Нам можно
Шрифт:
— Плохая манипуляция! Я сделал правильный шаг, я маме во всём признался, она знает, — хмыкнул наглый парень, продолжая чуть заметно отступать.
— Ева… — было обратился к сестре Игорь, но Макс его перебил.
— Ева, выбирай немедленно, ты с ними или со мной.
— Не пропади, Ева, — тут же высказался Игорь, потому что по лицу сестры понял, что послан далеко и надолго.
Игорь начал наступать, но Макс с Евой побежали от него. Да быстро как!
— Глупые! Вы куда?! — растерялся мужчина, глядя как они ноги от него делают. — Макс! Остановись!
Игорь уже понял, что Ева полностью во власти этого… Сложно описать кто этот Максим. Стихия. Но не бушующая, которую можно увидеть, а скрытая какая-то… Чума!
Парочка свернула во дворы домов и пропала. Бегать за ними он не собирался. Игорь вернулся к машине. Дунув на замёрзшие руки, он взял телефон и набрал человека, которого тайно ненавидел. Он с этой ненавистью боролся, и надеялся однажды отпустить. Но когда это произойдёт, Игорь не знал.
Звали это чудовище Александр Григорьевич Самоделов, и приходился бизнесмен, олигарх и вообще беспринципный, жестокий тип, Максиму дядькой. Родным. Так что это у них в родне проскакивало — злые гении.
Имел Игорь в своё время бизнес, который вот этот Александр поглотил. Работать на чужого человека, Игорь не хотел, и хотя с дельцом породнился, держался от него подальше.
— Какие люди, — мелодично и спокойно ответил в трубку Самоделов. — Чем обязан, Игорь Владимирович? Как там Дашуля поживает?
— Привет, Шура. О племяннике спросить не хочешь? — так же спокойно и уравновешенно ответил Игорь.
— Понравился мне мой племянник, — усмехнулся Александр Григорьевич.
— Не сомневался, — Игорь отключил аварийную сигнализацию и медленно поехал по улочке, зорко вглядываясь в проулки между домами. — Сестру мою младшую украл и куда-то тащит.
— Яко зверь, — усмехнулся собеседник.
— К тебе подастся, вместе с несовершеннолетней Евой. Доверяю, вразуми, меня не слушает. И сумку твоего племянничка я тебе закину сейчас. За сумкой, Шура, сам спустишься.
— Настолько всё серьёзно? — заинтересовался Александр.
— Тебе понравится. Есть чем гордиться.
— Жду.
И связь была разорвана.
Игорь откинул телефон. Он улыбнулся, а потом и рассмеялся, наблюдая за картиной, словно зритель в театре. В одном из уютных двориков стояла влюблённая парочка, погруженная в свой собственный мир. Снег их укутывал и танцевал вокруг них. Ева слегка приподнялась на цыпочки, чтобы быть ближе к своему возлюбленному. И Максимка нежно обхватил её за талию, притянув к себе.
Картина полная любви и страсти.
И целовались, мелкие!
Игорь испытывал смесь радости и восхищения. Эта сцена напомнила ему о том, как прекрасна и сильна настоящая любовь. В этом мгновении Ева и Максим — центр вселенной, два сердца, бьющихся в унисон под мягкими хлопьями снега.
— Красиво, — усмехнулся Игорь, тихо рассуждая сам с собой. — Ну, если вы такие ранние, может и стоит вам разрешить всё.
Вдохновившись такой невероятной картиной юной любви, он взял телефон и матери Максима написал:
— «Люблю тебя».
— «Приезжай быстрее, в нос поцелую».
Игорь рассмеялся, продолжил переписку с любимой женщиной, переходя в горячие страстные слова.
Путь к свободе
Сидели в комнате охраны на предприятии. Дальше пропускного пункта их не пустили, но и не выгнали. Потому что хитрый Макс представился племянником Самоделова Александра Григорьевича. Это был единственный родственник, который парню приглянулся, как перспектива, как будущее. Да и сам Александр Григорьевич был не против общения, и даже дал понять это.
Тихо. На стене над столом висел монитор, показывающий изображения с камер видеонаблюдения, установленных по всему периметру предприятия. Вдоль одной стены тянулась длинная полка с различными предметами: фонариками, рациями и средствами индивидуальной защиты. Рядом со столом стояли два стула с высокими спинками, обтянутые черной кожей. На одном сидел Максим, на другом Ева. Охранники им место уступили, и вообще одних оставили.
Ева смущенно краснела, не хотела показывать экран своего телефона, массово удаляла все чаты, все переписки.
— Это мне личную жизнь заменяло, — шептала она.
— Живые друзья будут, и они будут общими.
Макс видел, что ей жизнь придётся менять ради него, чувствовал свою ответственность за девчонку, за себя, за всю эту ситуацию. И ему не было страшно, он готов. Возможно потому, что взрослый. Таким себя считал. Не так глуп и наивен, как многие его сверстники, поскольку оценивал свой уровень относительно других людей и ставил планки себе.
— А дядя Саша нам точно поможет? — спросила Ева, подняв на Макса нереальной красоты глаза, в которых он тонул, в которых он погибал.
— Конечно, — на грани слышимости ответил парень, влюблённо глядя на прекрасную девушку.
Влюблённость сделала дураком и мешала думать. Но если честно, он ни за что бы не отдал эти минуты, которые просиживал с ней в этом помещении. А Ева так старательно удаляла чаты, а потом махнула на всё рукой и удалила полностью страницу в соцсетях.
Макс, восхищённый её поступком, рассмеялся.
— Не переживай. Так будет правильно.
И потянул Еву к себе, чтобы посочувствовать. Ей было жаль расставаться с такой интересной виртуальной жизнью, она сделала это ради него, и вроде он ценил.
— Зачем ты расстроилась? Я тебе всех парней заменю, — шептал он ей в ушко, поглаживая по волосам и тиская-тиская и нежась в её тепле.
Ева не заплакала, и не стала долго переживать.
Чувствовалась взаимность, и хотели они поцеловаться, но в кабинет вошёл тот самый охранник, которому они доложили, что родственники Александра Григорьевича Самоделова.
Лицо серьезное, без лишних эмоций; взгляд внимательный и проницательный, словно сканировал подростков насквозь, в поисках малейшей угрозы. Глаза слегка прищурены, что придавало ему вид человека, готового к любым неожиданностям. Понравился Максиму, такой классический охранник. И не надо иметь образование психолога, чтобы увидеть, что человек на своём месте.
На поясе закреплена кобура и рация. И хотя в рубашке и костюме, выделялся из всех клерков.
— Пойдёмте за мной, — тихо сказал он.
Охранник не суетился. В его присутствии ощущалось спокойствие и надежность, поэтому Ева и Максим, взявшись за руки, молча, последовали за таким солидным взрослым мужчиной.
Это очень крупная фирма, акционерное общество, и здание занимала в четыре этажа. Офис красивый, два лифта.
Поднялись на четвёртый этаж. Часть коридора была отделена плёнкой, там шёл ремонт. Они по новенькому офису прошли в приёмную. Было тихо, ведь рабочий день уже подходил к концу. Пока Ева с Максом гуляли, в кафе посидели, добрались до дядьки уже к вечеру.