулся высокородному.

— Я помню, — успокоил Иара, вняв предупреждению Райвена. — И если твой краймер хоть вполовину так же силен, как ты о нем рассказывал, то переживать не о чем. А теперь, пожалуйста, — архидемон требовательно указал на выход, благодаря чему я смогла рассмотреть его неестественно длинные пальцы, украшенные массивными перстнями, и антрацитовые когти, блестящие, как отполированная сталь на солнце, — позволь мне поговорить с твоим краймером наедине.

Не желая создавать проблему, я обернулась к Райвену, который колебался между желанием сохранить мою жизнь и необходимостью подчиниться желанию будущего императора.

— Все нормально, — попыталась убедить его… и себя тоже. — От простого разговора ведь еще никто не умирал, верно?

Хотя вообще-то умирали и очень часто… но сейчас об этом лучше не думать.

«А если Винкель вдруг решит меня убить», — все же решила добавить я мысленно, — «чего исключать, конечно же, нельзя, то я непременно вам об этом сообщу».

Райвен прищурился.

«Думаете, я смогу вам помочь?»

Как бы печально это не было признавать, но…

«Нет, не сможете», — я вздохнула, — «поэтому просто не вмешивайтесь. Я справлюсь. Всю жизнь как-то справляюсь одна»

Райвен натянуто улыбнулся.

«Но вы больше не одна…»

Он сжал мое плечо, пытаясь подбодрить, и, развернувшись, стремительно покинул зал, оставляя нас с архидемоном в приватной обстановке.

Проводив Райвена взглядом, Винкель снова обратил все свое внимание на меня. Я нервно сглотнула.

— И каково это? — нейтральным тоном поинтересовался он.

По спине пробежал холодок… то ли от неприятного чувства незащищенности, то ли от банального упадка сил.

— Каково что? — не поняла я.

— Любить существо и знать, что вы никогда не будете с ним вместе из-за разницы социальных статусов, моральных устоев, мировоззрения, особенностей ваших рас и прочих серьезных причин?

Я нахмурилась.

— При всем уважении, — категорично отрезала, — но вас это никак не касается.

Винкель настаивать не стал.

 — Не касается, — спокойно подтвердил он, закрывая тему, и небрежно махнул рукой, отчего одно из кресел отъехало от стола. — Садитесь. Нам уже давно следовало поговорить, но, к сожалению, времени для бесед у меня все никак не находилось.

Я медленно подошла и опустилась в высокое кресло, стараясь игнорировать агрессивную энергию, что с каждой минутой высасывала из меня силы и, кажется, даже магию. Винкель откинулся на спинку кресла, продолжая внимательно меня изучать. Я отчетливо ощущала, что он по большей мере смотрит мне в глаза, из чего можно было сделать простой вывод — его интересую не столько я или моя истинная внешность, сколько Тьма, что таится во мне. И это логично. Он пытается понять, насколько сильно Тьма успела меня поглотить и осталось ли во мне хоть что-то светлое, за что можно ухватиться, хоть что- то достойное уважения и заслуживающее доверия. Если верить рассказам Райвена и Инари то Винкель весьма лоялен ко всем существам, в том числе и грешным — будь-то саарга с пристрастием к живой плоти и душам или техник, бывший кибертеррорист мирового уровня — и он придерживается позиции охотника, что все существа заслуживают второй шанс и никто третий.

 — Рассказать вам, что я думаю о краймерах? — задал Винкель чисто риторический вопрос, на который не требовалось отвечать.

Полагаю, что ничего хорошего он о нас не думает. И это правильно. Хорошо о краймерах думают только конченые идиоты… и Самуэль, который хотел сделать из краймеров личную армию. Ну не придурок ли?

— Вы — прирожденные убийцы, — озвучил архидемон свою точку зрения. В его голосе не было презрения или обвинения. Он просто делился личным мнением. — Солдаты Тьмы со своей темной религией и особой жуткой моралью. Неподвластные и неконтролируемые. Продажные. Вы рождаетесь во Тьме и умираете во Тьме. Вы ее отражение. Отражение темной стороны. Сотрудничать с вами рискованно и даже глупо. В отличие от Аксэ’да Грайда вашей же расы или Инари Йорта с неоднозначным прошлым, которые уже давно доказали свою преданность еще моему отцу вы, мисс Прайд, темная лошадка. Никто кроме Ройза вас не знает и, соответственно, поэтому почти все члены оппозиции проголосовали за вашу смерть.

Я пожала плечами.

— Не могу их за это винить, — сказала честно, чем вызвала у Винкеля слегка изумленную реакцию.

Ну а что? Правда ведь! Появись в оппозиции еще один краймер, я бы первой предложила отсечь ему голову. Это единственное разумное решение. Неважно инициированный он или нет — он краймер, и этим все сказано. Потенциальная угроза, которая предаст всех, если это будет выгодно. До недавнего времени даже меня — а я считаю себя противоположностью всей расы — интересовало лишь уничтожение черных наемников, и я бы многое могла отдать и многих предать ради достижения заветной цели.