Чтение онлайн

Метеорит не падает, свет не гаснет, полюса Земли остаются на своих местах, когда мои губы накрывают губы Ника. Только сердце пропускает пару ударов, а потом начинается биться с еще большей силой. Только вдруг я забываю, как дышать. Только дрожь пробегает по всему телу, только стая бабочек в животе превращается в горячий ком, наполнивший всю меня изнутри свинцовой тяжестью. В голове тишина, такая пустая и страшная. Впервые в жизни, мои мысли не отвлекают от ощущений: теплоты его губ, мятный вкус, влажность его волос, в которых я спрятала свои пальцы. Все это я впитываю, запоминаю, высекаю в памяти большими буквами.

Ник кладет мне руку на талию и подтягивает меня к себе на колени. Плед падает с нас обоих, холодный ветер обжигает. Его рука поднимается от талии к шее, он прижимает меня к себе, углубляя поцелуй. Я позволяю ему взять инициативу в свои руки, позволяю ему себя целовать. Позволяю себе обнимать его за плечи, позволяю раствориться, пропасть в этом поцелуе.

И когда горячая ладонь Ника касается узенькой полоски моей обнаженной спины между топом юбкой, меня словно бросает в холодную воду после горячей ванны. До меня начинает доходить, что именно я позволила себе сделать. Я позволила себе первой поцеловать парня, будучи даже неуверенной, что он этого хотел. А вдруг, он действительно не хотел этого? Господи, поцелуй из жалости — только этого мне не хватало!

Резко отстраняюсь и спрыгиваю с колен Ника. Задеваю ногой кружку с чаем, она отлетает к ножке качели и с грохотом бьется об нее. Тяжело дышу и смотрю на Никиту, во взгляде которого вся потерянность и непонимание. Он встает, собирается что-то сказать, но я поднимаю руку — призыв не делать этого. Медленно качаю головой.

«Ничего не говори, пожалуйста. Не сейчас.» — посылаю ему мысленную мольбу. Он читает ее в моих глазах, понимает. Опускает руки и делает шаг назад. Но в его взгляде я тоже читаю одну просьбу: «Не уходи. Поговори со мной.»

Еще раз качаю головой.

«Не могу».

Разворачиваюсь и быстрым шагом пересекаю двор. В доме перехожу на бег. Залетев в свою комнату, запираю дверь и сползаю по ней же на пол. Прячу лицо в ладонях — оно горит. Иду в ванную, залезаю в душ прямо в одежде и открываю холодный кран, подставив лицо под ледяные капли. Не понимаю, как мое тело не парует — по градусу оно близко к температуре солнца или ядра Земли. Трогаю свои губы. Я правда сделала это? Прислоняюсь лбом к стенке, прикрываю глаза.

Что я наделала?

Всю прошлую ночь я долго не могла уснуть. Мне одолевали мысли, сомнения и страхи. Я чувствовала, как опьянение медленно покидает мое тело, как трезвость сознания давит на меня, как подошва давит на неповинного жука в траве, пока не сотрёт его с лица земли окончательно. Миллион раз я задала себе вопрос: «Зачем я это сделала?». В миллион первый раз ответ пришел сам — хотела.

Этот поцелуй не был просто пьяным импульсом, это было мое истинное желание, с которым я не справилась. Ведь, так естественно хотеть целовать парня, который нравится, так естественно хотеть его касаться и быть рядом. Я, может, впервые в жизни поступила так, как того требовало сердце. Без фильтрования и вторых смыслов.

Пусть это будет иметь последствия. Пусть я могу оказаться в абсолютно жалкой ситуации, когда мне придется выслушать хладнокровную речь о том, что мои чувства это мило, но не взаимно. Когда я целовала, я не обдумывала риски, но холодным разумом я приняла их. Если бы был вариант вернуться в прошлое и избежать того поцелуя, я все равно бы не стала этого делать.

К утру сомнения развеиваются. Остается только страх, но совсем незначительный. Я решаюсь поговорить с Ником на чистоту. Сказать все, как есть. Я не трусиха, я не слабачка и в случае отказа смогу его пережить. Не легко, не сразу, но смогу. Я измену, предательства и унижения смогла пережить в недалеком прошлом, а тут всего один отказ. Ерунда!

До работы я сделать этого не успеваю, но решаю, что это даже к лучшему — есть вариант обдумать свою речь, различные варианты своей реакции на его ответ: от «Ох, я так рада, что мы теперь вместе, иди поцелую» до «Ну, ничего страшного. Знаешь, не так уж ты мне и нравился». Когда мне кажется, что я готова к любому исходу, страх покидает меня полностью. Со спокойным сердцем иду домой, проговаривая про себя заготовленную речь: «Я хочу сказать, что вчерашний поцелуй — не желание алкоголя, а мое. Ты нравишься мне. По-настоящему, как Роза нравилась Джеку. Я готова отдать тебе последнюю дверь в Атлантическом океане, если подвернется случай, а пока отдаю свое сердце. Может, мы повторим наш поцелуй на трезвую?»

Нет, конечно, в моей речи будет меньше пафоса. Иначе Ник может подумать, что я опять напилась. Я просто скажу ему, что он нравится мне. Такие простые слова, такую феерическую роль должны сыграть. Надеюсь, они будут играть за мою команду, и мы одержим победу над сердцем Ника.

До вечера мне приходится ждать — Ника дома не оказывается. Пока жду, возвращаются страх и сомнения. Подумываю, не выпить ли мне рюмочку из вчерашних остатков? Отгоняю эту мысль. Проявиться свои чувства под алкоголем дважды — уже не случайность, а закономерность. Если Ник ответит мне взаимностью, мне каждый день что ли напиваться придется? Так и спиться не трудно.

Хлопает входная дверь. С глухо бьющимся сердцем несусь на первый этаж. Едва не сталкиваюсь носом к носу с Максом, который ошарашено осматривает меня с ног до головы. Происходит короткий бессмысленный диалог, который я даже не запоминаю, Макс уходит к себе. Я присаживаюсь на ступеньку, упираю локти в колени, а лицо в ладошки. Жду.

Меня уже почти покоряет сон, как щелкает входная дверь. Подскакиваю, успокоившийся пульс набирает обороты.

Просто подойди и скажи. Не дай ему ничего произнести. Не дай сомнениям заставить тебя передумать. Всего несколько слов! Черт, ты сможешь!

Входит Ник. Я слетаю по лестнице, словно у нас пожар, и подхожу к нему. Он чрезвычайно красив, как всегда. Только волосы в легком беспорядке. Наверное, на улице ветер или же он ехал с открытыми окнами. Не улыбается мне. Смотрит немного настороженно, насупив брови. Ждет от меня какого-нибудь намека на то, что сейчас будет происходить.

— Привет. — Здоровается, будто пробует обезвредить бомбу — аккуратно, растягивая буквы.

— Привет, я хотела поговорить с тобой. — Выпаливаю на выдохе. Только так — не иначе.

— Знаешь, — оборачивается и смотрит на дверь, потом снова на меня, — думаю, сейчас не лучшее время.

— Нет-нет! — Возражаю. — Давай мы сделаем это сейчас. Боюсь, больше у меня не будет столько смелости.

— Ань…

— Стой! — Поднимаю руку, делаю глубокий вдох. Не дать ему перехватить инициативу. Не дать посеять в душе еще больше сомнений, нежели уже у меня имеются. — Сначала я все скажу, а потом уже ты. Окей? — Вопрос был риторический, поэтому после еще одного вдоха я начинаю: — Разговор будет о вчерашнем вечере, как ты мог догадаться. Я просто обязана тебе сказать, что….