Наруто – Театр Теней
Шрифт:
Что самое забавное — только оценив истинный размах строительства, главы остальных кланов Тумана осознали, насколько легко упустили из рук часть жирнейшего пирога! При этом согласившись совершенно добровольно и бесплатно разрекламировать новый бизнес клана Кагуя, восприняв выставленную на всеобщее обозрение иллюзию (турнир) за истинную цель канпеки нингё, но откатить назад или заскочить в последний вагон уже не могли — чернила на всех необходимых документах давно высохли, налоги оплачены и даже лучшие знатоки законов селения не смогут подкопаться. Мизукаге предпочёл подстраховаться со всех сторон, прекрасно понимая, что будущее непредсказуемо, а клан хочет кушать всегда, у руля он или нет.
Новый стадион вмещал в себя тридцать тысяч зрителей — для сравнения, использовавшийся при проведении финала Экзамена на Чунина рассчитан на в десять раз меньше мест — и базовые билеты продавались по цене, вполне доступной карману среднего рабочего, поэтому Кагуя вовсе не удивился, когда к назначенному времени не осталось ни единого свободного стула. Народ набился в верхний стоячий ярус для бедных как сардины в банке, занял самые дорогие из общих нижних ярусов, отдельные балконы и ложи, включая соседнюю с его собственной, пожизненно зарезервированную Даймё Мизу но Куни. Гул от такого количества людей, собравшихся в одном месте, почти оглушал острый слух шиноби, напоминая жужжание от гигантского осиного гнезда.
Взглянув на специально повешенные на стене часы и отметив почти слившиеся на цифре «двенадцать» стрелки, Мизукаге поднялся на ноги и склонив голову в сторону номинального правителя страны, прошел на выдававшийся вперёд небольшой балкончик, сохраняя в парадных одеждах (весьма неудобных) величественно-невозмутимый вид. Он не совершал никаких движений, не давил высвобождением чакры или убийственным намерением, но через минуту весь стадион затих, обратив внимание на сильнейшего шиноби Тумана. Даже растянутое на большую площадь и ослабленное, духовное давление не позволяло долго проигнорировать его владельца. Одновременно с этим, подчиненные вывели на арену внизу четыре десятка участников, что должны сражаться в течение следующих двух дней. Первоначальных заявок прошло чуть больше трехсот, но до финала, которым являлся турнир, дошла лишь малая и лучшая часть, не только соответствовавшая физическим параметрам, но и прорвавшаяся через отборочные схватки.
— Гости и жители Киригакуре но Сато, добро пожаловать на первый Кенши Тайкай (Турнир Мечников), — раздался усиленный чакрой и хорошо поставленный голос Кагуя, неспешно озвучивавший заготовленную заранее речь, — традиция применения бойцами разнообразного оружия и мечей в частности, уходит ко временам основания скрытого селения, и слава выходцев из Тумана известна по всему миру. Сегодня вы своими глазами сможете увидеть становление нового поколения ниндзя.
К сожалению, в подчинении Кагуя не имелось нужных специалистов пиара, способных написать достаточно грамотную речь и Хисато потратил несколько бессонных ночей на то, чтобы написать что-то удобоваримое и не заставляющее кривиться от банальности. Как и Основа, никто из канпеки нингё не обладал достаточным навыком ораторского искусства, любым разговорам предпочитая действие, так что приходилось выкручиваться, вспоминания все когда-либо слышанные речи других лидеров и пытаясь изобразить нечто похожее.
— Все кандидаты перед вами прошли строгий первоначальный отбор и предварительные сражения с целью отсеять слабых и выбрать достойных, будь то генин, чунин или джонин. Они поборются между собой за звание элиты, Великий Меч Шибуки (Всплеск) и вступление в Кири но Шинобигатана Шичинин Шу (Семь Шиноби-Мечников Тумана)! Здесь и сейчас вершится история! Пусть настоящий победитель может быть только один, но это не значит, что занявшие другие места на вершине окажутся обделены — оружие, броня, деньги, техники и другие награды ждут первую пятёрку сильнейших мечников, а остальные получат бесценный опыт и известность! Объявляю турнир открытым!
Короткий жест рукой и слово взял джонин, сопровождавший кандидатов:
— Меня зовут Теруми Иято, я избран главным судьёй проводимых боев и расскажу правила турнира…
К сожалению Мизукаге, на столь ответственную, видную и отличную в плане поднятия репутации клана должность пришлось поставить постороннего шиноби по одной простой причине — ни один из непосредственных подчиненных не смог бы связать и двух слов под взглядами десятков тысяч глаз, даже если бы заучил наизусть текст, что необходимо произнести. Кто бы мог подумать, что джонины Кагуя страдают боязнью толпы? Правда, это позволило кинуть соперникам кость, за которую они грызлись уже между собой, смягчив разочарование от упущенной выгоды.
Вернувшись на свой трон, находившийся на возвышении и с которого наблюдалась вся арена, канпеки нингё обратил внимание на ниндзя внизу, заинтересованный из четырех десятков лишь в пятерых бойцах, среди которых имелся и Кагуя. Каширо Кагуя, владевший стихией ветра. С точки зрения поддержки репутации сильнейшего клана Тумана, было бы печально, не присутствуй на турнире хотя бы один Кагуя и Хисато пришлось банально подкупить джонина, чтобы он пошел и зарегистрировался.
— Правила битв просты — разрешается использовать только оружие и применяемые с его помощью ниндзюцу, никаких метательных снарядов, фуиндзюцу и других расходников, если это не часть вашего оружия, — громко перечислял Теруми для публики, — за победу считается невозможность противником продолжения сражения или прямая сдача…
Сложив руки на груди и пропуская мимо ушей то, что слышал во время отборочных боёв, всей фигурой Кисаме излучал уверенность и бросал на остальных соперников надменные взгляды с высоты своего не маленького роста. Несмотря на демонстрируемый вид, внутри молодой шиноби испытывал определенные сомнения в собственных шансах получить первое место. Кроме попавших в финал весьма серьёзных соперников, с частью которых он сражался бок о бок во время гражданской войны и мог оценить навыки, двое из тридцати девяти человек являлись признанными фаворитами турнира — Амеюри Ринго и Каширо Кагуя.
Проклятая коротышка должна отлеживаться в госпитале, восстанавливаться после серьёзного ранения и обнаруженной болезни, но вопреки рекомендация главного ирьёнина и увещеваниям глав кланов, решила непременно принять участие! Зная феноменальное упрямство и твердолобость названной куноичи, нечего и надеяться, что она будет сражаться с оглядкой на вред здоровью, в пол силы, когда нацелилась на получение Шибуки. Больше всего молодого шиноби бесил не сам факт участия, а озвученная причина, мотивировавшая Амеюри выкладываться на полную.
О Каширо, получившим и подтвердившим А-ранг сравнительно недавно в гражданской войне, Кисаме только слышал, но до недавнего времени не сталкивался лично, поэтому сперва и не воспринял всерьёз. Наблюдение за боями джонина показало всю ошибочность данного мнения — Кагуя быстро и методично разделывал любого попадавшегося противника, словно мясник корову, в чём весьма помогал клановый кеккей генкай и владение футоном на высоком уровне, что было весьма необычно для выходца из клана, знаменитого отрицанием всех путей ниндзя, кроме наследия крови. Пусть юноша был уверен в физическом превосходстве над джонином, но в данном случае не получится обойтись грубым напором, задавливая оппонента и придется надеяться на навыки владения вакидзаси вместе с значительным талантом к суйтону.
Получение первого места под большим вопросом, как ни неприятно это признавать, но Кисами намеревался побороться за второе или третье.
— … смертельные удары и добивание павшего запрещены, если я подам сигнал о прекращении матча, то необходимо немедленно остановиться…
Нервно тиская рукоять простого костяного меча с себя ростом, одиннадцатилетний генин гулко сглотнул и постарался не обращать внимание на огромное количество зрителей на трибунах, сосредоточившись на других мечниках рядом и прикидывая, каким образом будет разбираться с каждым. Само попадание в финал оказалось для Забузы весьма удивительным и неожиданным — тут свою роль сыграла простая удача при жеребьёвке, когда попавшиеся чунины оказывались просто слабее или сильно недооценивали недавнего ученика академии, для своих одиннадцати лет отличавшегося более стремительным физическим развитием, чем остальные сверстники.