Чтение онлайн

Мне ничего не оставалось делать, как лечь и отвернуться к стене.

К предводителю заходили еще люди. Я слышала негромкие переговоры воинов, в основном, они касались непогоды и лошадей, что остались под открытым небом. А потом вновь поднялся ветер. Он свирепо бил по стенам, поднимая страшный вой, но вскоре я к тому привыкла и даже провалилась в дремоту, но тут же проснулась не от диких порывов, а от напряженного давящего взгляда исгара. Послышались шаги, кажется, он остановился у нетронутой еды, а у меня что-то нехорошее ткнулось в грудь.

— Ты не притронулась к еде, — в голос прозвучала сталь.

Я молчала, продолжая лежать не шевелясь. Тишина затянулась, вынудив невольно сжаться, и не напрасно, потому что в следующий миг на меня выплеснулось что-то ледяное, обожгло кожу. Я вскочила, захлебнувшись от потока воды, что вылил из кувшина Страж. И сообразить толком ничего не смогла, как стальные руки сковали мое тело, мужчина рванул меня на себя. Я ударилась о каменную грудь Маара, как волна о скалу, не успела вскрикнуть — его губы завладели моим ртом. Я рванулась, пытаясь увернуться, Страж зажал мне руки, плотнее притянул к себе, впиваясь в губы еще больнее, заполняя мой рот своим языком, выталкивая воздух.

Укусив за губу, потянув ее, он освободил мое дыхание, давая жадно глотнуть воздух, и вдруг грубо толкнул. Не почувствовав опоры, я полетела навзничь, падая на постель. И как бы мягко она ни была застелена, а остатки воздуха выбило из груди от удара спиной. Маар обрушился на меня, придавив своим мощным телом, устраиваясь между моих ног.

— Нет, не надо! Прошу, я не хочу! Оставь меня, оставь! — билась я, как пойманная птаха, упираясь в его грудь, но не смогла и на сантиметр отстранить его от себя.

— Уже поздно… — прошептал Маар, накрывая мои губы своим горячим жадным ртом.

Исг'aр задрал платья, едва не разрывая в клочья, твердо провел ладонью по чувственному месту между ног, раздвигая складки, а я вытянулась струной, вся напрягаясь, сдавливая коленями его бедра, не желая пускать его пальцы внутрь себя.

В какой-то миг во мне что-то надломилось. Мне стало вдруг безразлично все: то что он собирается делать со мной, то, что он трогает меня. Маар, каким-то внутренним чутьем уловил изменение своей добычи и руки его прекратили свой путь.

— Ты можешь брать мое тело, но никогда не получишь меня, мою душу. Гори в аду проклятый исгара я ненавижу тебя, ненавижу всех твоих кровных родственников до последнего колена! Будь вы прокляты! — выплеснула на одном выдохе и задышала тяжело и часто, вонзив взгляд в нависающего надо мной мужчину. Мгновение растянулось до мучительной бесконечности, я ощущала, как с волос капала вода, стекала за шиворот, как туго поднималась грудь в дыхании, как бешено колотилось сердце под ребрами.

И от того, как он посмотрел на меня, как скрутились черные воронки в его резко сузившихся зрачках, окаймленных бушующим демоническим огнем, под кожу прокрался страх, словно продели раскаленные спицы, страх который испытывает мое тело, но не я. Плевать, пусть делает что хочет! Он сумасшедший, ненормальный, зачем расходовать на него силы, которые мне нужны как вода и воздух.

— Ублюдок хочет мое тело, пусть получает и проваливает к дьяволу.

И все же я задержала дыхание, ощущая, как затвердело тело мужчины, превращаясь в глыбу каменную.

Он не дышал, а меня пронизал холод. Маар пошевелился, убрал руки и, поднялся Страж, схватил меня пятерней за волосы, я охнула от мгновенно растекшейся по затылку к самой пояснице обжигающей боли. Он рванул, сдернув меня с кровати, швырнул на пол, как куль с соломой. Я подняла голову успев лишь различить всполох огня — пламя лизнуло мне по скуле оставляя горячий след и слегка подпалило волосы, не успела оправиться, как Ремарт больно сжал шею под затылком подтащил к столику, где все еще лежала еда, давно остывавшая. Страж опустился рядом, жестко сжав другой пятерней подбородок, так что скулы заломило, вонзил острый как ножи взгляд.

— Если ты не поешь, я сломаю тебе пальцы, одним за другим, пока станешь выполнять, то что я говорю.

— Пошел ты, — прошипела.

Маар перехватил мою руку жестко передавив запястье. Боль что обожгла мне мизинец отдалась к самому локтю и затылку. Я ошеломленно распахнула глаза от дикой, задохнулась, ловя ртом воздух, слезы все же брызнули из глаз.

— Ненавижу тебя, как ненавижу, — перетерпливая шипела я.

Он схватил следующий палец.

— Это не те слова, которые я хочу слышать, — его металлический голос звучал хладнокровно, бездушно, лишенный какого-либо окраса. Он сдавил следующий палец.

— Ну? Я не слышу. Скажи — хорошо Маар.

Проклятый ублюдок убийца, вымесок! Перед глазами плясали багряные пятна. Я сжала зубы мой мир сузился до одной пульсирующий боли в кисти рук, едва взвыв от продирающей до костей боли, когда неестественно вывернулся следующий сустав. Страх и боль поглотили меня с головой, Маар схватил другую фалангу.

— Говори, асс'aру, ты же не хочешь остаться без пальцев? — он надавил, и я, давясь слезами проглатывая их всхлипнула.

— Хор-рошо, Маар.

— Не слышу.

— Хорошо Маар!

Страж склонился надо мной низко утопив меня в бездне черноты своих сумрачных стылых глаз.

— Запомни это acc'apy, не нужно меня злить, если ты и дальше будешь выплескивать свой яд и не подчиняться мне я найду способы заставить тебя поступать иначе.

На меня нахлынуло дикое, не умещающее во мне отчаяние, я не в силах была справиться с ней, я могла сейчас согласиться на все, все что угодно. Все, что он скажет я сделаю.

Он вновь схватил мою запястье, а я взвилась.

— Не надо прошу! Пожалуйста, не надо! Я буду есть, Маар. Прошу!

Страж дернул пальцы и отпустил, а я прижала руку к груди поглаживая как ребенка, унимая ломящую мышцы и кости боль. Страж поднялся, вынудив меня быстро очнуться и схватить ломоть мяса, впиться зубами в белую мякоть. Я не чувствовала вкус, не чувствовала ничего, едва пережевывая снедь проглатывала и снова вгрызалась в кусок. Маар молча наблюдал за мной. Я не смотрела на него, я боялась, проклятое тело предало меня. Мои руки тряслись, сердце лихорадочно колотилось. Я могла все перенести, кроме такой острой боли, кажется у меня была истерика в первые в жизни не могла контролировать свои эмоции. Я жевала, вновь вонзала зубы в мякоть, рвала и проглатывал вместе со слезами механически, делал то как он говорит.

— Достаточно, — жестко перехватил мою руку, а я вздрогнула вся сжимаясь, в ожидании в очередной порции наказания, выронив остатки еды, — хватит на сегодня, — сказал Страж уже спокойнее.

Я не смотрела на исгара, да и не разглядела бы ничего — муть перед глазами, горячие ручейки текли по щекам.

— Все тише, Истана, тише, — прозвучал его голос проникая о самую глубину моей безысходности, толкаясь о дно моего отчаяния сотрясая все внутри, казалось еще скажет слово, и я сорвусь в бездну и уже не вернусь. Рывок и я прижала к широкой груди ван Ремарта.