Наемник. Рожденный в огне
Шрифт:
Аккуратно переступая с ноги на ногу, в ожидании, когда подействует паралитик, Норен отступал, следя при этом за противником общим планом и стараясь не сосредотачиваться на чем-то конкретном. Тот, считая, что наемник испугался его (что было наполовину правдой; Норен не испугался, а относился к нему с осторожностью и старался не недооценивать), продолжал наступать и даже позволил себе чуть ухмыльнуться. Резко схватив лопату, как держат двуручный меч, Грегор махнул сверху вниз, метя противнику в темя, но наемник рванул в сторону и отбежал на безопасное расстояние.
–Хватит!– начинал злиться Шрам после трех таких же уходов.– Либо дерись, либо убегай насовсем!
–А может, ты просто сдашься?!– крикнул он ему в ответ, тем самым продолжая тянуть время. К сожалению, паралитик не действовал так же быстро, как «Белое пламя».
–Ха, я лучше умру!
–Это обязательно, Грегор, даже не сомневайся.
Здоровяк вновь двинулся в его сторону, провел еще несколько стремительных атак, но тут на его лице отразилось изумление.
–Что происходит?– он смотрел на свои руки, которые никак не мог поднять.
Норен выдохнул и опустил меч, но пока не стал убирать его в ножны. Грегор выронил лопату и непонимающе разглядывал на свои руки. Они тряслись, он с трудом сгибал пальцы, и тут до него дошло. Посмотрев на рану на ноге, он перевел презрительный взгляд на Норена.
–Ах ты евнух бесхребетный! Ты отравил меня?! Что со мной происходит?!
–Паралич,– ответил наемник и вернул меч в ножны. Затем он покрутил головой и крикнул.– Кто-нибудь, дайте веревку подлиннее! Нужно доставить преступника на суд!
Тем временем Грегор упал на колени, но все же не переставал бороться за управление над собственным телом. Приняв веревку от какой-то добродушной на вид женщины, Норен подошел к Шраму. Тот дернул рукой, намереваясь схватить наемника, но она лишь чуть дрогнула и не двинулась с места. Тогда он попытался что-то сказать (наверняка оскорбление), но язык тоже перестал функционировать.
Норен толкнул его ногой в затылок, и Шрам повалился вперед лицом. Послышался хруст, и наемник сощурился.
–Прости, забыл про нос,– сказал он Грегору, складывая его руки у него за спиной и связывая их данной веревкой.– Одолжите кто телегу, или быть может коня?! Мне его нужно отвезти, тут не далеко, около лавки мясника!
Вдруг из-за угла выбежали трое судейских стражников.
–Ты кто такой?– приблизившись к нему и наполовину вытащив меч из ножен, спросил один из них.
–Я исполняю полю закона Слияния и его представителя судьи, Уильяма Корнуэлла.
Достав из сумки документ, он развернул его и показал тому стражнику, что к нему обратился. Пробежав глазами документ и увидев печать, солдат кивнул, убрал меч в ножны и крикнул:
–Кто-нибудь, именем суда, дайте этому человеку повозку!
Спустя четыре минуты Норен и еще один стражник погрузили Шрама на небольшую телегу, которую может толкать один человек, (данную мужичком среднего возраста, на вид не очень имущего), и повезли его в сторону мясницкой лавки, где его уже ждал Калюс, сидя на спине связанного сообщника Шрама (удар Норена вышел настолько мощным, что бандит до сих пор был без сознания) и постукивая ему по голове небольшой палочкой.
Толкая вперед телегу и не обращая внимания на прохожих зевак, наемник быстро дошел до нужного места.
–Норен!– завидев его, вскрикнул Калюс.
Вскочив с бандита, он, уже оправившийся от головокружения бросил палочку и подбежал к другу.
–Как все прошло? Вижу, ты его словил?
–А-то. Не видно, что ли?– затем он повернулся к стражникам.– Благодарю, господа, дальше мы сами справимся.
Подсев, Норен поднял телегу и вытряхнул из нее Грегора. Вернув транспорт владельцу, он поблагодарил мужика и, обернувшись, увидел, как из лавки вышел Елек в компании своего дяди.
–Калюс,– обратился он к своему другу.– Сбегай пока за нашими лошадьми. Нужно доставить этих обоих к судье.
–Хорошо.
Когда изобретатель удалился на приличное расстояние, Норен заговорил с Елеком.
–Ты почему еще здесь, идиот?
–А куда мне…?
–Куда-нибудь подальше отсюда,– не дав договорить, перебил парня Норен.– Если судья начнет меня расспрашивать, я не стану ему лгать о тебе, но не буду давать все подробности. Уноси отсюда ноги и с полгода не появляйся в Слиянии. Иначе тебя казнят как соучастника.
–Но,– он изумился,– но почему?
–Я вижу, что ты не убийца,– покачал головой наемник.– К тому же, за твою голову награды нет, так что давай, уматывай скорее отсюда.
Вздохнув, Норен подошел к мясницкой лавке и присел на зашарпанную скамейку.
Снимая с крупов лошадей до сих пор обездвиженного Шрама и его сообщника, судейская стража разрезала веревки, связывающие ноги задержанных преступников. Норен и Калюс стояли рядом и наблюдали за действом. Сообщник Грегора грязно ругался, брыкался, и довольно сильно оскорбил одного из стражников, и тот, не сдержавшись, врезал преступнику в печень. Тот мгновенно замолчал и присел на одно колено, словно пьяный рыцарь, намеренный дать обед своему повелителю.
Наемник увидел, как в их сторону шаркающей походкой идет судья.
–И еще раз здравствуй, Норен,– поприветствовал он и посмотрел на валяющегося на земле Шрама.– Я так понял, наш друг находится под одним из твоих чудодейственных зелий?
Норен в подтверждение кивнул.
–Очень хорошо. Как раз к завтрашнему дню успеет отойти. Думаю, для вас, Грегор, мы даже суда не устроим! А это тебе, Норен,– сказал Корнуэлл и отдал ему туго набитый деньгами мешочек.– Останешься смотреть на казнь?
Уильям многозначительно посмотрел на него.
–Нет, у меня же еще одно задание.
–Конечно. Тогда, в другой раз.
–Судья!– изобретатель, широко улыбаясь, протянул Корнуэллу руку.– Меня зовут Калюс. Можно у вас спросить?
–Конечно, юноша,– кивнул Уильям, даже не подумав жать ладонь собеседника и оставляя свои руки сложенными в замок за спиной.
–А как вы собираетесь казнить преступников?
–Как обычно, через повешенье.
–А головы вы не рубите?
–Ну, обычно нет. Для этого нужен сильный палач, да и зарплата должна быть куда больше. Одно дело за рычаг дернуть, а голову рубить – совсем другое. А, собственно, в чем дело?