Чтение онлайн

Ругаемся с Зориным, но потом так сладко миримся, что забываем обо всем на свете.

Окна ягуара запотели. Градов ритмично двигается, грубо, резко, словно пытаясь что-то доказать мне, себе, окружающему миру.

«Я люблю тебя», — слышу слова Артёма в голове, и срываюсь камнем в пропасть, в бушующий океан моей лжи.

— Аааааааааа, — сжав виски кричу в небо, пугая притаившихся в заснеженном лесу птиц. Они стремительно взмывают в небо, черными тенями скользя надо мной.

Это ведь была просто игра для меня. Просто гр*баная игра, под названием «поймай Зорина». Я с наслаждением играла в нее, упиваясь своей властью над ним, в душе потешаясь, чувствуя себя роскошной женщиной вамп. Я лгала направо и налево, выставляла его в самом непригодном свете перед своей компанией. Эдаким дурачком, которого держу на коротком поводке, а потом, когда надоест, дам пинка под зад и прогоню.

Он и есть дурачок. Наивный, влюбленный в адову суку.

Прости…

Опять перед глазами появляется Максим с его вальяжной полуухмылочкой.

Бл****,ну на хр*на? На хр*на я с ним тогда… На хр*на? Ведь ни эмоции к нему нет. Ничего!

Просто нравилось водить за нос, чувствовать его ревность. Я упивалась как маньячка тем, что дома был муж, а за его пределами по мне сходил с ума Градов.

С*ка беспринципная.

На хр*на???

То, что знал отец — это цветочки. Почти уверена, что смогла бы убедить Зорина в том, что сейчас все по-другому, что люблю его. Убедить в искренности своих чувств. Я бы прогнулась в любую позу, но удержала его, сделала бы так, чтобы он простил. Я в этом уверена. Потому что он любит меня так, как никто и никогда не любил.

Он моя опора, моя крепость, мой ориентир в бушующем океане. За ним хоть на край света, хоть за край. Только с ним. Я люблю его до безумия, до судорог. Он мой воздух, моя кровь, мой дурман, без которого уже не вижу свой жизни.

В каждом моем биении сердца, в каждом вздохе только он. Давно. Прочно. Навсегда.

Все игры давно откинуты в сторону и забыты. Я не могу сказать, когда именно это произошло, но мы проросли друг в друга так, что не оторвать, не разделить. И все благодаря ему. Он смог это сделать. Смог вытащить на белый свет другую Кристину. Он был основой наших отношений, стальным каркасом. А я…

Черт, да что ж так плохо-то!

Меня выворачивает наизнанку от чувства вины, от воспоминаний о своих словах, делах. Мутит от мысли, что спала с Максом, а потом с улыбочкой встречала мужа из командировки, мысленно смеясь и хлопая в ладоши, оттого как я здорово всеми манипулирую.

Тём, пожалуйста, прости, — шепчу как заведенная, глядя в небо. Только он меня не слышит…

На лице уже влага не только растаявших снежинок, соленые дорожки слез.

Никогда не ревела из-за мужиков, а тут все, пали последние защитные барьеры. С души словно кожу содрали заживо, затопив мой мир страхом и болью.

Болью от осознания того, что сделанного уже не исправить, не стереть, не перечеркнуть, а еще от того, что в любой момент все может рассыпаться, сорваться, обратиться пеплом. Из-за меня. Никто другой не виноват. Только я. От меня словно куски отрывают, настолько больно в груди. Словно гвозди ржавые загоняют под кожу.

Как, оказывается, страшно, когда сам разрушаешь свое собственное счастье. Когда нет альтернативы: простить или прогнать. Когда ничего не можешь сделать, разве что подыхать от чувства вины и отвращения к самой себе.

Малодушно думаю, что лучше бы он изменял. Трахал кого не попадя направо и налево, а я бы страдала. Там хоть чувство гордости могло спасти, а сейчас…

Как бы мне хотелось, чтобы все слова оказались неправдой, чтобы в нужный момент у меня включился мозг, и я не порола всякий бред, чтоб проснулась гр*баная предательница-совесть, и не дала мне наделать ошибок с Градовым.

Мысленно словно увидела свое отражение в мутном, до омерзения грязном зеркале, и ужаснулась. Я ненавижу себя.

Я изменяла ему, холодно, цинично, думая только о своем непонятном самолюбии. Изменяла просто так, для галочки. И объяснить, оправдать это нечем. Не было ни любви, ни банальной влюбленности. Даже интереса и того не было к Максу. Ничего. Только расхлябанность, разнузданное влечение, нездоровая похоть, замешанная на адреналине, азарт от нарушения запретов.

Не рассчитывая на долгую и счастливую жизнь с Артемом, творила что хотела, а оно вон как повернулось. И когда завязла в Зорине, поняла, что падаю и подниматься не хочу, что я сделала? Ничего! Ничего! Отмахнулась, выкинула эти эпизоды из своей памяти, как я умею. Думала, что все нормально, все хорошо. Просто, бл*дь, забыла как о каком-то несущественно дерьме! Это мой талант, моя особенность. Все, что неудобно, не нужно — выкидываю из головы, отворачиваюсь, словно ничего и не было.

Вот только никуда мои слова, поступки не делись. Они со мной, они в крови, разъедая жгучим ядом вены. Полгода даже не вспоминала об этом, оставив в прошлом, как незначительную мелочь, а сегодня, будто пелена спала.

Как я ему в глаза посмотрю? Как я посмею подойти к нему?

Как я начну этот разговор?!

Что я ему скажу?

Темочка, знаешь, а я вот сначала хотела тебя просто поиспользовать месяцок, а потом выгнать, чтоб не мешал жить в свое удовольствие, но сейчас уже все нормально. Не буду выгонять, ибо влюбилась. Ну, как вариант?

А может так?

Милый, ну не дуйся, я же не думала, что у нас с тобой что-то получится, не рассчитывала на что-то продолжительное, поэтому шлялась за твоей спиной. Зато какие рога красивые получились. Просто загляденье!

Это я ему должна сказать?

Господи, лучше умереть, чем идти через это, словно босиком по битому стеклу. Как донести, что то, что было в начале, и то, что сейчас — это две разные вещи. Что сейчас я умру ради него, что готова пройти все круги ада, лишь бы быть с ним. А тогда… Тогда все было по-другому. Неужели я бы прыгнула в объятия Градова, если бы любила Артема? Нет, конечно! Я бы послала Макса на хр*н и забыла о нем без сожаления. В принципе так и сделала, вот только поздно, после того как совершила ошибку.

Ошибку, которая может мне стоить очень дорого.

С*ка! Как всегда самолюбование, жалость и снисхождение к самой себе. Все мысли только о том, как мне бедной тяжело, больно и страшно. Гоняю их раз за разом в своей дурной голове, чтобы не думать о другом.

О том, что будет с ним, когда все это дерьмо выплывет и затопит нас по самые уши. Он ведь всегда любил меня. Для него нет деления на то, что было в начале и то, что сейчас. Для него всегда все было серьезно.

Меня передернуло, от осознания того, что мы одной ногой уже встали на путь, ведущий к концу. Путь, который я с упоением выкладывала своими собственными руками. И надо как-то исправлять, а у меня все внутри сжимается от страха. Надо быть сильной, бороться за наши отношения, за нашу семью, а мне хочется спрятаться в угол и скулить, виновато прикрыв глаза.

Я столько ломала, и теперь настало время исправлять, а я боюсь, что не справлюсь, что уже слишком поздно и нет пути назад.

Трусливая. Подлая. Гадкая, недостойная.

Дрожащими пальцами вытираю слезы и разворачиваюсь в сторону машины. Мне надо домой, к мужу… пока он у меня еще есть. Я должна попробовать спасти нас.

Отец прав, мне нужно поговорить с ним, рассказать обо всем. Но что делать с Градовым? Я не смогу начать разговор и вывести его так, чтобы не раскрыть все карты. Зорин сразу почувствует, что не договариваю, и начнет задавать вопросы. Я обязательно растеряюсь, запутаюсь, начну мямлить и все испорчу.