Нарисуй меня хорошим. Книга 2
Шрифт:
— Не забывайся, Рэй, — прорычала она. — Ты у меня в гостях.
— И это не лучшие апартаменты в которых я был…
— Так, хватит! — не выдержала я. — Прошу вас, не портите это прекрасное утро своими разборками, — мой взгляд стал умоляющим.
Алла равнодушно пожала плечами и уткнулась в кружку носом. Рэй примирительно поднял руки.
— Спасибо, — выдохнула я. — И за завтрак тоже.
Хитрец моментально просиял, и я ответила ему тем же.
Несмотря на мелкие перепалки, обстановка была довольно дружественной. И даже вчерашнее трагичное событие, никак не отражалось на лице Аллы. Вот только мне было совестно, что я даже не поговорила с ней вечером, так как просто физически не могла этого сделать. Я смутно помню, как легла спать.
— Ну и чем вы вчера занимались? — спросила Алла, по очереди поглядывая на нас. — Судя по состоянию Васи, вы не по парку гуляли.
Ложка с творогом застыла в воздухе.
Как рассказать Алле правду, когда она прозвучит так…странно?
— Мы развлекались, — первый начал Рэй, и я вся сжалась. — Отрывал головы котятам, пока Васька была привязана к стулу…
— Фу! — содрогнулась Алла.
— … белые шкурки я повесил в машину, а…
— Замолчи, придурок, — Алла закрыла уши руками больше не в силах слушать этот бред. Но, я была благодарна Рэю, за то, что он так лихо исключил интерес к этой теме. Да, его методы безумны, но они работают. Со мной сработали точно.
— Ты злая, Алла, — констатировал Рэй. — Теперь я понимаю, почему Дениска ушуршал от тебя к Кристинке.
— Ты прав, — согласилась она. — Доброте Кристины может позавидовать самая сердобольная путана.
— Ну не знаю… со мной она не была настолько добра…
Я сделала ревностный глоток, отчего творог покоробил горло. Ещё с тех времён я ревновала парней к Вике и Кристине, так что такая реакция была автоматической.
— Это потому что ты невыносим, — объяснила Алла. — И всех бесишь.
— Не всех, — уверенно заявил он, качаясь на стуле. — Вася, например, без ума от меня.
Я устало закатила глаза, даже не попытавшись возразить.
Да и какой в этом смысл? Легче завернуть ногу за голову, чем доказать Рэю обратное.
Самоуверенность Рэя всегда тесно граничила с его самовлюбленностью. И пусть весь мир скажет, что он не идеал, Рэй все равно не поверит в эту чушь. Наверное, это одно из его качеств, которое восхищало, притягивало, ведь именно самоуверенности мне так недоставало.
— Чем займёмся сегодня? — спросил Рэй и обезоруживающее улыбнулся.
— Мне нужно расплатиться за столовую, а потом я свободна, — сказала Алла. — Вместо пятнадцати человек, на поминки остались все тридцать. Слава богу, у меня остались деньги с похорон.
— Тогда мы можем продолжить поминки у тебя дома, — бесцеремонно предложил Рэй, а потом пронзился меня карими глазами. — Как думаешь, Вась? Возьмём тебе фруктов и морковного сока. Будет весело.
Друзья смотрели на меня, в ожидании какого-либо ответа, а я не знала, как рассказать им об истинных моих планах.
— Я…я уезжаю. Мне нужно вернуться сегодня…
— Как? Уже? — разочарованно возмутилась Алла. — Я толком не успела пообщаться с тобой. У меня было столько планов, — она стала загибать пальцы, — вечерний маникюр за просмотром сопливой драмы, девчачья исповедь за бутылкой вина, ночные болтушки, мороженное… А что теперь?
Я натянула виноватую улыбку, хотя чувствовала себя совершенно иначе.
— Прости, но я и так выпала из этой жизни на несколько дней. Мне нужно наблюдаться, да и с переездом закончить. И я знаю, что мама сильно волнуется, когда я нахожусь в нескольких сотен километров от неё. Тем более, когда я нахожусь в интересном положении.
Алла грустно, но понимающе кивнула. А вот Рэй ничего не ответил, словно его это не интересовало. Но что-то мне подсказывало, что он против моего уезда. Впрочем, я сама была этому не рада. За такой короткий срок, я хоть немного смогла распрямиться в плечах, что не получалось у меня довольно долгое время. Чувство свободы в легких это именно то, о чем я так долго мечтала. И неважно, каким образом, но у Рэя получилось, как следует встряхнуть меня.
Кто бы мог подумать, что у парня с инфантильным характером, такой стратегический ход мыслей? Такой изощренный?
И даже сейчас, я украдкой наблюдаю за ним, и не могу понять, что в голове у этого парня. Кто он? Благородный друг, который способен на жестокость? Или коварный баловник, каждый шаг которого прочитан наперед? Или простой парень, которого окружают непростые обстоятельства? Ясно одно, Рэй — это та жгучая смесь, которая сносит голову любому, кто хоть немного ее пригубит.
Я ещё не успела шагнуть в автобус, но уже безумно скучала. Мне очень хотелось остаться, делать маникюр с Аллой и смотреть грустные фильмы, но вновь возродившиеся во мне чувство ответственности, за шиворот тащило меня обратно в город.
***
После долгих прощаний и объятий, нам с Аллой все-таки удалось оторваться друг от друга. Она поспешила в столовую, а мы с Рэем неохотно направились на остановку.
— Я бы подвёз тебя до города, но сегодня, мне нельзя за руль, — загадочно сказал Рэй. Он смотрелся очень забавно с моей цветастой сумкой на плече.
Я заглянула ему в лицо.
— Ты что, пил?
— Самую малость.
— Повод?
— Вернул старую Василису, — улыбнулся он, явно гордясь собой.
— И с каких пор, ты стал таким правильным? — я попыталась вернуть его с небес на землю. — Обычно тебя не останавливал запах перегара, чтобы разъезжать по всей деревни.
— Ну не одной же тебе быть милашкой, — усмехнулся он. — Я вообще подумываю над своей кармой. Пора бы её почистить. Как думаешь, меня возьмут в монастырь?
Я громко фыркнула.
— Чтобы обрюхатить всех сестёр церкви? — съязвила я. — Пожалуй, да. Тебя возьмут.
— Гадость, — парня передернуло. — Никогда не видел сексуальных монашек. И не видел ни одну, чтобы была моложе пятидесяти.
Я пожала плечами.
— Значит, ходи с грязной кармой.
— Уж лучше грязная карма, чем правоверные кошмары до конца дней.
На улице было зябко, поэтому, я шла с опущенной головой, уткнувшись носом в шарф, и разглядывала наши с Рэем ботинки.
— Вот черт, — тихо выругался он, и я резко подняла голову.
— Что такое?
— Так, Вася, ни слова, поняла?
Конечно же, нет. Я ни черта не поняла…
— Николаич! — воскликнул Рэй, поприветствовав подошедшего к нам мужчину. — Ты как здесь, старичок?
Их руки сомкнулись в крепком рукопожатии.
— Привет, Ром, — прогремел он плотным голосом. — Только вернулся с командировки. Решил продуктов прикупить, в холодильнике мышь повесилась.