Чтение онлайн

Безо всяких промедлений и задержек он поднялся на ноги и заявил:

– Я жду вашего ответа на закате. Мой человек придет в лагерь в это время, и вы передадите ему свое решение…

Он не просто говорил – он приказывал, и это было очевидно. Потом он развернулся и решительным шагом пошел к выходу. Поравнявшись с нами, император неожиданно остановился и взглянул сперва на Эри, а потом и на меня. Наконец-то! Эри вздрогнул и сжался от его взгляда, а я… замерла, как завороженная.

Меня снова потянуло к нему, и это точно был зов крови. В глазах Шивона Беспощадного, который выглядел молодым, дерзким и всесильным, плескалось любопытство вперемешку с немалой долей презрения. Именно так – с насмешкой - он оглядел меня с головы до ног, и я ощутила мгновенное разочарование. Никакой ценности я в его глазах не представляла. И даже родственный зов не помог. Да и чувствовал ли он его? Вряд ли.

Но я не опустила глаз. Из-за вдруг проснувшегося упрямства.

И хотя наша «битва взглядов» длилась всего несколько мгновений, воздух вокруг нас словно наэлектризовался. Мне стало больно от очевидного отвержения, хотя… на что я еще рассчитывала от существа, который собственного внука довел до панического ужаса?

Вдруг я ощутила, что по моей пояснице легко скользит теплая ладонь. Леонард! Он утешал меня, словно говоря: все хорошо, я рядом! И меня залило облегчением. У меня есть тот, кто действительно ценит меня – мой принц! Мой лучший друг! Не нужен мне никакой «дед» из глубин!

Император Шивон отвернулся и быстро скрылся вне стен шатра, а внутри повисла почти звенящая тишина.

Однако через несколько мгновений пространство вокруг просто взорвалось обезумевшим гомоном растерянных высокородных мужчин.

Я быстро поднялась на ноги, схватила за руки Эри и принца и выскочила наружу.

В последний раз взглянув в спину удаляющемуся императору Океанарии, я потащила друзей в противоположную сторону и вывела за пределы лагеря.

Остановившись под редким здесь раскидистым деревом, я развернула к себе Эри и очень серьезно произнесла:

– Брат, рассказывай! Я должна все знать об этом императоре!

Русал посмотрел на меня немного затравленно. Похоже, деда своего он боялся больше всего на свете.

– Он – самое сильное существо во всем океане, - проговорил Эри, - и он не знает жалости. Ему все равно, родной ты ему по крови или нет – он не простит твоих ошибок…

Его рассказ был сбивчивым, и я просто не узнавала отважного Эри. Судя по его словам, ни у одного из нас не было ни шанса перед Шивоном.

– А зачем ему эти земли? – допытывалась я.

– Не знаю, - ответил Эри, пожимая плечами.
– Я никогда не вникал в политику или вопросы власти… Этим я и отличался от своих старших трех кузенов…

– Что?
– изумилась я. – Есть еще принцы?

— Это дети нашего дяди Рагона, родного брата матери…

Вот так я узнала, что у меня есть еще больше подводной родни…

– А почему он хочет идти к тем… камням… как их?

– Священные Камни Обнажения, - подсказал Эри. – Это очень могущественные предметы, в которых заключена магия предков. Говорят, духи прародителей до сих пор правят миром через эту магию. Если камни признают императора и его народ более сильными, то… людям придется покинуть эти земли безоговорочно, потому что магия просто-напросто изгонит их…

Удивленно слушая все это, я прикидывала, что через пять веков на этих землях жили именно люди, а не жители моря. Выходит… мы победили????

Впервые я задумалась о том, что исход этой борьбы предрешен и нам с Леонардом известен.

Я посмотрела на принца. Похоже, к нему пришли те же самые мысли.

– Мы победим, - прошептал он, и я вдруг заулыбалась, глядя в его воодушевленные глаза. Однако в самой глубине их я видела большую печаль.

«О чем ты так грустишь, мой принц?» - хотелось спросить мне, но я не посмела, а потом подумала и пообещала себе, что обязательно узнаю об этом потом, когда мы решим судьбу этих земель в пользу людей. Я спрошу Леонарда о его затаенных чувствах и постараюсь развеять его скорбь. Он ведь мой лучший друг…

– Скорее! – выкрикнул нам невесть откуда взявшийся воин. – Вас вызывает Совет Князей!..

Элоиза

Они не спрашивали и не предлагали. Князья приказывали!

Приказывали вступить в состязание и обязательно победить.

На нас с Эри смотрели с глубоким презрением, как будто мы были рыбами, спрыгнувшими вдруг с обеденной тарелки и посмевшими заявить, что тоже что-то значим и принадлежим в королевскому роду.

Глава Совета – усатый князь Доминик – особенно сверлил нас неприязненными взглядами. Честно, стало даже обидно. Мы, типа, должны тут всех спасти, а нас не то, что не просят, нас даже нормальными мыслящими существами не считают!

Лайманир откланялся князьям и вывел нас всех троих из шатра.

– Пойдёмте, поговорим… - попросил он устало, и мне стало его жаль.

В его личной палатке нас приняли с уважением, угостили теплыми напитками, фруктами.

Вскоре к нам присоединился Оллеро, и начался серьезный разговор.

Разговор о том, что от этого магического испытания зависят сотни тысяч жизней и что у этой земли совершенно нет никаких шансов без нашего с Эри участия.

Правда, Оллеро этого не говорил. Он был хмур и постоянно смотрел в пол. Когда Лайманир закончил излагать свои просьбы о помощи, ярин резко поднял голову и произнес:

– Я не хочу рисковать жизнью своего ребенка!

Его заявление было подобно грому среди ясного неба.

Лайманир изумленно замер с открытым ртом, а потом обескураженно выдохнул.

– Но Оллеро…

– Ты видел их, Лайманир! Они воротят нос от Эла, да и от нас с тобой тоже…

– Но речь идет не только о нашей чести, Оллеро, - возразил некромант, - на кону тысячи жизней простого народа…

Ярин понимал, что он прав, и от этого тяжело вздохнул, а я осторожно положила руку на пальцы отца и сжала их.

– Не волнуйся, отец… - прошептала я, а он посмотрел на меня виновато и горько. – Мы действительно должны помочь простому народу. Возможно, мы с Леонардом ради этого и появились здесь…

Я имела в виду наше путешествие из будущего, и ярин понял меня. Кивнул, соглашаясь.

После этого разговора я уже больше не сомневалась ни в чем.

После наступления ночи Эри вышел из лагеря и направился к океану: ему требовалось поплавать пару часов в воде, чтобы набраться сил. Без родной стихии он ощущал себя слабым.

Мы же с Леонардом уединились под деревом на соседнем холме, откуда отчетливо просматривались не только ряды густо поставленных военных шатров, но и полоска океана вдалеке, а также островки хвойного леса, начинающиеся на другой стороне горизонта.