Чтение онлайн

— За что? — спросила она спокойно, на самом деле прекрасно зная, о чем идет речь.

— За свое поведение прошлой ночью. Я потерял над собой контроль. Простите.

Он извиняется — значит, сожалеет, что поцеловал ее! Эта мысль болью отозвалась в ее сердце, но Шери тут же взяла себя в руки.

— Это был всего лишь поцелуй, — сказала она нарочито равнодушно и добавила, чувствуя себя совершенно потерянной: — Извинения приняты.

Джонатан споткнулся, и тело его подалось вперед. Шери отреагировала мгновенно, тут же подхватив его… И во второй раз оказалась в его крепких объятиях.

Ей стало жарко, и она почувствовала, как желание вновь пробуждается в ней. Его губы были всего в нескольких дюймах от нее. Она еле сдерживалась, чтобы не впиться в них своими устами.

Шери попыталась отступить назад, но Джонатан не хотел отпускать ее. Напряжение достигло предела.

— Спасибо. Я такой неуклюжий.

Она продолжала ощущать его горячее дыхание, тело ее трепетало, кружилась голова.

— Не за что, — ответила Шери, надеясь, что он не заметил легкой дрожи в ее голосе.

Когда они подошли к ограде, Шери увидела двор и хозяйственные постройки, число которых возросло с тех пор, как она была здесь в последний раз.

Кейн открыл ворота.

— Мы перевели Недотрогу в новую конюшню перед тем, как я улетел в Англию. Здесь мы содержим лошадей, которых используем для верховой езды. Тут спокойнее, — объяснил он, когда Шери и Джонатан прошли внутрь.

Конюшня была светлая и просторная, с десятью стойлами, по пять на каждой стороне.

— Недотрога в крайнем стойле слева, — сказал Кейн, когда они чуть прошли вперед.

Несколько лошадей высунули головы над дверцами и с любопытством косились на вошедших.

— Подождите минутку. Я сначала посмотрю, как себя чувствуют мать и жеребенок.

Вдыхая знакомый запах конюшни, Шери улыбнулась, ибо в ней пробудились воспоминания о счастливых минутах прошлого.

Лошадь, стоящая в ближайшем к ней стойле, фыркнула и тряхнула головой.

Мэри Клер бросилась к отцу, схватив его за руку.

— Папа, я боюсь.

— Здесь нечего бояться, — заверил ее Джонатан. — Давай я возьму тебя на руки.

— Да, папа, пожалуйста.

Джонатан освободился от руки Шери, наклонился, поднял дочь и прижал к груди.

— А теперь скажи мне, что ты увидела страшного.

— Б-большую лошадь. Она смотрит на меня.

— Она что, показывает тебе зубы или пытается укусить тебя?

Мэри Клер нервно засмеялась.

— Нет. Лошадь кивает головой и смешно фырчит, — сказала девочка.

— Она просто нюхает воздух, пытаясь уловить твой запах. Лошади любопытны, вот и все. Не так часто сюда заходят такие хорошенькие девочки, как ты, — сказал отец, улыбаясь. — Какого она цвета?

— Коричневая с маленьким белым пятном на носу, — ответила Мэри Клер уже более уверенно.

— Их клички написаны на двери стойла. Шери, как зовут эту лошадь?

— Матильда…

Она смотрела на табличку и не верила своим глазам. Так звали лошадь, на которой она училась ездить верхом. Это была кобыла, которая, как уверял Джонатан, имела на редкость спокойный нрав. И это действительно оказалось так.

— Матильда. Да это наша старая знакомая! — воскликнул Джонатан с нежностью в голосе. — Матильда — любимая лошадь твоей бабушки, Мэри Клер. Она очень добрая и спокойная. Эй, Тильди, как поживаешь?

Лошадь тихо фыркнула в ответ на его голос.

— Она говорит нам «привет», — пояснил Джонатан.

— Все в порядке. Пойдемте посмотрим наше новое пополнение, — сказал Кейн, подходя к ним.

Джонатан опустил дочь на пол. С резвостью, которая удивила Шери, Мэри Клер подбежала к своему дяде. Вместе они подошли к стойлу, где находился жеребенок.

— Ведите себя спокойно. Не напугайте его, — предупредил Кейн. — Принцесса моя, ты его лучше рассмотришь, если я приподниму тебя.

Кейн наклонился и взял девочку на руки. Как только Мэри Клер увидела жеребенка, стоящего возле кобылы, она широко раскрыла глаза от удивления.

— Посмотрите! Он такой милый! — закричала Мэри Клер, когда Кейн поставил ее обратно на пол. — Папа, посмотри! — обратилась она к отцу с сияющим лицом, какого Шери до сих пор не приходилось видеть.

— Если бы я мог, — вздохнул Джонатан, но в голосе его не было ни горечи, ни раздражения.

Зато Шери заметила в его глазах застывшие слезы, и сердце ее дрогнуло.

В последние несколько дней Джонатан прилагал огромные усилия, чтобы думать не о себе и своей болезни, а о дочери и об отношениях с ней. И эта линия поведения явно начинала приносить плоды.

Мэри Клер была нежная, любящая и внимательная девочка, готовая прийти на помощь, и любовь отца, которую он демонстрировал постоянно, неузнаваемо изменила их отношения.

— Он просто прелесть, — охотно подтвердила Шери, придя в искреннее восхищение от рыжего жеребенка с «белыми носочками» на тонких передних ногах.

— Я смотрю, вся семья пришла полюбоваться на отпрыска Недотроги! — раздался голос позади них.

— Мартин, я и не знал, что ты все еще здесь.

Кейн повернулся, чтобы поприветствовать подошедшего мужчину.

— Да вот решил взглянуть на малыша еще раз, прежде чем уйти.

— Ты помнишь моего брата Джонатана? — спросил Кейн. — Эта маленькая леди его дочь Мэри Клер. Другая милая леди — Шери Корделл. А это Мартин Гудмен, наш местный ветеринар.

— Шери Корделл, — произнес Мартин, рассматривая медсестру. — Не знаю почему, но мне ваше лицо кажется знакомым, — сказал он, дружески улыбаясь. — Мы не встречались раньше?

Шери испугалась было, но потом успокоилась. Слава Богу, Мартин, кажется, не узнал ее. Она облегченно вздохнула.

— Нет, не думаю, — ответила Шери.

Она с любопытством смотрела на ветеринара, отметив про себя, что он сильно располнел с тех пор, как они виделись в последний раз. Интересно, знал ли он, что Эйприл когда-то была неравнодушна к нему?