Наёмники Дождливая Осень.
Шрифт:
– М-да. – разочаровано протянул Рут.
– Согласен, не впечатляет. – Поддержал его Бизон. – Толи дело громада университета в Гамале, вот где размах, масштаб и красота.
– А пользы от университета столько же, сколько и от храма Сёстёр? – Спросил Клет.
– Несравненно больше. – Важно ответил Бизон.
– Странно, когда я служил в городской страже Гамалы, самым проблемным кварталом в городе считался как раз университетский квартал. Вечные драки, пьяные дебоши, воровство, постоянно всем недовольная учёная братия, разбойники студенты, и маргинальные элементы всех мастей, пользы от них я честно сказать не наблюдал, одно беспокойство. А во время каникул по уровню преступности университетский квартал с лёгкостью переплёвывал Контром, самый жуткий район Гамалы.
– Это да, это мы можем. – Чуть ли не с гордостью подтвердил Неряха, за что заработал осуждающий взгляд Клета.
Рут спешился у ворот и, ведя коня в поводу, вошёл во двор храма. Внутри, на небольшой площадке толклись несколько вооружённых мужчин и пара монашек в голубом одеянии, вокруг которых играли в догонялки дети. Одна из монахинь заметив в воротах весьма серьёзно вооружённую троицу, тронула за рукав одного из мужчин, и направилась к ним.
– Мирного Неба вам доблестные воины. – Произнесла она с поклоном, а мужчина подошедший следом демонстративно положил руку на меч.
– И вам не хворать сестра. – Кивнул Неряха и выразительно тюкнул набалдашником секиры о плиты двора. – Давно ли храм Милосердного Неба обзавёлся собственной охраной? – Он с лёгким презрением глянул на мужика теребящего рукоять меча.
– С тех пор как Обитель Неба в течение месяца два раза ограбили брат. Мы, конечно, были против таких мер, - кивнула она на охранника - но добрые жители Баттербита сами решили взять храм под свою защиту.
– Да, - гордо выступил мужик – и никому безобразничать тут не позволим. Так что уважаемые, если хотите пройти в храм, сдайте оружие.
– По-моему, сестра, законность такого требования вызывает сомнения. – Сказал Рут на секунду опережая хамство Бизона. – Если даже стража у ворот не вешает бирки на мечи, то….
– И правда брат Хужан, - повернулась монахиня к мужчине – не стоит требовать лишнего, кто тому же день на дворе и вы тут. – Добровольный охранник качнулся с пятки на носок, как бы раздумывая, хотя всем и так было ясно, что Хужан с его людьми Бизону на один зубок, поправил перевязь с мечём и кивнул.
– И то, правда, сестра, мы-то здесь. – И с многозначительным видом отошёл к другим мужикам.
– Вот только проку… - Усмехнулся Бизон, но получив пинок в щиколотку от Рута, прикусил язык.
– Мы вот по какому делу сестра…? – Начал Ханэдав.
– Селика. – Подсказала монахиня.
– Сестра Селика, недели две назад к вам могли обратиться несколько раненных воинов, а привести их должен был человек по имени Мондвид. Было такое?
– Да, прекрасно помню, это были доблестные защитники Бреги и мы им оказал всю помощь, которую только могли.
– Прекрасно сестра, могу я их видеть?
– А как вас зовут господин? – Во взгляде монахини промелькнуло что-то такое, что заставило Рута насторожиться.
– А зачем вам моё имя? – Селика понимающе улыбнулась.
– Как-то мне нужно к вам обращаться.
– О, простите сестра, я Росс Ханди, эсквайр из Дорина.
– Очень приятно сударь. Воины, что были здесь на излечении, наперебой говорили о своём лидере, спасшем их от служителя Норея, а сам, направив их сюда и отдав им последние деньги, бросился выручать одного из своих бойцов, угодившего в лапы Бомрских работорговцев.
– И что в этом такого?
– Ничего, если не знать, что он марвелинских кровей, а простые люди для марвелинов, ровным счётом ничего не значат.
– Меня это и самого удивляет сестра. – Вздохнул Рут, внутренне проклиная языкастого выдумщика. – Так, где они?
– Последнего из них дня три назад забрали его товарищи, где точно они остановились, я не знаю, но точно где-то недалеко от храма сударь.
– Очень жаль сестра, - нахмурился Рут – мы вроде как договорились встретиться здесь.
– Понимаю сударь, но тут им делать больше было нечего, они, слава Милосердному Небу, практически все пошли на поправку. – Ханэдав вздохнул, пожертвовал два эрга на храм, и направился к воротам.
– Похоже, мы все-таки опоздали.
– Хм. – Остановился Бизон. – Я кое-что забыл, вы идите, я вас потом догоню.
– Лучше встретимся на постоялом дворе.
– Хорошо! – Махнул рукой Неряха и исчез в воротах храма.
– Вы видели этих охранников тэрхон? – Спросил Клет у Рута ведя в поводу обоих коней.
– Видел. – Они решили обойти базарную площадь пешком.
– Я собственно не об охранниках, а об их оружии, такими мечами как у Хужана дрались лет двести назад.
– Возможно, он ему достался от его далёкого предка.
– То-то и оно, что предка. Нынешние Тавасцы, я имею ввиду простой люд, в армию только от большой нужды идут.
– Ну не всем же быть воинами, кому-то и пахать надо.
– А разве одно другому мешает? Мой батя оттрубил свои пять лет в дружине одного Круштского барона, его отец, мой дед, служил у Мохонских князей, а его отец был вольным бойцом. Правда, ему оттяпали пол ноги в битве с Нойтцами, но старик сумел воспитать своих детей настоящими воинами, хотя сам всю жизнь был простым каменотёсом.
– Ты хочешь сказать, что у вас всеобщая воинская повинность? Это запрещено законами Таваско.
– Странно мне слышать это «у вас», да и законы Таваско не для Хонов.
– Ну, извини Клет, что меня воспитали как Тавасского дворянина, и о том, что я Хон, до недавнего времени, мне было абсолютно неизвестно. Привыкать трудно.
– Да я понимаю тэрхон. Вот так живёшь, живёшь, а потом бац и ты Ханэдав, великий вождь, потомок королей и всё такое.