Чтение онлайн

Многие автомобильные реалии тех лет сегодня кажутся странными. Например, на автозаправках было всего два вида топлива — «бензин» и «дизель». Интересно, что сегодня просто «бензин» остается, но к нему прибавился третий, совершенно новый вид топлива — «октан», то есть, бензин с октановым числом 92. На каждую машину полагалась «социальная норма» — 2 галлона бензина в день. У водителя была специальная книжка, куда ставился штамп о том, что норма бензина выдана.

Нельзя сказать, что на улицах не происходило аварий. Но они, как правило, были вызваны исключительно тем, что старый изношенный механизм машины давал сбой. Наиболее часто отваливалось колесо, и машина продолжала движение, высекая искры об асфальт. Водитель на скорости мог оказаться с рулем, который вдруг начинал свое существование отдельно от машины. Бывало, что во время движения отваливались педали, а первая попавшаяся на пути глубокая лужа знаменовала конец электрики всей машины.

Так продолжалось до 2010 года. А потом на автомобильный рынок, как и во всю страну, пришла демократия. Сначала правительство стало выдавать пермиты на новые машины тем, кто сдаст в утиль старье, возраст которого превышает 40 лет. Так с янгонских улиц постепенно исчезли последние советские «Волги». Потом на большинство категорий машин пермиты были отменены. Сегодня в Янгоне много автосалонов, предлагающих самые разные автомобили. Правда, европейских брендов мало: производители из Европы, поддержав в свое время введенные против страны санкции, похоже, навсегда потеряли для себя мьянманский рынок.

Сейчас «золотая рыбка» с ее архаичными формами вызывает у мьянманцев усмешку. За пять лет автопарк Янгона почти полностью сменился, как сменилось и представление мьянманцев о престижности тех или иных моделей машин. И если раньше человек, проживший в Янгоне долгое время и приехавший после этого в Бангкок, испытывал культурный шок, то сегодня разница уже почти не ощутима.

Тем не менее, люди обычно меняются медленнее техники. И в сегодняшнем поведении янгонских водителей до сих пор заметны многие пережитки прежних времен. Например, если перекресток со светофором находится под палящим солнцем, а метрах в десяти до него на дорогу отбрасывает тень большое дерево, водитель, как правило, переждет красный свет в тени, и только потом поедет к перекрестку. Зачем он так делает сейчас, когда у него новая машина с кондиционером, сказать трудно. Просто привычка.

С прежних времен осталось и отношение к пешеходам. До сих пор водители считают, что именно они, а не пешеходы, — цари дорог. Еще совсем недавно машины могли себе позволить очень немногие, и если ты сел за руль, значит, ты по определению выше тех, кто бросается тебе под колеса. А еще пешеходы — мягкие и без острых углов, а значит, особого вреда автомобилю они причинить не могут, поэтому после столкновения с ними ремонтировать дорогую машину не надо.

Впрочем, у такого отношения к пешеходам была и практическая причина. До 2010 года машин с автоматическими коробками передач в Янгоне было очень мало, а тормозить и потом снова переключать передачи на изношенной коробке, где зуб на зуб не попадает, водители старались как можно реже. Большинство машин отказывало именно на этапе переключения передач: бывало, что внутри все заклинивало, а иногда водитель оставался с оторванной ручкой в руках. Пешеходы все это прекрасно понимали и шарахались от автомобилей, как могли. Шарахаются и до сих пор.

Правда, сейчас янгонские власти пытаются учить водителей уважать пешеходов по крайней мере на «зебрах»: для этого там часто дежурят люди со свистками, периодически останавливающие поток и дающие людям возможность перейти. Но стоит им отвернуться, и водители продолжают ездить так, как они ездили раньше.

С тех же самых времен неизменным остался и типаж янгонского пассажира. Водитель в раздолбанной машине очень часто оказывался в таком положении, когда он один с управлением явно не справлялся. Иногда нужно было просто подтолкнуть машину, чтобы она завелась. Но чаще требовалась гораздо более изощренная помощь, например, когда машина должна перестроиться в левый ряд. При правом руле и неработающих поворотниках задачей сидящего слева пассажира было высунуть в окно руку и энергично начать делать ею отгоняющие движения. Больше того, многие водители просто не включали поворотники, если слева сидел пассажир. Махание рукой из окна было сигналом для идущих слева сзади машин уступить дорогу. Причем обычно водитель даже не просил пассажира об этом, так велико было взаимопонимание и чувство ответственности за процесс движения по дороге.

Именно с тех пор пассажир янгонского автомобиля ощущает себя полноправным участником дорожного движения и частью единого организма машины. Это ощущение у него сохраняется и сейчас. Сначала он дотошно обсуждает с водителем техническое состояние машины и звуки, которые она издает при движении, а зачем начинается процесс совместного вождения. Я не видел сам, чтобы пассажир выхватывал у водителя руль, показывая, как надо правильно сворачивать, но мьянманцы говорят, что такое бывает нередко.

Годы закрытости страны привели к тому, что здесь выработались свои, отличные от остального мира, традиции на дороге. Например, если ты едешь по загородной трассе, хочешь обогнать впереди идущую машину и начинаешь ей сигналить гудками и фарами, ее водитель, как правило, включает левый поворотник. Это совсем не значит, что сейчас он примет влево и выедет на середину дороги. Наоборот, он таким образом показывает, что увидел тебя и приглашает обогнать его как раз с левой стороны. Для человека, незнакомого с мьянманскими реалиями, сложно представить более нелогичное поведение водителей.

Кроме того, водители-буддисты, если впереди показывается пагода, по-прежнему отпускают руль и на несколько секунд складывают под подбородком руки лодочкой, славя Будду, его учение и буддистскую общину. В этот момент машины катятся сами собой, удивительным образом не сталкиваясь друг с другом. На улице Пагоды Каба Эй на подъезде к даунтауну есть один довольно крутой S-образный поворот, на изгибе которого стоит небольшая пагода, а с какой-то его части открывается вид на Шведагон. Опытные водители успевают задать машине нужную траекторию поворота и дважды на полной скорости прочитать буддистский текст, сложив руки. Этот маневр всегда вызывал у меня мистическое восхищение, особенно когда мне объясняли, что аварий на этом кривом участке дороги не происходит почти никогда.

«Трамвай зазвенел и скрылся за поворотом. Я долго бежал за ним, но не догнал. Так я опоздал на свидание», — рассказывал мне один старый янгонец, а я никак не мог взять в толк, о каком таком Янгоне он говорит. Нынешний Янгон — город тесных улиц, по которым едва протискиваются автобусы. И вдруг — трамваи, да еще и в таком лирическом контексте.

А потом оказалось, что рассказ этот — чистая правда. Трамваи в Янгоне британские колонизаторы пустили в 1886 году. Больше того, в 1936 году начали свое движение троллейбусы. А потом началась война. Закончилось электричество, а после взрывов и бомбежек не по всем улицам города стало можно проехать. Кроме того, вагоны требовали ремонта, а все запчасти можно было найти только в Великобритании. В 1942 году было навсегда отключено напряжение троллейбусов, а в середине сороковых в свой прощальный путь отправился янгонский трамвай. Поскольку с тех пор янгонские дороги ремонтировали редко, на одной из улиц восточной части Янгона до сих пор кое-где из-под асфальта проглядывают рельсы, а установленные по центру улицы столбы сверху снабжены ржавыми железными «крыльями»: когда-то к ним крепились трамвайные провода. И еще совсем недавно на входе в офис дорожной полиции района Пазундаунг висела старая вывеска «Отдел регулирования беспроводного транспорта», будто бы кто-то видел «проводной транспорт» на янгонских улицах за последние 70 лет.

Так закончилась эпоха электрического транспорта Янгона. В наследство от нее осталось всего несколько фотографий — трамвайные вагоны на фоне янгонских достопримечательностей. И сегодня только очень старые жители города могут вспомнить о свих юношеских приключениях на подножке звенящего трамвая.

А Янгон стал царством автобусов. Остается он им и до сих пор.

Впрочем, многие янгонские автобусы вполне могли бы быть современниками ушедших на покой трамваев. В 2012 году газеты сообщили о списании в утиль самого старого автобуса Янгона: он ездил по маршруту № 61 от Северного Дагона до рынка Санпья. Собственно, начинал свою жизнь этот автобус как канадский военный грузовичок Chevy С-15, использовавшийся британцами во время Второй мировой войны. А в послевоенные годы из грузовика сделали автобус, приварив к рамам кузова листы железа, покрасив, установив внутри сваренные из старых труб лавки с дощатыми сиденьями и соединив этот салон с кабиной водителя. Дверями в маленьких янгонских автобусах обычно не заморачиваются — их попросту нет, поэтому смастерить автобус из подручных материалов для янгонского умельца никогда не было большой проблемой.

И хотя заслуженный ветеран Второй мировой войны уже ушел на покой, это не значит, что по улицам Янгона до сих пор не ездят его младшие братья, не слишком отличающиеся от него по возрасту. Эти пожилые мелкие автобусы, в которых разогнувшись могут стоять только самые малорослые мьянманцы, повсеместно заполняют янгонские улицы. Они могут вписаться в поворот узкого переулка и лихо маневрировать в транспортном потоке. Поэтому их цель — обслуживать небольшие улицы и переулки. Из-за этого их маршруты бывают самыми замысловатыми, и нет таких букв в мьянманском и русском алфавитах, чтобы изобразить траекторию их движения.

На немногочисленных широких улицах Янгона ездят большие автобусы. Это обычно очень подержанные японские и корейские, реже — китайские машины с дощатым полом, через щели в котором видно асфальт. Среди янгонцев существует масса страшных историй о том, как лавки с пассажирами проваливались вниз, прямо под задние колеса, а водитель, удивленный странной задержкой в движении, усиленно нажимал на газ.

Руль в таком автобусе обычно расположен справа, а двери — слева. Но мьянманские умельцы давно уже заделали наглухо бывшие двери, поставили к ним скамейки, а вместо них справа прорубили новую единственную дверь. Естественно, эта и.о. двери открывается и закрывается только с помощью кондуктора, поскольку не присоединена ни к какой другой тяге. А чтобы фиксировать дверь в нужном положении, в распоряжении кондуктора имеется веревочка с петелькой и специально приваренный к стенке салона крючочек, а иногда для этой цели приспособлена эспандерная резинка с крючками.