Чтение онлайн

Так я и знакомлюсь с ее отцом.

Хуже не придумаешь. Сломала ключицу. Неудачно свалилась с крыши и упала на чей-то балкон. Алексу повезло меньше, он сломал ногу, потому что пролетел ниже. Какого черта он вообще отправился вслед за мной? Мог спокойно допить и пойти вниз или домой, или куда ему хочется.

Разумеется, врачи должны были связаться с кем-то из родни. Отец сразу же бросил свои сверх-важные-важнее-старшей-дочери дела и примчался. Меня тут все знают, я свой человек. Пациент, стабильно попадавший сюда раз в месяц.

Местная знаменитость.

Это все я.

Отец грустно смотрит на меня, избегая встречаться взглядами. Тяжко вздыхает на пояснения врача. Ясно дело, меня ждет вновь реабилитационный центр. Ладно, соглашусь. Но попрошу в напарники Алекса. С ним веселее.

А папочке уладить это не доставит сложности.

Милая сестра тоже приходит. Щебечет, поглядывая на лежащего в противоположной стороне Алекса. Эй, это мой парень! Я первая его застолбила. Он прыгнул за мной.

Я могла высказать свои претензии сестре. Но не стала, мы не разговариваем. Она меня презирает, мисс совершенство и толстая задница. Ненавидит за проявления слабости. Ну и фиг с ней. На самом деле это я не разговариваю с ней, но это уже мелочи. Важнее мне сейчас оказаться рядом со своим единственным другом, сделавший для меня необычный поступок.

У меня никогда не было друзей. Я не умею дружить. Равно как и любить.

Прошу отца об услуге. Он кажется рад моем согласию на центр. Правда, напрягается при условии. Недолго сопротивляется. В конце концов мы оба получаем то, что хотим. Я Алекса, папа хорошую и послушную дочь.

В центре хорошо. Моя нога почти зажила, но костыли все еще при мне. У нас отдельные палаты, что не мешает оставаться у друг друга с ночевкой. Я не реагирую на сеансы психолога, равно как и на терапию. Они лечат нас от алкоголизма, меня в первый раз, мою Натали в пятый. Не она рассказала. Ее отец.

Он мне понравился. Взрослый и рассудительный человек, любящий свою дочь. Пьер, так его зовут, долго разговаривал со мной, не задавая вопросов. Он рассказывал про Натали и кажется, ему это было нужнее. Из меня замечательный слушатель, а главное молчаливый.

Под конец он взял с меня обещание больше не гулять по крышам.

– Я не знаю, что побуждает вас обоих себя убивать. Надеюсь, причина уважительная. Хотя этого мне не понять. Я плохой отец, раз не понимаю отчего моему ребенку, так мучительно и больно просто жить, дышать в этом мире. Я не понимаю, пусть и пытаюсь понять. Если Вы молодой человек, Когда-нибудь сможете добиться большего в понимании поступков Натали, пожалуйста сделайте все, чтобы она в этот момент была счастлива. Поймите ее, раз никто из нас не может.

– С чего Вы решили, будто я могу?

– У вас обоих та же пустота внутри. Тоже отчаяние, те же счеты с миром. Я смог жить дальше, не подумав каково моему ребенку. Вы не знаете, конечно причин. Её мать покончила с собой. Натали все видела и провела с ней три дня, когда наконец я соизволил вернуться домой. Три дня девочка провела в крови и с телом несчастной матери. Я думал, она слишком молода и быстро забудет.

– Сколько ей было?

– Пять. Она не говорила после этого столько же времени. Потом в 13 начался вот этот кошмар, который никогда не закончится.

– Мне очень жаль. Правда. Я могу пообещать лишь одно, я буду рядом. Не буду обещать помешать ей или заставить жить. Я просто буду рядом.

– Спасибо.

Грузный человек ушел, оставив меня в сомнения и размышлениях. Не из-за обещания я поехал в этот центр. Я сам хотел. У меня нет в жизни определенного места, где я мог значить что-то. Где я мог помочь. Не себе, так кому-то. Я всегда знал, чувствовал на ней печать обреченности. И как в первый раз предпочитал ее не замечать, так и в последний. Первый раз я воспользовался особыми чувствами между нами, а в последний раз даже любви оказалось недостаточно…

Занятное лечение здесь. Разговоры, таблетки, снова разговоры. Даже бассейн есть. Есть тренажерный зал, сауна. Санаторий, а не реабилитационный центр.

Мы гуляем по саду с Натали, она кажется еще чувствует вину за мою сломанную конечность. Я продолжаю игнорировать ее извинения. Во-первых, я сделал это сам. Сам прыгнул. Во-вторых, почему я это сделал. Не знаю.

Приветы из России приходят часто и после них я вновь вижу плохие сны. Мне следует вскрыть, наконец нарыв на душе. Но не психологу.

Я хочу открыться ей. Она в состоянии вскрыть мне душу и выслушать меня.

Пару дней я тренируюсь. Не могу начать разговор. Эй, ты знаешь, я спал с сестрой. Вернее, она меня принудила к этому и… Я не могу признаться самому себе. О чем я думаю? Натали и слушать не станет меня. Я отвратителен. Ненормальный.

Палаты здесь убирают по два раза утром и вечером, наши обе палаты приходится убирать чаще. Натали умудряется загрязнить обе почти одновременно.

Ей психолог помогает больше. Перестала подводить глаза черной подводкой и без тонны косметики она кажется заметно моложе. Оказывается, ей столько же как мне. Девятнадцать.

Девятнадцать. Хорошее число.

– Я увижу тебя когда-нибудь в платье?

– А я тебя?

– Мне не пойдет. Знаешь, плечи слишком покатые, да и ноги кривоватые.

– Наоборот кривые ноги не прячут в брюках. При чем тут платья, кстати?

– Просто. Никогда не видел тебя в платье, не включая тот вечер, когда мы познакомились.

– Я тебя тоже. Но не кичусь этим и не давлю. Подумай над этим.

Она бросает в меня едой с подноса: кусочки хлеба летят в разные стороны. Прячу улыбку и отвечаю ей тем же. Похоже, бросание чем-то в друг друга становится еще одной традицией между нами. Приятно заводить традиции.

Не смотря на избежание любого физического контакта Натали каждое утро приходит первой ко мне в палату, закидывает ноги на меня и красит ногти. Бывает свои, бывает и мои, пока я сплю.

Она сушит волосы феном в моей палате, лузгает семечки тоже здесь. Ей нравится создавать вокруг нас маленький хаос. Нравится мусорить, от этого кажется ей становится намного веселее. Я забил на внешний вид, стал отращивать волосы и перестал бриться.

– Мне может тоже перестать брить ноги? Отращу и заплету косички. Что скажешь?

– Нат, чем ты планируешь заняться, когда мы отсюда выйдем?

– Хороший вопрос. Буду пить беспробудно. А ты? Есть идеи?

– Хочу поступить на другое отделение. Сюда я больше не вернусь.

Натали хмыкнула, сосредоточено разглядывая стену:

– Ты хочешь стать нормальным, да? Притвориться, что у тебя все супер и стать чуточку спокойнее для окружающих? Не предоставлять проблем.

– Нет. Я не хочу больше делать себе больно. Мне надоело. Давай найдем себе другое занятие. Какое хочешь.