Чтение онлайн

«Синдром саванта, — отметил он про себя, в очередной раз осматривая обитателя палаты. — Безумец и гений в одном лице».

Поставив свой чёрный дипломат на пол, служащий обвёл взглядом помещение, меж тем неторопливо снимая перчатки с холёных рук.

— Ну, здравствуйте. Вполне возможно, что я буду вашим новым куратором, — с оттенком лёгкой небрежности особый агент бросил перчатки на край стола, продолжив свою речь, дикцией, видом и жестами напоминая ведущего новостей: — Опираясь на косвенные признаки, ваш лечащий врач сделал вывод о наличии у вас незаурядных экстрасенсорных способностей и поставил в известность о своих предположениях моё руководство.

Пациент слушал редкого гостя вполне спокойно, не перебивая и не отрывая взгляда от ранее выбранной точки на стене.

— Вследствие чего я получил распоряжение подтвердить или опровергнуть данное предположение. В случае, если оно подтвердится, вас переведут в иное, более комфортабельное место, где вы будете находиться под моим личным присмотром, — как ни в чём не бывало продолжил незнакомец.

Сидящий на стуле мужчина по-прежнему счёл лучшим промолчать.

— А вы не слишком-то разговорчивы. Наверное, устали от пристального внимания? Понимаю. Да, так бывает, — пройдя к тумбочке, особо уполномоченный остановился, деликатно поинтересовавшись: — Надеюсь, вы не будете против, если я ознакомлюсь с вашими записями?

И снова: в ответ — тишина.

— Так понимаю, молчание — знак согласия, — аккуратно выдвинув ящик, особый агент без долгих поисков извлёк на свет небольшую тетрадь и карандаш, промолвив: — В каком-то смысле бумага сохраняет частицу нашей души… А впрочем, кому я это говорю, вам ли не знать?..

Присмотревшись к произвольно открытому тетрадному листу, мужчина покачал головой с выражением лёгкого удивления и уважения:

— Вот тебе и «всякая чушь». Они просто не поняли ваш шифр. А впрочем, лучше я это всё равно заберу.

Некоторое время поводив пальцами по поверхности бумаги и поднеся тетрадь к носу, особо уполномоченный продемонстрировал улыбку авгура. Отведя полу пиджака, он достал герметичный пакет с миниатюрной ручкой и, поместив в него тетрадь, наклеил поверх небольшую полоску с номером, после чего положил пакет с содержимым на тумбочку и, задвинув ящик, отворил дверцу.

— Так, что тут у нас? Кен Кизи: «Над кукушкиным гнездом». Весьма символично, — без иронии оценил особый агент.

Ответа не последовало.

Обойдя стул, гость встал перед лицом пациента и, проследив за его взглядом, спросил:

— И на что это вы так внимательно смотрите?

Выражение лица пациента не поменялось ни на секунду.

Ни капли не раздосадованный, служащий подошёл к столу и, приставив стул со своей стороны, присел.

— Вы знаете, эта игра в молчанку уже начала мне малость надоедать, — тем временем водрузив кейс перед собой и начав неторопливо его открывать, проговорил визитёр.

Ноль внимания.

— Но вообще вы правы. Возможно, это я не обратился к вам на доступном для вас языке, — на мгновение оторвав руки от дипломата, мужчина помассировал бритую голову кончиками пальцев, создавая в сознании давно зарекомендовавшую себя мыслеформу.

Сотканная силой воображения конструкция в виде связующего канала незримой нитью связала разумы обоих присутствующих. С молниеносной скоростью ментальный трафик устремился от сознания к сознанию, донося телепатему до адресата.

, — голос особого агента прозвучал непосредственно в сознании, и на этот раз подобное обращение возымело действие: словно бы ожив, пациент неторопливо обернулся, хотя по-прежнему продолжал напоминать сомнамбулу.

— продолжил своё мысленное обращение служащий.

Собеседник неторопливо кивнул.

, — улыбнувшись, кивнул в ответ вопрошавший, следом промолвив уже обычной речью: — Раз уж контакт между нами теперь установлен, вы могли бы помочь мне разобраться с целью моего визита? Ничего сложного. Знаете ли, направляясь сюда, я просто прихватил с собой кое-какие игрушки. Работа у нас, особых агентов, знаете ли, напряжённая, сложная, времени на отдых практически нет. Поэтому — сейчас мы с вами просто немножечко поиграем. Вы ведь составите мне компанию, верно?

Мужчина не ответил утвердительно, но, тем не менее, было заметно, что, во всяком случае, он услышал и понял вопрос.

— Хорошо, пусть так. Вы не обращайте внимания, что я иногда начинаю дурачиться, изображать своего «рубаху-парня» и травить шутки, которые кажутся смешными мне одному: такая уж у меня манера. Кому-то нравится, кому-то нет. А работа у нас, и правда, нервная, поэтому нам и приходится почти всё время контролировать свои эмоции и лишь изредка позволять себе роскошь давать волю чувствам. А если серьёзно — вас ожидает стандартное тестирование, по результатам которого мы с убедительной достоверностью сможем квалифицировать вас в качестве псионика и уточнить те или иные ваши характеристики. Степень пси-восприимчивости и прочее. Ну что, вы готовы? По глазам вижу, что да. Можете не отвечать прямо: если вам так будет удобнее, я мог бы читать ваши мысли. Только поверхностные… Вы ведь не против? — потерев холёные руки, словно муха — передние лапки, особый агент выжидающе уставился на пациента, ожидая получения мыслеформы по установленному ранее и всё ещё активному каналу связи.

Впервые на лице пациента возникло блеклое подобие эмоций: мужчина выдавил лыбу, и в этот самый момент на мысленном экране особо уполномоченного возник яркий телепатированный образ: прямая, далеко раскинувшаяся трасса, за финишной чертой которой возвышается колоссальных размеров половой орган.

— Ай-яй-яй. Ну зачем же так грубо? — обрывая канал связи, служащий укоризненно поцокал языком, но, не утратив ни грамма оптимизма, тотчас же прокомментировал увиденное: — А вообще старик Фрейд во всём наблюдал фаллический символизм. И ведь прав был: порой оглянешься и видишь, какая в этом мире творится х..ня. Впрочем, это всё лирика. Ближе к делу.

Достав из кейса блокнот, особый агент продолжил серьёзным тоном:

— Я знаю, что вы и наполовину не настолько безумны, как прикидываетесь. И вы должны понимать, что я сейчас нахожусь здесь не потому, что мне безумно нравится ваше общество, но потому, что я — официальное лицо при исполнении. Если вы не станете со мной сотрудничать, у вас будут проблемы. Серьёзные. Сумасшедшие экстрасенсы — это отдельная тема. Очень опасные личности. Порой способны волевым усилием убить президента, просто увидев его в вечерних новостях. Разумеется, важных лиц тщательно экранируют, и для того мы, собственно, и нужны; но — за всем не уследить, всего не устранить. Поэтому-то мы вынуждены выявлять вас и вам подобных и оценивать то, насколько вы можете быть полезны либо опасны. И если уверенности нет, нам проще от вас избавиться.

Савант молчал, никак не отреагировав на угрозу.

— И не только от вас. Но ещё и от вашей жены, родителей, дочери, — перелистывая записи в блокноте, отметил особый агент. — Поверьте, у меня найдётся для вас мотивация. Я ведь знаю, что вы — симулянт. Вернее, нет. Скажем чуть точнее: вы — весьма одарённый и способный человек, имеющий, вместе с тем, некоторые проблемы с психикой, при этом изображающий человека, имеющего иные проблемы с психикой. Я — экстрасенс. От меня очень сложно скрыть подобные вещи.