Чтение онлайн

Его дыхание становится тяжелым, взгляд мечется от моих губ к глазам и обратно.

– Значит лед – твоя территория, ангелочек? Хм… – прикладываю палец к губам, прежде чем перейти на ехидный тон. – Так может, свалишь туда прямо сейчас, как хренов пингвин, и оставишь меня в покое?

Во время ссоры я даже не заметила, как близко придвинулась к его лицу. Наши губы всего в нескольких сантиметрах.

Сглатываю и сопротивляясь своему предательскому телу, которое тянет к нему еще ближе. Его запах сочного лайма и прохлады окутывает легкие изнутри. Я целую его, жадно прихватывая нижнюю губу.

Маккейб издает тихий рык, его грудь вздымается вверх и резко опускается вниз. Этому парню явно сносит крышу, так же как и мне. Но когда я снова касаюсь его губ, он резко отстраняется и вжимает педаль в пол, разгоняя машину так быстро, что меня прижимает к сидению.

– Больше никогда не делай этого. Ты не в моем вкусе, Уэндел.

– И не надейся, ангелочек. Это всего лишь действие алкоголя, – фыркаю в ответ и отворачиваюсь к окну, рассматривая, как быстро сменяются придорожные вывески.

Брайан

Всю оставшуюся дорогу мы не разговаривали. Я молча привез ее в наш с Коуэлом дом, дал свою футболку и показал, где находится ванная комната и кровать, которую она может занять.

Мою кровать.

Нет, я бы с удовольствием предложил ей диван, но, если Фрай вернется и увидит на нем Ханну, я еще долго буду выслушивать, какой я дерьмовый друг.

Кроме двух кроватей и дивана в нашем доме больше нет ничего, что может сойти за спальное место. Мы живем в небольшом твинхаусе15 по соседству с Овертроем и Мэтьюсом.

– Ммм… Я хочу съесть это! – ворочает головой на моей подушке Уэндел. – Нет, нет, нет. Только не мерзкая овсянка, папочка. Мне нужен этот огромный бургер с сыром чеддер и сливочным соусом.

Она забавно машет руками и что-то жует, вызывая у меня тихую усмешку.

Ханна Уэндел. Дочь тренера, невыносимая бунтарка и по совместительству девчонка, которая сносит мне крышу.

Наверное, если бы не тот факт, что она спала с гребаным ублюдком Айкелом, я бы поцеловал ее снова…

Проклятье. Я бы точно сделал это, потому что она чертовски вкусная.

Облизываю губы, ныряя в воспоминание о нашем поцелуе в машине.

Зачем ты появилась в моей жизни, Ханна? Я никогда не нарушаю своих правил.

Глава 8

? The Score feat. Travis Barker – All Of Me

Ханна

Отменить утреннюю пробежку команды? Да запросто. Всего-то нужно было явиться домой в том виде, в котором я сейчас. Купальник и бесформенная мужская майка. Ах да, а еще обязательно утром и с отеками после вчерашнего веселья.

Как я пожелала «доброе утро» отцу? Назову это креативом.

Мои ключи и телефон остались у Мэйбл, и исключительно этот факт вынудил меня направить напор воды из садового шланга прямо в приоткрытое окно отцовской спальни.

Сделала бы я это, если бы у меня был другой выбор? Черт, да!

Мой внутренний Гринч ликовал от душераздирающего крика отца: «О, НЕТ! ТОЛЬКО НЕ МОЯ КОЛЛЕКЦИЯ ВИНИЛА!».

– Ты наказана! – отец тычет пальцем в мою сторону, пока я прохожу в дом.

– Трижды за несколько суток. Это мой абсолютный рекорд, – усмехаюсь и, подхватывая отцовскую кружку, наполненную кофе, делаю глоток.

– Ханна, ты…

– Отличный кофе, спасибо, – жмурюсь от удовольствия и мотаю головой.

– Это когда-нибудь закончится? Ты сказала, что хочешь исправиться.

Открываю глаза и вскидываю подбородок вверх, рассматривая потолок.

– Я не могу стать хорошей девочкой по щелчку пальцев. Одержимость изгоняют месяцами, папочка.

Хихикаю и, подхватывая маленькую солонку с корицей, посыпаю ей густую кофейную пенку.

– Думаю, еще одно мое наказание поможет тебе в этом, – отец складывает руки на груди, топая ногой.

– Я ночую на улице? – ставлю кружку на столешницу и быстрым шагом направляюсь к лестнице.

– Это слишком просто. Я поговорю с миссис Абрамс, тренером группы поддержки, и надеюсь, она поможет вымотать тебя.

– Что? – оборачиваюсь, спускаясь на несколько ступеней вниз. – Хочешь сказать, я возьму в руки блестки и буду натягивать улыбку для твоих хохлатых пингвинов?

– «Воронов». Именно это я и сказал, Ханна.

– Ты… – сжимаю кулаки, – издеваешься?

Злость переполняет меня, хочется выругаться и топнуть ногой, но вместо этого я разворачиваюсь на месте и мчусь по лестнице в свою комнату.

Снимать видео с его невоспитанными птицами, вести их соцсети – с этим я уже смирилась. Но скакать в идиотском облегающем леотарде16 с помпонами из фольги и улыбаться, словно мне защемило лицевой нерв, – звучит как полный отстой!

Я ни за что на свете не буду это делать.

Я не похожа на сумасшедшую фанатку парней с палками, которые машут ими, разбрасывая тестостерон в разные стороны.

Ладно, может, и похожа на фанатку одного из них. Но только на ту, которая сбегает по-английски утром и показывает средний палец при встрече.

Демонстративно громко хлопнув дверью, я с разбега прыгаю на свою мягкую кровать.

Как у меня получается вляпаться в дерьмо, когда я и так уже по уши в нем?

Фыркаю и падаю лицом в подушку.

Сначала чертов Рик, потом видео, отправленное по ошибке отцу, сцена с пингвинами, которые считают меня хоккейной зайкой. А теперь еще и моя дурацкая влюбленность в идиота с самооценкой размером с белый дом.

Зачем я поцеловала его вчера?

Выдыхаю и переворачиваюсь на спину, рассматривая мужскую майку на своем теле.

Брайан Маккейб. Этот парень украл меня с вечеринки, дал мне свою футболку и уложил спать в свою кровать.

Я спала там, где возможно побывала куча его фанаток, но даже это не вызывает у меня отвращения.

Закрываю глаза, воспроизводя вчерашнюю ночь.

Он молча сидел на кресле, рассматривая что-то «ну очень интересное» в своем телефоне, пока я ворочалась в его постели и пыталась уснуть.