Чтение онлайн

в жопе фотоаппарат.

А другой - с тоской во взоре

целый день лежит в дозоре,

он не жрёт, не пьёт, не срёт,

этого шпиона ждёт,

а из двух других палат

два Джульбарса с ним лежат.

Иль, невиданный вовек,

редкий трубка-человек,

на башке табак сжигает,

х@й сосать всем предлагает.

У меня был генерал,

тот Кутузова играл,

так играл, что как-то раз

выбил себе, нах@й, глаз.

И Суворов был, мудила,

два вершка, а заводила,

словно в Альпах, коротыш,

тут на сраке ездил с крыш.

А один придурок, Ваня,

саженками плавал в бане,

и орал нам: - Не мешать

мне Урал переплывать!

Был Эйнштейн. Когда не дрался,

свой закон открыть пытался -

«скорость сжатия п@зды

относительно езды».

В общем, каждый был отличен

и вполне единоличен.

Здесь же был редчайший случай

с точки зрения научной -

два довольно взрослых дяди

об одной твердили бляди!

Чтобы истину узнать,

я решил её сыскать.

У моей жены Тамарки

в юности была товарка.

Рассказала мне Тамара,

что они когда-то в паре

секретаршами трудились,

чуть было не подружились,

та девица по оферте

шефа за@бла до смерти,

её вмиг арестовали

и под Краснодар сослали.

Как-то раз под Новый год

я сидел, писал отчёт,

в кабинете было тихо,

за окном слонялись психи.

Поп своим обрубком х@я

тряс с деревьев снег, ликуя,

а Суворов жопой синей

с крыш сметал последний иней.

Тот, который кончил дракой,

поднимал сифон над сракой

и орал: - Кому воткнуть?

В общем, ужас. Страх и жуть.

Вдруг стук в дверь. Тамара входит,

за руку девицу вводит.

Сразу я узнал Фелисту -

взгляд прямой, открытый, чистый.

Радость из неё лилась,

видно, только что @блась: -

Видеть вы меня хотели?

Руки, чувствую, вспотели.

Я Тамару проводил,

а Фелисту усадил

и без разговоров, слёту,

предложил у нас работу.

Та согласие дала,

мы оформили дела

и она, как говорится,

стала у меня трудиться.

Так должно было случиться,

что пришлось мне отлучиться -

звал меня учёный спор

на симпозиум в Нью-Йорк.

Через месяц я вернулся

и чуть было не рехнулся.

Тот, что был шпионом, значит,

увольненья просит, клянчит.

Вытащил из жопы, гад,

кинофотоаппарат!

Тот, что слыл Эйнштейном тут,

снова хочет в институт;

тот, что был с тоской во взоре

и весь день лежал в дозоре,

бьётся в дверь, как вольна птица: -

Отпустите на границу!

Трубка-человек стал злее,

пластырем башку заклеил,

х@й, как око бережет,

из штанов не достаёт.

Не штурмует крыш Суворов,

лишь один товарищ Кторов

о деревья бьёт елдак,

да с сифоном тот мудак

носится. Повсюду вой,

психи просятся домой.

Ни черта не понимаю,

психиатров вызываю: -

Кто их вылечил, скажите?

– Вы Фелисту, блядь, спросите,

это всё её п@зда!

Вы уехали когда,

стала эта ваша блядь

её психам предлагать.

Те от счастья просто взвыли,

свои фобии забыли.

А как принялись @баться,

сразу стали поправляться,

вроде, блажь у них сошла,

но Фелиста вдруг ушла: -

Всё вам сделала я тут,

а меня другие ждут.

Это было год назад,

ну, а завтра мой доклад,

как мы с помощью п@зды

лечим всех без всякой мзды.

– Ну, а где же та девица?

– Пригласили, слышал, в Ниццу

(пролечить ведь должен кто-то

зарубежных идиотов).

– Ну, а Кторов Спиридон?

– С х@ем носится, гандон.

– Ну, а тот, простите, где,

что бывал в её п@зде?

– Тот заводик возглавляет,

что сифоны выпускает.

Попрощался врач со мной.

Я тихонько шёл домой,

ну, а мысленно был в Ницце,

ждал вестей из-за границы.

Часть 7

В Лужниках не так давно

шёл концерт «Мир, жизнь, кино».

В основном, была эстрада,

поначалу - всё, как надо,

но любимчики ЦК,

два кретина-мудака,

что программу завершали,

весь проект, в п@зду, сговняли.

Зато им у барной стойки

в смысле дружеской попойки

и по части потрепаться

равных не было. Я, братцы,

расскажу на этот раз

Гоши Вицина рассказ...

Со своей картиной Вицин

был на фестивале в Ницце.

Делегатами союза

были два киношных туза,

наших три кинозвезды,

те, что начали с п@зды,

режиссёр один, в довесок

три актёра, ну и пресса.

Главным среди прессы всей

был полковник Аджубей.

Основной наш фильм - «Х@ёвский»

киностудии Свердловской

должен был, назло Европе

оказаться в самой жопе.

Но фортуна улыбнулась,

всё иначе повернулось,

и помог нам бывший бай,

главный в прессе разсп@здяй.

Как-то вышли мы из зала

до ушей раскрыв @бало -