Чтение онлайн

Один из служащих нам тут же, в приемной, прочитал лекцию, из которой мы узнали, что на бойнях «Свифт и К°» убивается ежедневно 30 тысяч свиней, 20 тысяч телят и баранов и 10 тысяч [голов] крупного рогатого скота. Тут, за исключением крика животных, утилизируется все: здесь делают солонину, окорока, колбасу, сосиски, разные консервы, сало, маргарин, мыло, кожи, гребенки, пуговицы и прочее. Мясо отсюда транспортируется по всему свету.

После лекции нам дали проводника, который и повел нас всех на бойню. Еще далеко не доходя до нее, мы услышали страшный крик и визг. Здесь происходила бойня свиней. Свиней сначала вешают на железных цепях за задние ноги на вращающееся большое колесо, и, когда последнее поднимает их кверху, они страшно визжат, но тут резник быстро всаживает им нож в горло – и они умолкают.

Далее нам показали целые фабрики, где свиные туши разделываются на различные продукты. Между прочим, здесь чрез один час из зарезанной свиньи можно получить сосиски и вареную колбасу. Все, что мы видели здесь и в других отделениях, делается с невероятной быстротой.

В следующем отделении помещается бойня телят и овец. Их режут таким же способом, как и свиней, разница только в том, что тут нет этого ужасного визга.

Затем нас повели в самое интересное отделение – бойню крупного рогатого скота. Его попарно загоняют в многочисленные стойла, но если в одно из них заберется третий бык, то его оттуда выгоняют электрической трубкой, которую прикладывают к спине быка; последний от этого весь трясется и стремглав вылетает из стойла. Когда стойла наполняются все быками, идут быкобойцы с большими молотками, которыми [они] ударяют быков по лбу, отчего те тотчас падают и долго бьются в агонии, пока их не повесят на железных цепях за задние ноги, и уже тогда, высоко на весу, всаживают им глубоко нож в горло, откуда горячая кровь льется рекой. Способ этот самый варварский, и его, безусловно, следовало бы запретить. Затем туши разрубают на две части, обмывают их водой со щетками, и происходит дальнейшая разделка разных частей.

Далее нас повели в холодильники, где [было] развешано несколько тысяч совершенно отделанных туш.

В следующем отделении помещается упаковочная, откуда мясо, в ящиках и бочках, грузится прямо в стоящие тут вагоны.

Скотобойни в Чикаго

Затем нас пригласили осмотреть заводы, где выделываются сало, маргарин, мыло и прочее.

Все, что я видел на бойнях, по количеству и размерам чудовищно громадно. Когда мы вышли с бойни, то увидели так называемую площадку в несколько квадратных верст, на которой в огороженных загонах стояло бесчисленное множество рогатого скота, пригнанного к убою.

Город Нью-Хейвен, имеющий жителей 100 тысяч, находится в штате Коннектикут. Он знаменит своим Йельским университетом, основанным и содержащимся на частные средства. Университет занимает много прекрасных зданий. В нем 450 профессоров и 5 тысяч студентов. Осмотр его мы начали с библиотеки, которая очень велика и богата. Книги из нее посылаются во все многочисленные здания пневматической почтой.

Аудитории устроены очень солидно, в них особенно интересны кресла для студентов с особым приспособлением для письма.

Общежитие студентов помещается в нескольких зданиях, разделенных на квартиры в три комнаты, обставленные более нежели хорошо. В каждой квартире за сравнительно недорогую цену живут по три студента. Здесь я обратил внимание на большое количество подушек разных размеров и цветов, лежавших на диванах, окнах и прочем. Мне объяснили, что подушки дарят студентам их знакомые барышни. На этих подушках, лежа на окне, студенты учат уроки.

В университете издается ежедневно своя газета, редактирует ее студент, который нам был представлен и преподнес свою газету.

Рекреационный зал обширен и красив: в нем помещается большой орган и множество рядов кресел.

Столовая очень большая, высокая и светлая, в нее вмещается одновременно 1200 человек. Здесь нас студенты угостили очень приличным завтраком. Сервировка и стол безукоризненны и недороги – каждое блюдо стоит от 2 до 10 центов (цент – 2 копейки).

При университете имеются две кирки, куда ежедневно, утром, являются все студенты; они отдают общий поклон президенту университета и его товарищу и затем, после краткой молитвы, идут слушать лекции.

Музей небольшой, но очень богат редкими и дорогими коллекциями допотопных животных, рыб, птиц, минералов и прочего.

Лаборатория помещается в большом светлом здании, обставленном новейшими машинами и препаратами.

Далее осмотрели роскошное здание, недавно построенное и пожертвованное миллиардером Карнеги. В нем помещаются: громадный бассейн для плавания, фехтовальный зал, гимнастический зал, большое и длинное помещение для плавания на лодках, баня, души и прочее.

Гидами нашими были студенты, которые в заключение пригласили нас на студенческий праздник, состоявшийся в тот же день на ипподроме, где боевым номером была игра студентов в футбол. В антрактах смешила многочисленную публику, сидевшую на трибунах, кучка ряженых студентов. Праздник прошел весело и оживленно.

Хартфорд – столичный город штата Коннектикут; жителей имеет 80 тысяч. В нем мы осмотрели тюрьму, находящуюся на окраине города, в красивой и здоровой местности. Подъезжая к тюрьме, я обратил внимание на отсутствие часовых или какой-либо иной стражи; не оказалось ее и внутри тюрьмы. В последнюю мы вошли через парадный подъезд.

В приемной нас встретил американец и спросил нас о цели нашего визита. Мы ответили, что желаем подробно осмотреть тюрьму. Об этом он тотчас же доложил начальнику тюрьмы, который немедленно разрешил нам ее осмотр.

Нас попросили подождать несколько минут, пока арестантов разведут по работам. В это время надавили кнопку – и во всех пяти этажах тюрьмы моментально щелкнули железные двери одиночных камер, откуда быстро вышли арестанты и выстроились попарно на галереях. Затем начался выход 1-го этажа, потом 2-го, 3-го и так далее. Когда прошел последний, 5-й этаж, нас пригласили за решетку, где мы оставили свои палки и с помощником начальника тюрьмы начали ее осмотр с одиночных камер. Последние довольно просторны и светлы; в каждой из них стоит кровать с матрацем, подушкой и одеялом, стол, стул и клозет. В них арестантам разрешается курить табак и читать книги; то и другое выдается им в изобилии тюремной администрацией; безусловно запрещается арестантам разговаривать и перестукиваться. Если из них кому что нужно, он должен поднять руки кверху, к нему подходит надзиратель и выслушивает его.

Во время нашего осмотра в тюрьме находилось арестантов 630 человек, но в ней могут поместиться 1700 человек.

Снаружи тюрьма охраняется тремя «мистерами», находящимися на трех башнях, снаружи их не видно.

Внутри тюрьма охраняется десятью человеками, одетыми в штатское платье, без оружия; меня это крайне удивляло.

Затем мы осмотрели больницу, аптеку, столовую, кухню, хлебопекарню, кладовые, прачечную и прочее; повсюду чистота, и во всем образцовый порядок.

Далее нам показали особое отделение – для приговоренных к смертной казни. Это две большие камеры за массивными железными решетками; рядом с ними помещается большая и высокая комната, посредине ее стоит виселица. Здесь вешает преступника не палач, которого тут нет, а сам начальник тюрьмы; это исключительно его «привилегия», никто другой делать этого не имеет права.

Начальник здешней тюрьмы – красивый господин лет сорока, с добродушной физиономией и атлетического сложения, – когда мы ему представились, сказал нам по поводу этой «привилегии», что после каждой смертной казни, которая бывает в год одна и не более двух, его трясет лихорадка и он три дня ничего не ест.

Затем нам показали женское отделение тюрьмы, в котором находилось только 17 арестанток. Они в это время были заняты починкой белья.

Женские одиночные камеры обставлены даже с некоторым комфортом: в коридорах стоят корзины с живыми цветами, камеры светлые и чистые, убраны портьерами, занавесками, на стенах висят карточки и картины; в общем, очень уютно. Отсюда мы прошли через двор в фабричные двухэтажные корпуса, в которых арестанты вырабатывают с помощью новейших электрических машин белье, платье, обувь и прочее. Изделия их хороши и недороги, и поэтому тюремные фабрики всегда имеют много заказов. Здесь нам показали электрическую кройку белья: положили полотно в 150 полотнищ – и машина их кроила и резала сразу так же легко, как лист писчей бумаги.