Наперекор судьбе
Шрифт:
— Я помогу вам.
И тут Шери неожиданно поняла, что практически лежит на коленях Джонатана. У нее пересохло в горле, внутри что-то ёкнуло. В панике она лихорадочно пыталась застегнуть ремень, но удалось ей это не сразу.
Дрожащими руками Шери закрепила свой ремень безопасности и подала машину назад.
— Да, — повторила она, — закусочная «У старины Бена» по-прежнему стоит на том же месте, что и десять лет назад.
— Простите, что вы сказали? — спросил Джонатан. — Ну, про десять лет?
— А… это я так, к слову, — нашлась Шери, надеялась, что он не заметит, как предательски прерывисто звучит ее голос.
Через полчаса они уже отъезжали от закусочной. Рядом с Шери на пустом пассажирском сиденье лежал коричневый бумажный пакет с гамбургерами, жареной картошкой, колечками лука и со стаканами с прохладительными напитками.
От аппетитного запаха пищи у нее текли слюнки.
— Ну, так куда дальше? — спросила она, обернувшись назад, к Джонатану.
— На территории поместья есть небольшое озеро. В молодости мы всегда устраивали там пикники и купались. Как только проедем поворот под вывеской «поместье "Земляная орхидея"», начнется грунтовая дорога. Вы не сможете не заметить ее.
— Так вы имеете в виду Голубое озеро, — догадалась Шери, и сердце ее бешено забилось.
— Ну да. Но откуда вы знаете?
— Я… — Шери запнулась, но снова быстро придумала правдоподобное объяснение. — В холле висит рельефная карта поместья. Я как раз сегодня утром рассматривала ее и заметила озеро.
— Ты в нем купался, папа?
— Да, все время. По крайней мере, до того лета…
Он внезапно замолчал. И Шери почувствовала, что ее пульс вновь учащенно забился.
— Какого лета, папа?
Шери затаила дыхание. Она знала, о чем думает Джонатан. Знала, что он чуть было не сказал: до того лета, когда Эйприл едва не утонула.
— О… до того лета, когда я уехал в Аделаиду, — сказал он. — С тех пор я ни разу не был на озере.
— Мы уже приехали? — спросила Мэри Клер спустя минут двадцать, когда Шери миновала вывеску, на которой был изображен изысканный желтый цветок, давший название поместью.
— Почти, — ответила Шери и свернула на грунтовую дорогу, ведущую к озеру.
Она не была здесь с той злополучной ночи. Но за последние десять лет часто думала о том, что тогда произошло, и особенно о том, как несправедливо и жестоко обошелся с ней Джонатан.
До той ночи ей казалось, что она нравится Джонатану, что он в какой-то степени даже увлечен ею. Но он неожиданно дал ей понять, насколько глубоко она заблуждалась на сей счет…
Она и Эйприл поехали в город, а в поместье возвращались на машине Элберта Манли вместе с его другом Кристофером Певерилом. Оба были учениками старших классов школы, в которой девушки учились.
Когда Эйприл предложила остановиться у озера, парни с готовностью согласились. Элберт тут же достал из багажника упаковку пива. Шери пить отказалась, но подруга с удовольствием опустошила одну банку и принялась за вторую. Она хихикала и вовсю заигрывала с парнями.
Шери пыталась остановить Эйприл. Она знала, как опасен алкоголь для тех, кто не привык к спиртному. Но подруге нравилось быть в центре внимания, и она ничего не желала слушать.
Парни не хотели отставать от девушки и тоже выпили по две банки. Эйприл намекнула, что неплохо было бы достать еще. Элберт и его друг, стремясь продолжить веселье, прыгнули в машину и отправились за выпивкой.
Радуясь тому, что они остались одни, Шери стала уговаривать Эйприл дойти до поместья пешком. Но та не пожелала возвращаться домой и вдруг заявила, что хочет искупаться. Сбросив туфли и оттолкнув пытавшуюся удержать ее Шери, она побежала к воде.
Шери стояла на берегу, с беспокойством наблюдая, как Эйприл плещется в озере. Когда же она поплыла на глубину, стала кричать, чтобы подруга повернула назад. Но та и не думала ее слушать. И скоро, судя по всему, выбилась из сил.
Когда голова неосторожной купальщицы исчезла под водой, Шери поняла, что что-то неладно, и бросилась на помощь. Она уже вытаскивала Эйприл на берег, когда появился Джонатан. Он бросился к сестре и стал делать ей искусственное дыхание.
Когда же он убедился, что жизнь Эйприл вне опасность, то огляделся и, увидев пустые жестянки из-под пива, набросился на Шери с упреками, полагая, что это она напоила его сестру. Не желая слушать никаких объяснений, он взвалил всю вину за происшествие на Шери и даже бросил в сердцах, что иного и не ожидал от дочери дебошира и алкоголика. Он заявил еще, что Эйприл не нужна такая подруга и что Шери следует отныне держаться подальше от его сестры…
— О, как здесь чудесно! — воскликнула Мэри Клер, отвлекая Шери от грустных воспоминаний. — Мы останемся здесь?
— Я только поищу место в тени, — сообщила Шери, останавливая машину под старым раскидистым деревом.
— Если вы посмотрите в багажнике, то наверняка найдете какую-нибудь подстилку, — сказал Джонатан, нащупывая ручку дверцы. — И побыстрее. Запах гамбургеров сводит меня с ума, — добавил он шутливо.
Шери заглушила двигатель и вышла из машины. Знакомый пейзаж поразил ее в самое сердце. Казалось, ничего не изменилось с тех пор, как она была здесь в последний раз.
— Мэри Клер, поищи-ка сухое место, — предложил дочери Джонатан.
— Вон там нам будет хорошо, — откликнулась девочка, показывая на лужайку почти у самого берега.
— Ты не отведешь меня туда? Я не хочу упасть или оказаться в воде, — попросил ее отец.
— Да, папа.
Шери улыбнулась, увидев, с какой трогательной заботой опекает отца маленькая девочка, и открыла багажник. Джонатан был прав: внутри она нашла сложенный вчетверо плед. Вытащив его, она закрыла багажник и поспешила к Джонатану и Мэри Клер. Расстелив плед на траве, она предложила всем устраиваться поудобнее.
— Теперь ты можешь сесть, папа, — заботливо произнесла Мэри Клер, гордая своей ролью помощницы.
— Ммм… это вкусно, — пробормотал Джонатан с полным ртом через несколько минут. — Надеюсь, соус не попал мне на подбородок и не испачкал рубашку, — сказал он с виноватой улыбкой.
Мэри Клер хихикнула.
— У тебя и в самом деле соус на подбородке, папа. Давай я вытру.
— Ну конечно.
Ему было приятно слышать веселый смех дочери. И от этого настроение его заметно улучшилось.