Чтение онлайн

Команда возымела влияние, вот только не на стражу… Грохнуло не слева, а справа, где укрывались Кен с Максом.

Юноша решил, что приказ прозвучал для него и разрядил мушкет. Выделяющейся цели он не нашёл, поэтому пуля досталась самому резвому лучнику. Остальные попрятались. Частота града стрел разом сошла до единичных выстрелов.

Макс занял положение полусидя и принялся перезаряжать ружьё.

Воспользовавшись затишьем, к переднему краю подобрались отряды организовавшихся лесорубов. Кто с топорами, а кто и с самоделками из кос. Нашёлся даже совсем отчаянный боец с лопатой. Хоть бы наточить догадался! Из стрелкового — меньше десятка луков на почти полсотни ополченцев.

Что до доспехов, тут дело обстояло совсем плачевно: пара не то полу-панцирей, не то каких-то нагрудников, едва ли достающих до животов, да ещё с пяток разномастных шлемов. Короче, на общей статистике защищённость не скажется никоим образом.

Ещё примерно в два раза больше горожан с таким же вооружением дожидались чуть дальше. А вот остальные из тыла даже носа не показывали!

В целом, на момент начала боестолкновения, картина вырисовывалась следующая: Количественное преимущество нивелировалось отсутствием дисциплины и инициативы.

— Ты Джоя видишь? — задал риторический вопрос Батя, всматриваясь в самый левый фланг.

— Нет. — всё же ответил Лай.

Вместе с тем, в той стороне, через узенькую проплешину промелькнуло копьё. То самое, отобранное на пристани у «встречающей» стороны. Вот только теперь, с лёгкой подачи великана, оно обернулось самым настоящим снарядом самострела. По настильной траектории оружие пролетело не меньше пятидесяти метров и исчезло в кустах. И, судя по раздавшимся возгласам, таки достигло какой-то цели.

— А он есть… — прошипел Батя, радуясь, что им ни разу не приходилось противостоять таким же гигантам.

Хотя… То ли ещё будет!

— Тьху-тьху-тьху! — сплюнул командир наёмников и постучал по стволу дерева.

Кто-то что-то начал горланить со стороны противника.

Повинуясь командам, лучники снова ожили. Не так дерзко, конечно, никто больше в полный рост из-за укрытий не выходил, но стрелы вновь начали доставлять неудобство. Ещё и плотность собственных подразделений несколько выросла, по сравнению с началом обстрела.

Будучи знатоком собственного ремесла, Батя умел на глаз определять степень накала заготовки. Эту было самое время начинать ковать!

— Це-э-эльсь!!! — затянул он. Ополчение непонятливо крутило головами по сторонам. А вот прямые подчинённые зашевелились, высовывали из-за укрытий стволы мушкетов, искали цели… — ОГОНЬ!!!

Почти слитно громыхнул залп. По всей линии соприкосновения в воздух поднялись облачка дыма и снопы искр. Выстрелил и сам командир. Следом, подражая более опытным союзникам, отстрелялись ополченцы.

После непродолжительного затишья, из чащи донёсся первый протяжный стон. Его тут же поддержал другой голос, этот истошно вопил.

Вид раненных и убитых наверняка произвёл неизгладимое впечатление на остальных защитников твердыни. Лучники, что называется — заткнулись наглухо.

Однако, мораль дрогнула и у сил вторжения. Городское мужичьё до сегодняшнего дня и знать не знало о войне. Обращение с их бывшими добрыми соседями, повергало в состояние тупого ступора. Там ведь такие же люди! Многих наверняка даже знают!

Стрелы всё никак не сыпались.

— Скусить патрон! Заряжай!!!

Парадокс. Наёмникам команда была излишней, а стражники от такой формулировки только ещё больше запутались. Кроме того, что со штуцером. Бедолага во всю заколачивал пулю в ствол. Лёжа это оказалось особенно неудобно. Об дерево попробовал — шомпол в коре топнет. Рукоятью меча — неудобно. Ага! Вот шлемом догадался! Снял его и-и-и… Саданул так, что насквозь пробил свой бутафорный котелок.

— Ну ничего страшного. — тихонечко приговаривал Батя. — Такой пустой башке и защита ни к чему.

Окинув взглядом подчинённых, удостоверился, что все перезарядились:

— Цельсь! По готовности огонь!

В этот раз команда звучала куда тише предыдущей. Да и последовавший залп никак нельзя было назвать слаженным.

Наёмники стреляли только найдя подходящую мишень. Никто не обращал внимание на товарищей.

А вот двое ополченцев с ружьями отстрелялись сразу же. Черти! Скорее всего — в молоко, абы бахнуть!

Штуцер молчал. Незадачливый боец всё ещё перезаряжался.

Мушкет с той стороны тоже не отставал. Кто бы там с ним не управлялся — он упорно пытался достать мэра. Пуля рванула клок коры из дерева, за которым прятались Венга с заказчиком. Кстати, последний вроде начал осознавать серьёзность ситуации: больше не улыбался, не приставал к воительнице и с полуслова выполнял её требования. Осознание близкой смерти отрезвило мужчину.

Услышав заветный хлопок, Батя перекинул ружьё за спину, обнажил саблю и дал очередную команду:

— В атаку! Пошли! Пошли!! Пошли!!!

И подал личный пример: поднявшись в полный рост, он быстрым шагом направился к деревьям впереди. По правде говоря, старого вояку больше интересовала возможность укрыться за ними, чем прячущиеся чуть дальше защитники острова.

Изображая наступление поднялись и остальные наёмники. Вот только боевые кличи они издавали до того, как показаться из укрытий. Как говорится — дураков нет!

Народ дрогнул. Неуверенно, робко, согнувшись в три погибели, ополченцы таки пошли вперёд.

Внезапно нашлась Венга. Девушка одним рывком поставила заказчика на ноги, что-то ему рыкнула, буквально прижав его лицо к забралу и… Вытолкнула из-за дерева мощным пинком сапога!

— Вива ля виктуар!!! — выкрикнул Жак, срывая горло до хрипа, и метнулся в сторону врага. Свой короткий меч он извлекал из ножен прямо на ходу.

Народ вдохновился! Там и тут раздались поддерживающие лидера возгласы. Сперва вперёд рванули одиночные сорвиголовы, но уже мгновение спустя, позади них, яростными воплями разразились и остальные.

Не отставали и обороняющиеся: лес сотряс нестройный вой сотен глоток с обеих сторон!

Когда основная масса поравнялась с передними рядами, Кеншин придержал Макса за плечо. Парнишка так и стремился в бой. Но, с точки зрения старшего товарища, рвение было излишним. Они оба сместились в сторону, аккурат за спины ополченцам. Не те деньги платили отряду, за которые следовало допускать риск.

В поле зрения появился Батя, он придерживался аналогичной тактики. Он оглянулся и, кажется, подмигнул из-под забрала. Разбираться в мимике не стали, внимание наёмников отвлёк звонкий женский возглас.