Нарушая правила
Шрифт:
А вишенка на торте? Я умудрилась влюбиться в его товарища по команде.
— У нас ужин в честь победы. Вы идёте? — спрашивает Дрю, глядя на меня и Джейка.
— Конечно! — подтверждает Джейк, его пальцы впиваются мне в бок. — Идеально, потому что у нас будет ещё один повод для праздника. — Он прищуривается, губы растягиваются в ухмылке.
Как я могла считать это выражение лица добрым? Раньше я видела в нём нежность, а теперь — только злобу.
— О чём ты? — спрашивает Марко.
Внезапно я чувствую, будто парю над своим телом. Всё происходящее замедляется. Джейк опускается передо мной на колено и достаёт маленькую бархатную коробочку.
В глазах темнеет, лёгкие сжимаются. Этого не может быть.
— Изабелла, если в этой жизни я и люблю что-то, то это футбол… и тебя. Ты — всё для меня, и с каждым днём я люблю тебя всё сильнее.
В комнате повисает удушающая тишина. Все взгляды прикованы к нам, от чего по коже бегут мурашки, а ноги дрожат.
— Станешь моей женой?
— Вот дерьмо, — тихо произносит Мэг.
Невыплаканные злые слёзы затуманивают зрение. Он так легко поймал меня в ловушку. Я была дура, если думала, что на публике буду в безопасности.
— Изабелла, детка, станешь моей женой? — повторяет он, и в его глазах вспыхивает предупреждение.
Если я унижу его перед командой, он сделает мою жизнь ещё хуже, особенно учитывая, как он злился, когда я ушла с ужина в честь дня рождения его мамы. Если я скажу «нет» сейчас, он устроит ад.
Будь удобной.
Слова, годами крутившиеся у меня в голове, всплывают, но впервые в жизни я мысленно отмахиваюсь от них.
Нет, чёрт возьми.
Стиснув челюсти, я изображаю улыбку. Пока я сыграю по его правилам, потому что последствия отказа пугают меня больше, но я не передумаю. Бен уже должен быть в доме Джейка, ждёт меня, чтобы я могла забрать свои вещи. Это предложение ничего не меняет. Я покончила с ним и этими отношениями.
Я киваю с самой фальшивой улыбкой. Как мантру, повторяю себе, что это ничего не значит.
Он вскакивает и надевает мне на палец огромное бриллиантовое кольцо. Оно тяжёлое и сверкает, но мне всё равно. Он притягивает меня к себе и прикрывает мой рот своим. Это — спектакль. Он хочет, чтобы все в комнате знали: я принадлежу ему, я его собственность. Его будущая жена-трофей. Человек второго сорта, которым можно командовать и заставлять делать что угодно, включая рождение детей… как он и говорил Ксандеру.
Поцелуй длится вечность. Очень странную вечность, потому что пока мои губы слиты с его, взгляд другого человека жжёт меня, как клеймо. Наконец, Джейк прерывает поцелуй и смотрит на меня. Его дыхание неровное, а возбуждение давит мне в бедро.
Я сдерживаю дрожь.
Это ничего не значит.
— Миллер, тебе не кажется, что это перебор? — доносится голос Ксандера. — Такое количество PDA моё бедное сердце не выдержит.
— Прости, увлёкся, — парирует Джейк, прижимая меня к груди.
— Не переживай. Мы все знаем, что Изабелла — твоя. — Взгляд Ксандера встречается с моим, и сердце падает. В этих синих глубинах — столько боли. — Поздравляю вас обоих. — Он кивает, натянутая улыбка застывает на его лице. Затем он разворачивается и уходит в раздевалку.
Следующие несколько минут — туман. Поздравления, поцелуи в щёку, объятия и рукопожатия. Мой мозг едва регистрирует происходящее. Я просто играю роль, чтобы потом всё исправить.
— Жди меня здесь, — говорит Джейк, отступая, готовый последовать за командой в раздевалку.
— Конечно. — Я смягчаю голос. — Мэг составит мне компанию. Может, и Одри.
— Одри?
Я киваю.
— Сестра Ксандера.
Он фыркает.
— Не хочу, чтобы ты общалась с этой сукой. Она хитрая и манипулятивная.
Ну надо же, кто бы говорил.
— Она была со мной только добра. Думаю, ты ошибаешься.
— Я никогда не ошибаюсь, Изабелла. — Он бросает взгляд на кого-то позади меня и поджимает губы. — Жди меня. Я отвезу тебя домой, чтобы ты могла подготовиться к ужину. Оденься красиво. Мы празднуем нашу помолвку.
Ещё один короткий поцелуй — и он уходит в раздевалку.
Я выдыхаю дрожащий вздох и оборачиваюсь, лицом к лицу сталкиваясь с лучшей подругой. Мэг крепко обнимает меня, шепча снова и снова, что всё будет хорошо. Я держусь за неё мгновение, затем отстраняюсь — мне нужно побыть одной.
На меня обрушивается лавина сожалений, отравляя разум. Думать, что у меня всё под контролем, было огромной ошибкой. Связь с Ксандером стала моей погибелью.
Больше всего мне нужно всё исправить.
Я не знаю, во что это мне обойдётся или как Джейк отреагирует, когда увидит Бена у себя дома, но эта фальшивая помолвка закончится сегодня.
Всё. Кончено.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
БЕЛЛА
Ноябрь
Бездумно бреду по коридору стадиона, глубоко дыша, чтобы успокоиться. Гнев внутри меня нарастает, смешиваясь с разочарованием. Я должна была знать, что Джейк подстроит какую-нибудь подлость, но я слишком увлеклась своими мыслями, слишком злилась на его приказы явиться на игру, когда сама хотела поставить точку на своих условиях.
И он снова это сделал.
Я выбрала самый безопасный вариант и согласилась с его предложением, но сегодня же порву с ним. Его ловушка беспокоит меня всё меньше с каждой секундой, хотя раздражение на себя только растёт. Не могу поверить, что позволила всем думать, будто выйду за него замуж.
Позволила Ксандеру думать так.
Сердце сжимается от боли. Я торопливо смахиваю слёзы, застилающие глаза.
Что Ксандер теперь думает обо мне?
Остановившись, я поворачиваюсь и прижимаюсь спиной к стене. Опускаю голову и дышу. Моя сегодняшняя реакция продиктована детскими убеждениями, как и причины, по которым я оставалась с Джейком. Я так отчаянно хотела быть любимой, что убедила себя: абьюз — это мой язык любви. Я путала чьё-то присутствие с любовью. Путала секс с любовью.