Чтение онлайн

– Ты в этом уверена? Нет ли сомнений, что она - его?

– Никаких. Ты же видел, насколько он болен. Он не способен на близость со мной, Ричиус. Вот почему моя комната далеко от него.
– Она улыбнулась, пытаясь его ободрить.
– Пожалуйста, поверь мне. Я многое о нем узнала. Болезнь его изменила. Он добрый и мягкий, как ты. И я его не боюсь.

– Но ты его не любишь.

Дьяна пожала плечами.

– Не люблю. Но знаю, что он меня любит. Роды проходили тяжело. Кажется, я была на грани смерти. Но все это время он оставался со мной. Он не думал о себе, он следил за мной и спал подле меня.

– Казада, - догадался Ричиус.
– Роды начались во время пира, да?

– Да.

Дьяна содрогнулась. Ричиус понял, что она все еще слаба после ужасного испытания и что воспоминания о муках слишком свежи.

– Шани родилась на следующее утро. Я мало что помню, по правде говоря. Была сильная потеря крови... И Тарн говорил с моими служанками, требовал от них помощи. Он думал, что я умру. Я тоже так думала. Но он оставался со мной. Он присутствовал при ее рождении.

– В Арамуре я грезил о тебе, - признался Ричиус.
– Я не знал, жива ты или умерла, но больше ни о ком думать я не мог. Я не мог простить себе, что оставил тебя, подвел, не сдержал слова. И когда Аркус сказал, что посылает меня обратно в Люсел-Лор, я подумал: может быть, ты еще там и я смогу тебя найти и увезти домой.
– Он засмеялся. Все это казалось ему таким жалким. Боже, какой я глупец!

– Нет, - возразила Дьяна, - ты сделал больше, чем можно было себе представить. Но теперь все кончено, Ричиус. Жизнь нас разлучила. Я трийка, ты - нарец, и мы оба не свободны.

– Да, - сказал он, - женаты.

Он вспомнил о своей молодой жене, оставшейся в Арамуре. Она будет ждать его, тревожиться. Он понимал, что не достоин Сабрины - так же как она ничем не заслужила проклятие в виде нелюбящего мужа. Но их судьбу решил Аркус, так же как отец Дьяны определил ее будущее, когда она была еще девочкой. Они все были фигурами, которые недовольно передвигались по доске - и не могли остановить руки своих хозяев. Он уныло уставился в пол, пытаясь найти ответ, которого не было.

– Что мне делать?
– тихо спросил он.

– Оставь нас, - твердо сказала Дьяна.
– С нами здесь все будет в порядке, даю тебе слово. Тарн добрый. И он обо мне заботится. Ты должен вернуться домой, в Арамур. Ты должен сделать то, о чем просит Тарн. Ты можешь это сделать? Можешь остановить эту войну?

– Нет, - признался Ричиус, - император не станет меня слушать.

Дьяна бросила на него странный взгляд.

– Я не понимаю. Ты сказал Тарну, что мог бы ему помочь.

– Тарн считает, раз я один из королей Нара, то Аркус прислушается к моим словам. Он ошибается. Заставить Аркуса передумать невозможно.

– Но ты попробуешь, да?

Ричиус молчал. Он стремительно превращался в шлюху Тарна, и от одной только мысли, что он будет помогать этому чокнутому святоше, его тошнило. Но теперь ему придется принимать в расчет Дьяну и свою дочь. Все изменилось - как и предвидел Тарн.

– Ричиус, - молвила Дьяна, - Тарн очень мудр. Он не просил бы тебя об этом, не будь это так важно. Он принес в Люсел-Лор мир. Он...

– Пожалуйста, прекрати!
– воскликнул Ричиус, закрыв уши руками.
– И ты тоже! Я этого не вынесу. Все убеждены, что он - великий человек. Прости, но я этого не вижу.

– Он не великий, но он хороший. Ты его не знаешь, Ричиус. Он изменился, даю тебе слово. Он стал таким, каким был раньше, когда мы были детьми. Он заботится о своем народе. Мы для него все.

– Люсилер говорит, что Тарн полагает, будто его обезобразили боги. Я считаю, он просто болен. А что думаешь ты?

– Я думаю, что он получил дар Небес, - ответила Дьяна.
– По-моему, боги отметили его. И мне кажется, он это знает - и это заставило его осознать свои слабости.

Ричиус удивленно покачал головой. У него сложилось впечатление, что все здесь страдают от какого-то заразного слабоумия. Неужели прошлое для них ничего не значит? Он медленно поднялся и снова заглянул в колыбель. Малышка беспокойно двигалась.

– Моя дочка, - печально промолвил он.
– Как я могу ее оставить? Ты хочешь от меня невозможного, Дьяна.

– Но именно так все должно быть. Мне хотелось бы отыскать другой путь, но...

Она замолчала, не договорив, и передернула плечами.

– Я понимаю.

Ричиус опустил руку и нежно прикоснулся к крошечной пушистой головке Шани, изумляясь своим ощущениям. В этот миг она представлялась ему удивительнее башен Нара, древних лесов Арамура или сверкающей цитадели Фалиндара. Ради нее он готов был победить целую армию Тарнов, но у него не было оружия, с которым он мог вступить в этот бой. И он молча задвинул полог колыбельки.

– Я хочу перед отъездом еще раз ее увидеть, - сказал он, не оборачиваясь.

Дьяна подошла к нему.

– Значит, ты уедешь?

Он кивнул.

– Ты поговоришь со своим императором?

– Я уеду через несколько дней, - безнадежно произнес Ричиус.
– Я хочу дать Тарну время, чтобы он обдумал мои слова.

– Ричиус, ты поговоришь с ним?

Он отвернулся и пошел к двери. Но, дойдя до нее, замер, не в силах переступить порог. Дьяна вопросительно смотрела на него.

– Ричиус?

– Я много месяцев думал о тебе, Дьяна, - тихо сказал он.
– Я, так же как Тарн, одержим тобою. И не нахожу сил, чтобы тебя забыть.

– Ты должен.

– Не хочу. Я тебя люблю. Дьяна покраснела.

– Я понимаю, это глупо, - добавил Ричиус.
– Но я все время надеялся при встрече с тобой услышать, что в эти прошедшие месяцы ты тоже обо мне думала.
– Он попытался ей улыбнуться.
– Ты обо мне вспоминала? Хоть изредка?

Дьяна отвернулась.

– Об этом говорить не следует, - ледяным тоном заявила она.
– Я замужем за Тарном.

Это не было ответом, и ее уклончивость обнадежила Ричиуса. Он сделал шаг к ней.

– Может быть, хотя бы иногда?

Дьяна не повернулась к нему, но слегка понурилась.

– Когда я вынашивала Шани, Тарн все время был со мной. Он заботился обо мне, следил, чтобы у меня было все необходимое. Он был мне как настоящий муж. И когда я рожала, он помогал мне и держал меня за руку. Но Шани всегда заставляла меня думать о тебе, Ричиус. Даже когда еще была в утробе.
– Дьяна наконец повернулась к нему, и ее взгляд был полон печали. Тебя не так легко забыть, Ричиус Вентран.