Чтение онлайн

Какой-то цирк. Уверена, все должно было быть не так, но сама я изменить ничего не могла, даже выйти отсюда и отыскать родителей, которые совершенно точно находились в доме.

Я замерла с теплым свитером в руках, не зная, куда его пристроить в этом великолепии шелка и атласа.

– Неужели сложно было хотя бы выйти к нам, – проворчала я, положив свой любимый свитер на одну полку с чем-то белым и воздушным.

Старинный особняк в замковом стиле я по привычке называла домом, будто неприветливая, холодная и вычурная громадина от этого могла показаться мне милее, а наша семья обрела хотя бы налет нормальности. Я осознавала, что продолжаю цепляться за розовые очки, которые с меня постоянно кто-то хотел сорвать, сама не зная, зачем. Родные, которые отослали на пятнадцать лет, а потом и не навестили ни разу под предлогом моей безопасности, по приезде не вышли встретить. Но ведь на своей территории, за высоченным забором, могли и показаться мне, подойти и поговорить.

Стук в дверь заставил вздрогнуть от неожиданности. Я бросила обратно в чемодан джинсы, которые достала почти последними, и вернулась в комнату. Уже собиралась открыть, но вспомнила, что это меня тут заперли, а стук просто знак вежливости.

– Мирослава Денисовна, – на пороге оказалась молодая девушка в униформе горничной. На ее шее похожий на мой ошейник, какой носят все не запечатленные. – Вас хотят видеть.

– Кто? – спросила на автомате.

Грудь болезненно сдавило, но я постаралась не выдать волнения и успокоиться, пока шла за девушкой по еще одному коридору, но уже не такому мрачному. Создалось впечатление, что дом похож на лабиринт, а все его обитатели прячутся за многочисленными дверями по нашему маршруту. Показалось, что я слышу шорох по углам и шепот.

Когда сбоку что-то скрипнуло, я резко остановилась, будто это могло стать для кого-то неожиданностью, и оглянулась. Волосы светлым облаком взметнулись вверх, и я успела заметить мелькнувшую позади тень. Хлопнула одна из дверей, скрыв за собой подглядывающего.

Мурашки пробежали по затылку, и я поспешила догнать девушку, которая и не подумала остановиться, будто подобные шорохи и поглядывания тут обычное дело.

– Кто здесь прячется?

– Никого. Тут только вы, Мирослава Денисовна, – очевидно соврала, не моргнув и глазом, девушка. – Мы уже пришли.

Она открыла двустворчатую резную дверь и уставилась перед собой.

Я собиралась поблагодарить ее, но как только переступила порог кабинета, все прочие мысли вылетели из головы, а вдох застрял где-то в горле.

В кабинете горел камин, а рядом со столом собралось четверо оборотней. Они не обратили на меня никакого внимания, стоя спиной к двери. На столе были разложены бумаги и присутствующие что-то увлеченно обсуждали до моего непосредственного появления, но из-за шума в ушах я не смогла разобрать ни слова. Дверь за моей спиной захлопнулась, ощутимо поддав сзади, и побудив окончательно войти.

– Мира пришла, – шикнула на родителей тетя, и они замолкли.

Пара оборотень и человек повернулись ко мне. От света за их спинами сложно было различить лица.

– П-привет, – я улыбнулась с заминкой и шагнула к родителям, но вместо приветствия, мама заявила:

– Мирослава, тебе пора выйти замуж.

– Прошу прощения? – я едва не грохнулась на пол, запутавшись в собственных ногах, ослабевших от волнения.

– Вы совсем сдурели, с порога ей такое заявлять? – Женя обошла стол, но я успела мотнуть головой, чтобы она не подходила.

Почувствовав, что если окажусь в объятиях, то тут же расплачусь и тогда никто не будет воспринимать меня всерьез, я отказалась от поддержки.

Я ведь собиралась приехать, увидеться с родителями и хотя бы попробовать построить с семьей отношения, которых мы были лишены в силу обстоятельств, но они, похоже, рассчитывали совсем на другое.

– Не забывай, с кем разговариваешь, Евгения.

– Тебе бы тоже не забывать, Анна. Я растила твоего ребенка, пока вы играли в политику.

– Посмотрела бы я на тебя на моем месте. Уже сбежала бы куда-нибудь в лес, сестрица.

Ядовитые нотки в голосах женщин на пару секунд показались звучащими в отдалении. Будто я уснула перед телевизором и проснулась от звуков грызни двух волчиц.

Я огляделась в поисках чего-то, куда можно было бы присесть. Все совсем не так, как я представляла, и эта разница с каждой минутой уносилась все дальше от точки, обозначенной как “норма”. Я пошарила за спиной в поисках выключателя под пристальным взглядом трех пар горящих волчьих глаз. Отец не обладал волчьим зрением, но по рассказам тети, в его роду были такие существа, о которых не принято даже упоминать вслух. Поэтому он смог совладать с силой и темпераментом моей матери.

Большая люстра на потолке загорелась так внезапно, что глазам стало больно. Только сейчас я заметила, как четвертый присутствующий, которого я не знала совсем, вернулся к своему месту за столом, и без всякого стеснения уставился на меня. Официальная форма темно-синего цвета с золотыми эполетами сидела на нем как влитая, позволяя оценить ширину плеч и узкую талию. Его одеяние дублировало форму отца, отличаясь только цветом. Мелькнула мысль, что это какой-то дальний родственник, но я не увидела внешнего сходства.

– Мирослава, неприлично так пристально смотреть на мужчину, – голос матери прозвучал так резко, что меня будто окунули головой в прорубь и я наконец-то включилась, увидев всю картину целиком.

Родители стояли передо мной, но не торопились подходить. Оба в официальных костюмах. Форма отца белая с золотом, кажется, отражала свет от ламп, тогда как мать разительно от него отличалась в длинном черном платье до самого пола с открытыми плечами. Они явно собрались не чаи на кухне гонять и оттого я казалась в этой комнате совсем лишней. Вытянув рукава свитера, я тут же напомнила себе, что эти двое не сожрут меня.

– Я его просто не узнаю, – ответила я на такое неприятное предположение, не скрыв обиды в голосе. А поняв, что радушные объятия, о которых я так долго мечтала, откладываются, решилась спросить. – Кто это?

– Эдуард, он будет твоим сопровождающим на бал.

– Понятно, – я снова бросила быстрый взгляд на парня, который при более внимательном осмотре показался почти моим ровесником, но надменно вздернутый подбородок делал его немного старше. – А замуж тоже за него?

Матушка зыркнула в сторону Жени, которая на этот раз не спешила вмешиваться.

– Очевидно, ты ей не рассказала, – Анна констатировала факт, обратившись к сестре.

– Оставила это удовольствие любящим родителям.

– Тогда у нас совсем нет времени на этот разговор. Я рассчитывала, что наша дочь будет готова исполнить свой долг, а теперь оказывается, что она вообще ничего не знает.

Мама посмотрела на часы на тонком, инкрустированном камнями браслете, и покачала головой.

– Уже не успеваем, а еще нужно подготовиться к речи.

– Мирослава, – голос отца показался и вовсе незнакомым. – Твоя тетя пренебрегла своими прямыми обязанностями, поэтому сейчас ты можешь быть в растерянности. Обсудим помолвку позже, после нашего возвращения. Отдыхай, одна никуда не ходи.