Наперекор судьбе
Шрифт:
– Не упрямься, дорогая. Посмотри, Лукас уже в машине. Он младше тебя, а не капризничает.
– А я буду.
– Нони…
Адель чувствовала, как у нее начинает дрожать голос. У нее не столько сил, чтобы еще выдерживать сопротивление дочери. Лучшее время для отъезда, чем сейчас, трудно подобрать. Мальчишки с воплями и визгами носятся по нижнему лугу. Все остальные – дома.
– Нони, ну что ты, в самом деле, упрямишься? Садись. Тебе же нравилось кататься.
– Я не хочу кататься и никуда не поеду. Ты меня не заставишь. Нет! Нет! Нет!
Когда зазвонил телефон, леди Бекенхем находилась в оружейной комнате, пытаясь найти маленькие сапожки для верховой езды, которые подошли бы Эми.
– Бабушка, это Венеция. Можно мне поговорить с Аделью? Это важно. Очень важно.
– Погоди. Ее еще нужно найти. Сейчас это не так-то просто. Если честно, мы беспокоимся за нее. Поскорее бы ты приезжала.
– Я приеду. На следующей неделе. А сейчас, бабуля, мне очень нужна Адель. Ты даже не представляешь, как это важно.
– Черт побери, да что еще случилось? Надеюсь, твоя мать не наделала глупостей?
– Нет, к ней это вообще не имеет отношения. Но у меня для Адели хорошие новости.
– Это уже приятнее слышать. Ты где сейчас? Дома? Я тебе позвоню. Подожди у телефона. Мне понадобится некоторое время.
Леди Бекенхем оказалась права. На пути к комнате Адели ей пришлось трижды остановиться. Сначала ее окликнул лорд Бекенхем, который потерял свой меч. Затем ей попался вылезающий из погреба Ру. Пришлось схватить его за шкирку и еще раз напомнить, что погреб не место для игр и самовольных экскурсий. Наконец, на нее едва не налетел Кит, идущий по коридору без трости. Ему это было строжайше запрещено, поскольку такие прогулки были чреваты столкновениями с людьми и предметами. Последствия могли оказаться катастрофичными как для людей и предметов, так и для самого Кита.
– Кит, когда война кончится, гуляй без трости, сколько душе угодно, – твердо сказала она внуку. – Сейчас это опасно.
– Сам знаю, – буркнул Кит.
– Не надо мне грубить. Идем, я отведу тебя в столовую и дам сигарету.
Выражение лица у Кита чуть смягчилось. Нынче это воспринималось почти как улыбка. Леди Бекенхем, награжденная этим «заменителем» улыбки, отвела внука в столовую, зажгла ему сигарету и сказала, что ищет Адель.
– Звонила Венеция. У нее для Адели важные новости. Если она вдруг здесь появится, будь хорошим мальчиком, скажи ей. Скажешь?
– О’кей.
Леди Бекенхем очень в этом сомневалась.
Ну вот, теперь еще и Иззи их увидела!
– Привет, Нони. А я иду прогуляться. Хочешь пойти со мной? – предложила Иззи.
– С удовольствием.
– Иззи, Нони сейчас не сможет пойти с тобой. Мы едем в деревню.
– Так ты можешь поехать с Лукасом. Вижу, Нони не очень настроена ехать. Адель, не волнуйся, я за ней присмотрю.
Иззи смотрела на нее и невинно улыбалась, однако взвинченной Адели эта улыбка показалась снисходительной и почти дерзкой.
– Нони, гулять ты не пойдешь. А ты, Иззи, пожалуйста, не вмешивайся в наши дела. Я решила ехать, и мы поедем. Нони, марш в машину!
– Не сяду.
– Нет, сядешь.
Нони с криком запротестовала. Адель сердито посмотрела на непокорную дочку, а потом случилось нечто ужасное.
– Ты просто дрянная, непослушная девчонка.
Видя перед собой сердитое личико Нони, Адель вдруг задрала ей подол и шлепнула по заду. В другой семье такое наказание считалось бы слишком мягким, но здесь шлепок вызвал шок и у самой Нони, и у Иззи. Обе не могли поверить, что Адель, трясущаяся над своими детьми, способна на такое. Обе молчали. Потом Адель подхватила Нони, втолкнула в машину и захлопнула дверцу. Девочка была еще слишком мала и не знала многих слов из языка взрослых. Но она почувствовала: ее только что прилюдно унизили. Отчаяние Нони передалось Иззи. Сердитыми, полными слез глазами Иззи посмотрела на родную тетку и в ответ получила такой же взгляд.
– Нечего пялиться на меня, Иззи. Пусть учится делать то, что ей велят. Все, мы поехали.
Адель села в машину, хлопнула другой дверцей. Мотор взревел, и машина на большой скорости отъехала от сарая.
Венеция не находила себе места. Может, бабушка забыла? Нет, леди Бекенхем не страдала забывчивостью. Если ей трудно самой найти Адель, в доме достаточно людей. Нужно лишь кого-нибудь крикнуть.
Досчитав до двадцати, Венеция снова потянулась к телефону.
Иззи с плачем вбежала в дом. Случившееся потрясло ее своей чудовищностью. К эмоциональным трудностям она привыкла, но физическое насилие до сих пор оставалось для нее новым и весьма неприятным открытием. Даже на уроках, когда учительница слегка шлепала расшалившегося мальчишку указкой по руке, Иззи вся сжималась. Правда, Генри уверял ее, что он часто получает такие «указалки» и они не причиняют ему ни малейшего вреда.
– Это, Иззи, делает тебя человеком. Папа рассказывал, что его в Итоне пороли каждую неделю, но теперь он безмерно благодарен своим учителям.
Иззи пыталась поверить словам Генри и не могла. Она вспоминала полное отчаяния личико Нони, ярко-красный след, оставленный рукою Адели на маленькой белой попке, и до сих пор удивлялась чудовищности случившегося. Ударить такую тихую, милую, чудную девочку. Никто не давал Адели права так обращаться со своей дочерью. Никто.
Вбежав в столовую, она плюхнулась на стул, обхватила голову руками и заплакала еще громче.
– Иззи, ты по какому поводу ревешь? – вдруг послышался голос Кита.
Оказывается, он сидел в громадном кресле лорда Бекенхема, стоящем во главе стола.
– Адель шлепнула Нони, – всхлипывая, ответила Иззи.
– Наверное, девчонка давно напрашивалась. Шлепки иногда очень помогают. Нечего из-за этого так голосить. Иззи, это просто смешно. Успокойся. Кстати, а где Адель? Бабушка ее искала.
– Уехала. Села в машину и поехала в деревню.
– Разыщи бабушку и скажи ей. Это важно.
– Я…
– Иззи, делай, что тебе говорят. Иначе я награжу тебя таким же шлепком и по тому же месту.
Иззи в ужасе посмотрела на Кита, но он почти улыбался. Даже страдания не помешали ей почувствовать это и порадоваться за него. Кит начинал меняться к лучшему.
– Сейчас найду. – Иззи вышла в коридор и в конце его увидела леди Бекенхем. – Адель поехала в деревню. На машине. Кит просил меня вам это передать.
– Спасибо, Иззи. Тогда я позвоню Венеции и попрошу немного подождать. Надеюсь, Адель не задержится в деревне.
– Я тоже так думаю. Но она… она.
– Что еще она сделала? – спросила леди Бекенхем, уловив в голосе Иззи тревогу.
– Она сильно шлепнула Нони. И буквально силой усадила ее в машину.
– Наверное, Нони это заслужила, – равнодушно ответила леди Бекенхем. Она торопливо прошла в гостиную, где находился телефон, и позвонила Венеции. – Венеция? Слушай, мы ее пока не нашли. Иззи видела, как она на машине поехала в деревню… Что ей там надо? Не знаю. Наверное, решила что-то купить… Естественно, мы ей скажем, как только вернется… А мне ты можешь сказать в двух словах, что это за хорошая новость?