Чтение онлайн

Закатываю глаза и мотаю головой.

– Да признай уже, ты хочешь этого засранца. Он похож на гребаного бога, которого изгнали с Олимпа за то, что тот использовал суперсилу «Быть чертовски привлекательным».

– Нет, – продолжаю глупо улыбаться. – Он похож на придурка, который любит только свой зад. Самовлюбленные красавчики – не мой вариант.

– Попалась. Ты признала, что он красавчик!

Громкий гудок заставляет меня обернуться на табло. Штрафное время Маккейба закончилось.

– Мне пора, – быстро целую в щеку Мэйбл и направляюсь обратно в сторону скамьи своей команды.

О, боже. А обязательно так надо мной издеваться каждую, мать его, секунду? Кто-то навел на меня порчу или что со мной не так?

Танец стаи бешеных хоккейных заек в нелепых костюмах вызывает у меня мигрень. Неужели, они и вправду думают, что это охренительно круто? Их телодвижения напоминают роботов-экономок, которых создал какой-то безумный ученый, чтобы облегчить жизнь американских домохозяек. Лучше бы они взяли в руки тряпки, а не это блестящее дерьмо.

Останавливаюсь прямо напротив них и, скорчив похоронную гримасу, начинаю исполнять танец Уэнсдей из сериала. Мы выучили его с Ганстьянс сразу, как только закончили просмотр. И я с уверенностью могу сказать: я танцую его, как хренов профессионал своего дела.

– Что ты… – злобно начинает Сара-я-все-знаю, пока ее треп не прерывает диктор.

– Вы только посмотрите на это. Ханна Уэндел, дочь тренера команды «Воронов» решила преподать уроки танцев группе поддержки. Мне не кажется? Эта девчонка и вправду исполняет танец из популярного сериала «Уэнсдей»?

Его смех и демонстрация моей персоны на главном экране вызывает у меня улыбку. Резко подергивая плечами, я выставляю руки как зомби, и машу ими в такт музыке, хмуря брови и оборачиваясь на Мэйбл, которая танцует вместе со мной в стороне.

– Превосходно! Маккейб забивает шайбу в ворота «Термитов», пока их нападающий и капитан с непонятным выражением лица рассматривает происходящее на экране, вместо того чтобы следить за игрой. Командная работа Брайана и Ханны приносит «Воронам» еще одно очко. Молодцы, ребята! Айкел, в следующий раз относись получше к своим девчонкам, может, тогда они не будут танцевать на стороне твоих противников?!

Шум и смех трибун вызывает румянец на моих щеках, и я быстро сбегаю с места преступления, игнорируя недовольства поклонницы двадцать девятого.

Отец встречает меня подозрительным взглядом, но молчит. А вот на льду происходит то, чего я боялась больше всего. Айкел несется к Маккейбу, и я не успеваю издать и звука, как он сбивает его с ног, припечатывая к ограждению.

– Брайан! – кричу я, направляясь к выходу на лед.

– Остановись, – хватает меня за руку отец. – Тебе туда нельзя.

Парни из нашей команды начинают драться с командой из Детройта. Все это похоже на вакханалию. Мой отец свистит так громко, что мне закладывает уши. Брайан не поднимается, он продолжает лежать, пока к нему несется медицинский персонал.

– Теперь старший Айкел точно не отмажет своего сосунка, и мы заберем заслуженную победу.

– Ты серьезно? – оборачиваюсь к отцу. – Тебе важнее победа? К черту!

Вырываю руку из его хватки.

Злость и тревога смешиваются в коктейль, и как только я собираюсь развернуться и сказать папочке все, что о нем думаю, Маккейб приходит в себя и приподнимается на локтях.

– Я знаю, что Брайан в полном порядке, Ханна. Поверь, этот парень даже со сломанной ногой продолжит игру, если потребуется.

– Прекрасно, – злобно цежу сквозь зубы. – Но ему нужно в больницу, а не играть!

– Знаю. Твоя шутка про беременность приобретает очередное звание «наказания».

– И что на этот раз? Буду мыть лед от мочи гребаных «Термитов», которым я подпалю хренов зад?

– Поедешь с Маккейбом в больницу и будешь там, пока не приеду я.

***

Сидя на больничной кушетке рядом с двадцать девятым, я рассматриваю его разбитый висок, на который наложили несколько швов. Его защитный шлем слетел от удара об ограждение, и при падении Брайан ударился головой об лед.

– Ты долго будешь смотреть на меня? – соблазнительная хрипотца вызывает нервную улыбку на моем лице.

– Проклятие. Я думала, этот ублюдок убил тебя, Маккейб, – мой голос напоминает «Лунную сонату» Бетховена. Откашливаюсь, чтобы не казаться самой счастливой в мире влюбленной идиоткой и ударяю кулаком по его плечу. – Ты напугал меня до чертиков!

– Ублюдок? Разве можно говорить так о своем любимчике?

Здесь должна быть графа, где нужно поставить галочку.

Хотите ли вы переспать с этим парнем, когда он ведет себя как настоящий придурок?

Да | Все равно да, но сначала дать ему по морде.

Ты серьезно? Я сейчас здесь, хренов самовлюбленный Зевс! С тобой, в вонючей больничной палате, а ты смеешь говорить мне такое?

Хочется выругаться, но я прикусываю язык. Этого бога, которого изгнали с Олимпа, ничего не убедит, он продолжит метать в меня молнии до конца моей дерьмовой жизни, чтобы я ни сказала или ни сделала. И раз это так, то почему бы мне не поиграть с ним в эту дурацкую игру под названием «Соври или умри»?

– Ты прав. Порыв эмоций. Рик – лучшее, что происходило со мной.

– «Лучшее»? – он касается пальцами разбитого виска и, прикусывая губу, корчится от боли.

– Именно так, ангелочек! Знал бы ты, как он чертовски хорош в постели, – подливаю смесь проклятых душ в адский котел, наблюдая за его реакцией.

– Может, просто тебе не с чем сравнить, Уэндел?

Закатывая глаза, усмехаюсь и смотрю на свой маникюр.

– Не думаю, что кто-то сможет переплюнуть этого жеребца.

От собственных слов мне становится противно, но я не подаю вида. Брайан молчит несколько секунд, прожигая меня взглядом.

– Это вызов?

Истерический смешок вырывается из моего рта. Маккейб приподнимается на локтях, оказываясь всего в нескольких сантиметрах от моих губ.

– Ты лжешь. Твои голубые глаза сдают тебя, – он облизывает нижнюю губу, а я непроизвольно смотрю на это. – Если бы не мое правило, я бы показал тебе, что такое – лучшее.