Чтение онлайн

– Какие вы сделали полезные наблюдения? – спросил Михаил, отставляя пустую тарелку. – Для успешного побега мы должны как можно быстрее понять, как тут все устроено.

– В первый день это невозможно, – возразил Дима. – Если честно, чем больше я смотрю на окружающее меня, тем больше во мне растет уверенность, что мы застряли тут навсегда.

– Конечно, навсегда! – согласился Борис. – Если ничего не предпримем. Я не собираюсь таскать ящики и подметать стружку всю оставшуюся жизнь за какие-то долбанные жетоны!

– Борька, не горячись, – Миша оглянулся через плечо, в очередной раз убеждаясь, что их никто не подслушивает. – Видите эти контейнеры? Они же их откуда-то привозят. Значит у них каким-то образом налажена связь с Большой землей.

– Ты прав, – согласился Дима. – Не могут они существовать абсолютно изолированно – это в принципе невозможно, несмотря на то, что у них целый город со своей промышленной зоной.

– Вот именно. Мы должны проработать этот план.

– Предлагаешь спрятаться в контейнере и поехать в нем домой? – спросил Борис. – Лично я только за. Куда угодно, лишь бы быстрее убраться отсюда.

– И что это вообще такое! – Михаил неопределенно развел руками, имея в виду весь подземный город. – Мы должны понять, чем они здесь занимаются, понять их основную цель. Тогда мы сможем сделать хоть какие-то выводы об этой подпольной организации.

– Подледной! – уточнил Дмитрий.

– Да, подледной. Чем они могут здесь заниматься? Производят синтетические наркотики? Изготавливают оружие для продажи и переворотов в странах третьего мира?

– Может и так, – согласился Борис. – Я в этом не эксперт, но мне кажется, как-то дороговато получается. Да, местечко уединенное, безлюдное. Но что бы они ни делали, это все на краю света. Одна доставка обойдется в миллиарды. И еще я уверен, что это не государственная организация и деятельность у них противозаконная.

– Значит, надо выяснить основное предназначение этой базы, – сказал Дмитрий, поднимаясь с места, так как обеденный перерыв подошел к концу. – И действовать дальше. Нам надо быть более внимательными к мелочам.

Полярники были предельно внимательны, настолько, насколько позволяла обстановка первого рабочего дня. Они вглядывались в изготавливаемые в цеху детали, привозимые неизвестно откуда заготовки, используемый материал, но все части головоломки не собирались складываться хоть в сколько-нибудь понятную для них картину. Катастрофически не хватало информации. Попытки заговорить с рабочими заканчивались демонстративным игнорированием.

Остаток дня, загруженный работой и бесплодными наблюдениями, прошел еще быстрее, чем первая половина и полярники вместе с остальными рабочими пошли в ангар, получив от Петровича честно заработанные жетоны – по одному на каждого. Это была минимальная оплата труда. Более квалифицированные рабочие получали по три, а то и по пять жетонов за смену если перевыполняли установленный план.

Вечером в ангаре, на заработанные жетоны мужчины приобрели по тарелке овощного рагу с двумя кусочками хлеба на человека. Каждый отсыпал часть своей порции Петру Сергеевичу, аппетит которого оставлял желать лучшего. Он был еще более подавленным и выглядел уставшим и сильно постаревшим.

– Сергеич, крепись. Скоро организуем побег. – Шепотом проговорил Борис, желая подбодрить своего руководителя. – Мы там присмотрелись в цеху, есть кое-какие соображения на этот счет.

– Если это действительно так, – Петр Сергеевич зачерпывал рагу ложкой и закидывал в рот, лениво пережевывая немного пересоленый ужин. – Очень хорошо. Только не надо мне говорить о скором побеге, только чтобы поддержать меня.

– Да, Сергеич, – протянул Миша, за минуту разделавшийся со своей урезанной порцией. – Совсем захандрил. Вытаскивать тебя надо отсюда срочно.

– Чем быстрее, тем лучше. – Согласился руководитель группы. – Иначе с тоски здесь помру. Покурить бы… Мои сигареты, почти полная пачка, в вездеходе остались на панели.

– Держи! – Борис протянул две сигареты, заставив всех раскрыть рты от удивления. – Кури на здоровье!

– Откуда?! – Петр Сергеевич, не веря своим глазам, осторожно взял протянутые сигареты.

– Премию выдали за упорный честный труд. – Борька незаметно подмигнул Диме и Мише, пока Сергеич поднимался со своего места, чтобы выйти в туалет покурить. – Зажигалка есть?

– Да, в кармане завалялась – хоть с этим повезло!

– Правда, откуда они у тебя? – спросил Михаил, пока руководитель удалился в курилку.

– Выменял вон у того парня на два куска хлеба. – Борька указал на мужика, отдыхавшего на первом ярусе после ужина. – Вроде нормальный парень. На распилочном станке работает. Говорит, что из Китая. Стал расспрашивать у него, как он сюда попал – молчит, делает вид, что по-английски очень плохо понимает.

– Молодец, Борька! Ты настоящий друг!

– А он где курево достал? – спросил Дима.

– В магазине купил. У него разрешение на свободное перемещение есть. Он типа производственный ударник.

– Разрешение на свободное перемещение? – переспросил Михаил. – Он тебе его показывал?

– Да. Обычная карточка с выбитым личным номером.

– Нам нужна такая карточка! – похоже, Миша загорелся какой-то идеей. – С ней будет гораздо проще бежать.

– Интересно, а с его карточкой можно перемещаться другим людям? – Димка тоже был заинтересован такой возможностью.

– Вы чего, мужики? – возмутился Борис. – Своровать пропуск хотите?

– Нет, что ты. Просто интересно, – протянул Миша, поглядывая на отдыхавшего китайца. – Может спросишь у него, можно так или нет?

– Простите, мужики, но даже спрашивать не буду. Мы не имеем права подвергать риску другого человека. Пропуск нужно заполучить самим.

– Через месяц в лучшем случае! – бросил Димка и полез на второй ярус отдыхать.

– Слушай, Мишка, я все думаю про ту женщину, Эсмеральду, которая спасла нас от расстрела.

– Спасла? Она сама хотела меня пристрелить!

– Ты ее довел. Я сам тебя был готов придушить за твою истерику. Понимаю, дома сын ждет, жена. Меня мать пожилая. Мы не имеем права так рисковать своими жизнями ради них. Даже если и жить уже не хочется.

– Спасибо тебе. – Мишка хлопнул друга по широкому плечу. – Спас меня, пока я в истерике бился.

– Главное, чтобы это больше не повторялось, иначе я не буду мешать Эсмеральде убивать тебя – хоть зрелище и не из самых приятных.