Нарушая правила
Шрифт:
Скривив губы, я скрещиваю руки.
— Он попросил пока сохранить наш разрыв в секрете, и я согласилась.
Ксандер делает ещё шаг ближе и говорит:
— У меня слишком много вопросов. Похоже, сегодня ты идёшь ко мне.
— С чьих это слов? — я фыркаю, удивлённая его уверенностью.
— Твоего друга, — шепчет он, приближаясь так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. — Твоего любовника.
Против моей воли внутри всё сжимается. Близость Ксандера — мой злейший враг.
Он не сделал ничего плохого, но я не могу снова попасть в его сети.
— Иди к чёрту, Ксандер.
— Пойду куда угодно, но только если ты составишь мне компанию. — Его губы касаются моих, едва он замолкает. Это всего лишь лёгкий поцелуй, но мои колени сразу же подкашиваются. Почему я всегда так на него реагирую?
Он отступает на шаг и протягивает руку. Вместо того чтобы взять её, я прохожу мимо. За спиной раздаётся его смешок, и в следующий момент он уже небрежно обнимает меня за плечи.
— Ты так просто от меня не избавишься, — шепчет он на ухо, выпуская на свободу бабочек в моём животе.
Хотя я изо всех сил стараюсь держать эмоции под контролем, моё сердце готово взорваться от счастья. Его ласка значит куда больше, чем слова о том, что он не хочет отношений.
Мы останавливаемся у двери, ведущей на террасу.
— Когда ты рассталась с Миллером?
— У него дома после игры. Всё прошло так хорошо, как только можно было надеяться. — Это не совсем правда, но ему не обязательно знать её, особенно сейчас. Это вечеринка Одри, и вряд ли ей понравится, если я испорчу ему настроение.
Ксандер изучающе смотрит на меня, прикусив щёку.
— Он ничего не попытался сделать с тобой…
— Присутствие Бена помогло. — Хотя бы это правда. Синяк на шее не такой уж большой, скрыт плотным слоем тонального крема. Покажу ему позже, когда останемся одни.
Высвобождаюсь из его объятий и говорю:
— Пошли, или еда закончится.
— Мы едем ко мне, — заявляет Ксандер, когда мы покидаем дом его родителей около полуночи.
— Зачем?
— Нам нужно поговорить. — Он останавливается и протягивает руку, его ослепительная улыбка дразнит меня, так легко снося все мои защиты. — Пожалуйста, Белла.
Со вздохом я принимаю его руку, и он переплетает наши пальцы, будто так и должно быть. Притягивает меня к себе и ведёт к машине, где настаивает, чтобы открыл мне дверь. Убедившись, что я пристёгнута, он проводит пальцами по моему запястью. Его черты озаряет победоносная улыбка. Не уверена, что поступаю правильно, но два бокала вина немного притупили мою тревогу.
Не сводя глаз с дороги, Ксандер спрашивает:
— Ты хорошо провела время?
— Да. А ты?
— Мой день стал значительно лучше, когда я увидел тебя… одну.
Я смотрю в окно.
— Я же говорила, что расстанусь с Джейком. Не знаю, почему ты так удивлён.
— Я не удивлён. Я горжусь тобой.
Поворачиваюсь в кресле, чтобы взглянуть на него.
— Ты наконец расскажешь, что случилось в колледже?
Его челюсть напрягается, улыбка исчезает.
— Расскажу. — Его тон резкий, осанка мгновенно становится жёсткой.
Но он не говорит, и я достаю телефон из сумочки, чтобы написать Бену, что не вернусь сегодня.
Бен:
Я никогда не пойму твою любовь к ужасным решениям. Передай Александру привет.
Закатываю глаза и убираю телефон. Бен всегда останется Беном. Он хочет для меня лучшего, но иногда забывает, что его представление о «лучшем» не всегда верное.
К тому времени, как мы заходим в дом Ксандера, мои веки тяжелеют, но я полна решимости не сдаваться. Он хочет поговорить, а я устала от неведения. Хочу знать правду, чтобы понять его вражду с Джейком, потому что мне уже ясно — это давно не дружба.
Я не уверена, что так было всегда.
Майло бросается ко мне, я вдруг чувствую себя легче. Опускаюсь на колени, глажу его и наслаждаюсь теплом.
— Ты скучал по мне? Потому что я скучала по тебе, приятель.
В ответ он скулит и переворачивается, показывая мне свой живот.
— Он скучал, — говорит Ксандер, опускаясь на корточки рядом со мной. — Ты ему нравишься.
— Он мне тоже нравится, — шепчу я.
Ксандер уходит, чтобы проверить, есть ли у Майло еда и вода, а я снимаю обувь и устраиваюсь в гостиной. Диван здесь кажется мне безопасным местом. Именно здесь я наконец-то открылась и свободно рассказала о своём прошлом. Вся боль всё ещё со мной, и я думаю, что она будет со мной всю жизнь, но готовность Ксандера поверить мне всё изменила. Это освободило меня.
Шторы задернуты, в комнате темно, но когда Ксандер возвращается, он включает свет и садится рядом со мной. Он все еще в своей белой рубашке и темно-синих джинсах, аромат сандалового дерева и корицы притягивает меня, окутывая комфортом.
— Ты приготовил для меня комнату для гостей?
— Ты останешься со мной, – невозмутимо отвечает он. — В моей постели.
Мышцы желудка спазмируют, но я сохраняю нейтральное выражение лица.
— Смелое предположение с твоей стороны.
Он соскальзывает с подушки и становится на колени у меня между ног, его взгляд прожигает мне душу.
Я ерзаю, ожидая его следующего шага.
— Я сказал, что нам нужно поговорить... и мы поговорим. – Он кладет руки мне на ноги, кончики его пальцев исчезают под подолом моей юбки. — Сейчас я хочу поглотить твою восхитительную киску. Я скучал по твоему вкусу. Эти несколько дней без тебя сделали меня чертовски диким.
Поднимает руки выше и стягивает с меня трусики. Я выгибаю спину, чтобы он мог их снять, и раздвигаю ноги. Это не то, что нам следует делать, но сопротивляться ему всегда было нелегко.
Не отрывая от меня взгляда, он проводит указательным пальцем по моему клитору. Одного этого достаточно, чтобы меня охватила дрожь. Опускает палец к моему влажному лону, не сводя с меня глаз.
— Мне нравится, как ты реагируешь на мои прикосновения, на мой голос. Это так чувственно и по-настоящему.
Наклонив голову, целует внутреннюю сторону моего правого бедра.
Когда он переходит к верхней части моих бедер, я задерживаю дыхание в предвкушении. Ласкает языком мой клитор, описывая вокруг него медленные круги. Мои глаза закатываются, и я хватаюсь за край дивана, уже обезумев от желания.