Чтение онлайн

«Все евреи сразу же лишаются права свободного передвижения. Следует стремиться к переселению их в гетто, что в Белоруссии и на Украине облегчается наличием многочисленных более или менее замкнутых еврейских поселений. Эти гетто можно отдать под надзор еврейских органов самоуправления и еврейской полиции» [462].

Такая политика создания гетто находилась в вопиющем противоречии с политикой полного истребления, но ее вполне можно согласовать с уничтожением определенных категорий евреев. Кроме евреев, которые — разумеется, с точки зрения оккупационных властей — совершили какое-либо преступление или подозревались в них, предположительно расстреливали и попавших в руки немцев евреев — коммунистических активистов.

Теперь о цифрах, приведенных в этих докладах. Во многих случаях можно доказать, что они ложные. Вот несколько примеров.

Согласно докладу о деятельности «группы А» от февраля 1942 г, к моменту вступления немецких войск в Латвию там оставались 70 000 евреев. Остальные (около 25 000) «бежали вместе с большевиками». Согласно тому же докладу к середине декабря 1941 г. «группы А» были убиты 71 184 латвийских еврея, т. е. больше, чем их было во всей Латвии в момент вступления немецких войск. Кроме того, как говорится в том же докладе, 3750 евреев жили в латвийских гетто [463].

Столь же расходятся и цифры, касающиеся Литвы, где, согласно тому же докладу, из 153 743 евреев были ликвидированы 136 421 и еще 34 500 жили в гетто. И здесь можно доказать несовпадение простым сложением. О массовом бегстве литовских евреев от немцев в докладе ничего не говорится, хотя можно исходить из того, что так же, как из Латвии, значительная часть «бежала вместе с большевиками».

Далее в этом докладе говорится:

«Поскольку полная ликвидация евреев по причине нужды в рабочей силе не проводилась, были созданы гетто, в которых в настоящее время обитают (далее указана численность обитателей отдельных гетто). Эти евреи используются, в основном, для выполнения важных для фронта задач».

Значит, в литовских гетто содержались только трудоспособные евреи. Но, согласно проведенной в конце мая 1942 г. переписи населения, в Вильнюсском гетто жили 14 545 евреев, имена которых (с указанием даты рождения, профессии и адреса) опубликованы Еврейским музеем Вильнюса [464]. В этом списке значились 3693 ребенка в возрасте до 15 лет и много старых людей, из которых самая старая — Хана Стамлерене, 1852 года рождения.

Над этими детьми литовских евреев не витал призрак смерти. Американский еврей Абрахам Фоксмен пишет в «Антологии литературы о Холокосте»:

«В первый год существования Вильнюсского гетто были основаны более 20 учебных заведений, в которых учились более 80 % детей школьного возраста, живших в гетто. В Кейлисе также были основаны школы и рабочие мастерские… В связи с эпидемией скарлатины, школы были открыты в 1942 с опозданием. В октябре они возобновили свою работу, и в них учились 1500–1800 детей. 60 учителей преподавали 42 часа в неделю, остальные 18 часов занимали работа на кухне, посещение учеников и родителей на дому, починка книг и тетрадей, а также проведение различных собраний» [465].

Студент: Оба только что упомянутые вами документа: издание Еврейского музея в Вильнюсе и книга А. Фоксмена — исходят от евреев. Странно, что люди этой национальности, которые должны быть заинтересованы в поддержании официальной версии Холокоста, публикуют информацию, радикально противоречащую ей.

Ф. Брукнер: Эта мысль тоже приходила мне в голову. Иногда создается впечатление, будто евреи просто потешаются над туповатыми «гоями» (людьми нееврейского происхождения на иврите), с одной стороны, всеми силами заставляя их принять ортодоксальную версию Холокоста, а с другой, публикуя документы, которые ее развенчивают.

В связи с темой о литовских и латвийских евреях я хотел бы указать еще на то, что летом 1944 года множество эшелонов перебрасывали евреев из гетто Каунаса и Риги в концлагерь Штутхоф, находящийся к востоку от Данцига. От списков депортированных сохранились лишь отрывки. Большая часть перечисленных людей позже попала в Освенцим. Эшелон от 26 июля 1944 г. привез 1983 заключенных. В большинстве своем это были литовские евреи, среди которых 850 детей в возрасте до 15 лет [466].

Студентка: То, что эти еврейские дети, самым старшим из которых в феврале 1942 г. было по 13 лет, летом 1944 г. еще были живы — сильный аргумент против утверждения, будто немцы убивали всех нетрудоспособных прибалтийских евреев. Однако названные вами цифры крайне низкие. Где оставались другие дети литовских евреев?

Ф. Брукнер: Да, цифры действительно низкие, но имеющиеся в нашем распоряжении документы отрывочны.

То, что к указанным в докладах цифрам следует относиться с крайним недоверием, доказывает также случай в Симферополе. В 1949 г. генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн предстал перед английским военным трибуналом. Его, как командующего 11-й армией, обвиняли в соучастии в массовых убийствах, совершенных «группой Д» в Крыму. Э. Манштейна сначала приговорили к 18 годам тюрьмы, потом сократили срок до 12 лет, а в 1953 году просто освободили. Его блестящий английский адвокат Реджинальд Пейджет написал книгу о Э. Манштейне, в которой, в частности, рассказал, с помощью каких аргументов он защищал фельдмаршала на процессе. Я процитирую полностью один отрывок из этой книги ввиду его крайней важности.

«Мне показалось, что названные СД цифры убитых евреев совершенно невероятны. Несколько рот примерно по 100 человек, имея 8 грузовиков, должны были за два-три дня уничтожить 10–12 тысяч евреев. Поскольку евреи верили, что их переселяют, и везли с собой свое добро, сотрудники СД не могли посадить в один грузовик более 20–30 человек. Каждому грузовику требовалось на погрузку, 10 км пути, разгрузку и обратный рейс около двух часов. Зимний день в России короток, а ночью грузовики не ездили. Чтобы убить 10 000 евреев, требовалось минимум три недели.

В одном случае мы можем проверить цифры. СД утверждала, будто в ноябре 1941 г. уничтожила в Симферополе 10 000 евреев и в декабре объявила город очищенным от евреев. Мы можем доказать от противного, что евреев должны были расстрелять в Симферополе в один день, а именно: 16 ноября. Тогда в Симферополе находилась лишь одна рота С Д. Место казни было удалено от города на 15 км. Число жертв не могло быть больше трехсот, и, по всей вероятности, среди них были не только евреи, но и разнородные элементы, попавшие под подозрение в принадлежности к движению Сопротивления. Симферопольское дело за время процесса стало известно широким кругам общественности. Единственным живым свидетелем обвинения был австрийский ефрейтор по фамилии Гаффаль. Он утверждал, будто слышал упоминание о еврейской акции во время мессы в саперном отряде, в котором он служил, и что он был на месте казни под Симферополем. После его показаний мы получили множество писем и смогли представить многих свидетелей, которые жили на квартирах еврейских семей и рассказали о богослужениях в синагоге и о еврейском толкучем рынке, где они покупали иконы и разное барахло и до ухода армии Манштейна из Крыма и после. Не было сомнений, что еврейская община в Симферополе продолжала открыто существовать, и, хотя наши противники ссылались на слухи о зверствах СД в Симферополе, дело выглядело так, что никакая особая опасность еврейской общине не угрожала» [467].

Студент: Г-н д-р Брукнер, трупы не могут исчезнуть бесследно. Если, как утверждают, на Восточном фронте были массовые убийства евреев, то должны были остаться следы этого.

Ф. Брукнер: Так думали и жители литовского города Мариямполь, которые летом 1996 г. решили установить памятник якобы убитым там немцами соотечественникам. По словам доклада «группы 3» от 1 декабря 1941 г, за три месяца до этого, 1 сентября, в этом городе были расстреляны следующие лица: