Чтение онлайн

«Проклятый гордец и его зашкаливающее самомнение! Точно уверен, что я накинулась на него как течная кошка, изголодавшись за год по мужскому вниманию».

Чувствовать, как мои губы встречаются с его, оказалось… странным. Сейчас я словно смотрела фильм, видя нас со стороны и брезгливо морщась. Мои глаза и не думали закрыться, Леакрэ так же, позволяя моему рту сминать свой, пристально всматривался в выражение моего лица. А что он мог там увидеть? Достойную старших жриц Алади отрешенную маску и пустой взгляд? Мы действовали как две запрограммированные на конкретный механизм машины.

Ничего чувственного или порывистого. Выверенные и в чем-то меланхоличные движения и спокойное обоюдное наблюдение за результатом! Если бы сейчас не мое тело настойчиво тянуло неймарца за ремень форменных брюк, одновременно пихая его на кровать, я бы зловредно усмехнулась, уверившись в злостной природе не способного на любовь и страсть конфедерата.

— Арианна, кивните, если вы меня понимаете?

Под его немигающим взором мое тело оседлало мужской торс, прогнувшись так сильно, что вершинки груди коснулись сосков Леакрэ.

«Позор! Какое же гадство!»

Вопрос прозвучал едва слышно и совершенно неожиданно. А почему я сама не пытаюсь воззвать к его хваленому неймарскому рассудку, указав на собственное нелепейшее поведение? Ответ нашелся мгновенно: дар речи пропал. Тело, подчиненное чужой власти, лишилось всяких речевых навыков. Ни единого звука не исторгло мое горло, как я не силилась проорать в ответ: да.

И кивнуть не смогла. Ведь это никак не могло повлиять на возможность добиться от мужчины полной разрядки. Наполнить себя им…

«Ааа… Как вырваться из тюрьмы, которой стало собственное тело?!»

Губы вновь потянулись к клыкастому неймарскому рту. При том что прежде Леакрэ старался даже не улыбаться в моем присутствии, явно осознавая, как меня шокирует его прикус!

Со стороны наша незапланированная близость, наверняка, смотрелась отталкивающе. Два тела, между которыми нет и намека на чувства, и неутомимая возня в безмолвном и хладнокровном противостоянии. Я словно кукла действовала механически, в буквальном смысле делая все, чтобы получить шанс зачать. С совершенно пустым взглядом, вновь и вновь безлико целовала его, однообразно гладила его грудь и плечи и упорно тянулась к ремню брюк, распознавая их как основное препятствие на пути к поставленной цели.

Леакрэ с аналогичным молчаливым упрямством не сводил с моего лица пронзительного изучающего взгляда, с готовностью подставлял губы и позволял моим рукам шарить по своей груди, но… неизменно сдерживал бесконечные попытки оставить его без штанов. Мягко, но неумолимо отводил мои ладони, едва они замирали на пряжке ремня. И взгляд его при этом делался таким сосредоточенным, что я почти представляла, как крутятся неизменные шестеренки в его голове, мысленно «препарирующие» мое сознание. И что же он там видел?..

Впрочем, мне тоже будет о чем поразмышлять потом, если эта бесконечная операция «соблазнение», больше похожая на заведомо обреченный бег в колесе, когда-нибудь прекратится. То, что ощущали мои руки под непреодолимой преградой одежды, однозначно намекало: этот образец мужского хладнокровия преисполнен желания, и совсем не безразличен к моему обнаженному телу.

Вау! Этот факт — единственное что хоть немного примерило меня с ужасающим стыдом, что заполнил душу.

Ни единого слова, ни жеста протеста — так тихо и отрешенно между нами шла убийственная борьба, настоящее сражение, где ни одна из сторон не могла отступить. Продолжалось ли это часы? Я лишь надеялась, что смогу пережить эту «особенную» ночь! И что неймарец… тоже сдержится.

Вдруг я упала. Просто рухнула без сил поверх мужского тела.

Душа измучилась морально, устав биться о незримую стену тюрьмы, но и тело не выдержало такого сверхъестественного напряжения — марафон подневольного соблазнения в моей жизни случился впервые. Судороги и болезненная дрожь — единственное свидетельство того, что чуждая воля все так же понукала его действовать.

«Наполни себя»

Задача продолжала довлеть, но тело физически не способно было ее выполнить. Истощая свои силы бесконечными попытками, я достигла предела возможностей своего организма: от слабости ни рука, ни нога не шевелились.

Некоторое время Леакрэ настороженно не двигался, возможно, решив, что это новая вариация предыдущего действа. Но мое натужное дыхание и полузакатившиеся зрачки убедили его в реальности моей вынужденной капитуляции. Или моего тела.

Медленно выдохнув, он вдруг обвил нас своими крыльями — знакомая по прошлому ситуация. Впрочем, тогда я не была обнаженной и распластанной по его груди.

Под прикрытием алого кокона, Леакрэ осторожно обнял меня руками, вдруг погладив по волосам.

— Надеюсь, на утро ты все это забудешь… — тихо-тихо шепнул он, сам не подозревая, что сейчас впервые с момента нашей первой встречи в моем мысленном табеле заработал очко в свою пользу. — Попробуй уснуть?

Увы, так необходимый мне отдых оказался невозможен. Чуждая воля, управляющая мной изнутри, точно не брала в расчет слабость моего тела. Руки и ноги снова и снова скручивало невыносимой болью судорог — это тело не способно было воплотить неизменное требование Алади.

Мой ненавистный гость в такие моменты успокаивающе гладил место, где ощущалась очередная «натянувшаяся» до твердокаменного состояния мышца.

Мысленно я злилась на неймарца: почему он не уйдет, если смог разобраться в происходящем? Зачем мучает меня, заставляя вновь пытаться воплотить тайное требование? Но Леакрэ продержал меня в кольце своих крыльев до момента, пока синеватая энергия Алади не начала проступать сквозь кожу, возвращаясь на поверхность.

И первое что сделала сила — ужалила болью меня, вынудив мужчину отстраниться. Когда прозвучал сигнал к пробуждению, Леакрэ в привычной невозмутимой манере уже при полном параде стоял возле входной двери. У меня не было сил даже проводить его взглядом. Даже стыд сник под тяжестью пережитого напряжения.

Вместе с проступившим наружу голубым огнем ко мне вернулся и контроль над телом. Телом, что ощущалось сплошной пульсирующей болью гематомой. Неожиданно на груди я ощутила странный ветерок, с трудом приоткрыв глаза обнаружила склонившегося ко мне неймарца. Он вернулся?..

Его алые глаза напротив моих уже, несомненно, светящихся голубым. И его ладонь ровно на том расстоянии от его же подарка, чтобы не спровоцировать болезненный ожог. Рука мужчины замерла над неймарским кулоном, подаренным им после моего обращения к силе богини. И взгляд конфедерата испугал цепкой сосредоточенностью, словно мысленно он проигрывал ход решающего сражения. Что задумал Леакрэ?..

Но вместо ответа сознание словно отключилось — я уснула мгновенно и крепко. Последнее ощущение — на меня, старательно избегая прикосновений, натянули одежду.